Так вот, возвращаясь к аппетиту Айса — тут он себя сильно недооценивал. Хомячок практически непрерывно что-то жевал. Друзья время от времени останавливались перекусить бузиками или булошками, и за десять-пятнадцать минут привала Айс успевал не только основательно подзакусить, но еще и прихватить припасов в дорогу.

Что же касается его обещаний не ныть, то Айс не ныл. Трудно, знаете ли, ныть, когда рот у тебя все время занят.

А Алиса по мере приближения к гнездовью вальдшнепа все больше хмурилась, ее явно что-то тревожило.

— Дядя А, — в конце концов не выдержала она. — А я вот не понимаю причин твоего спокойствия!

Пес озадаченно посмотрел на девочку, и она продолжила:

— Придем мы сейчас к вальдшнепу, скажем «Здравствуйте, Франц Карлович», а он как начнет на нас цыкать и хоркать!

— Алиса Денисовна, почему это вас так беспокоит? Это же не ядовитой слюной плеваться. Да и не факт, что начнет.

— Надеюсь, воспитание ему не позволит. — вздохнула Алиса.

И вскоре лес расступился, друзья увидели то самое дерево, которое описал им Антон, а под деревом.

Под деревом, привалившись спиной к стволу, открыв рот, а точнее — клюв, спала какая-то птица, очень похожая на вальдшнепа. Франца Карловича.

— Дядя А, мне кажется, это он. И еще мне кажется, что мы… опоздали. — сказала при виде этого зрелища Алиса, и в глазах у нее заблестели слезы.

Дядя А взглянул на девочку, тяжело вздохнул и огорченно опустил голову. Друзей можно было понять — такой долгий и сложный путь, и, по сути, последняя надежда узнать, что происходит в городе и как вернуться домой. Все было зря. Сонная болезнь добралась и до вальдшнепа.

— Нет! Просыпайтесь! Вы не можете сейчас уснуть! — в отчаянии закричала Алиса, и в ответ на это из клюва вальдшнепа вырвался звук «Хр-ррр.».

— Дядя А, это он хоркнул? Или мне показалось? — внимательно посмотрела девочка на вальдшнепа.

— Мне кажется, он просто всхрапнул, — ответил Дядя А, подошел поближе к птице и потрогал лапой за крыло. — Эй, уважаемый!

Вальдшнеп открыл глаз, потом второй, встал, потянулся, поднял с земли шляпу-котелок, надел ее и только после этого с удивлением обратил внимание на девочку и ее попутчиков.

— Ура! — завопила Алиса. — Вы не спите! Вы же Франц Карлович, да? Нам про вас Лей рассказал, принц червяков из города, а сам с нами не пошел, потому что вы червяков едите, но это не страшно. Ура! Мы вас нашли!

— Постойте-постойте, — нахмурился вальдшнеп. — Я действительно Франц Карлович. Но, во-первых, червяков я не ем из принципа, питаюсь исключительно дарами леса и вообще против всякого насилия. А во-вторых, с кем имею честь?..

— С воспитанием все в порядке, — шепнула Алиса Дяде А и продолжила: — Я Алиса, это Дядя А, а это Айс.

— Айсберг — полное имя, — деловито поправил девочку хомячок.

— Очень приятно. Очень, — приподнял котелок вальдшнеп. — Гости у меня редко бывают. С удовольствием провел бы с вами время, но сейчас прошу меня извинить, вынужден откланяться. Спешу.

— Нет! Вы не можете сейчас откланяться! Откланяйтесь немножко попозже! У нас к вам очень много очень важных вопросов! — воскликнула Алиса.

— Увы, но как раз в данную минуту мне пора лететь на зимнее гнездовье. Вы, возможно, не знаете, но птицы в своих перелетах руководствуются инстинктами. И если инстинкт говорит птице «Пора!», значит, медлить уже нельзя.

— Инстинкты?! — возмутилась Алиса. — Но вы же разумный человек, вернее, разумная птица! Вы не должны подчиняться примитивным инстинктам! А сейчас вы потакаете своему животному, то есть птичьему началу!

— Алиса, угомонись, — вмешался Дядя А. — Франц Карлович, извините ее, пожалуйста. Мы с уважением относимся к вашим инстинктам и не хотим задерживать, но не позволите ли проводить вас до зимнего гнездовья? По дороге мы могли бы многое обсудить…

— Великолепная мысль! — воскликнул вальдшнеп и достал из дупла небольшой чемоданчик. — Будет замечательно, если меня проводят столь приятные попутчики.

— А инстинкт не будет ругаться, если вы полетите не слишком быстро и высоко? — уточнила Алиса.

— Не будет, уважаемая Алиса, — улыбнулся вальдшнеп. — В моем возрасте только так уже и летают — не быстро, не высоко, с регулярными привалами.

— Привал! — воодушевился Айс. — Полетели уже быстрее, чтобы привал был быстрее!

— В путь! — скомандовал вальдшнеп, подхватил в лапу чемоданчик и взлетел.

Разговаривать даже с медленно летящей птицей оказалось довольно сложно, поэтому вскоре вальдшнеп с удовольствием устроился на спине Дяди А рядом с Айсом. Как выяснилось, он ничего не знал о происходящем в городе.

— Неприятная новость, — задумчиво покачал головой вальдшнеп, — но все сходится.

— Что сходится, Франц Карлович? — уточнила Алиса.

— Лес. Он тоже засыпает. У нас это почти незаметно, но там, на севере, — махнул крылом вальдшнеп, — он изменился, стал тусклым и безжизненным. И это не осенний лес. Это именно заснувший лес. Но в чем причина этого.

— Какие могут быть версии? — пустилась в рассуждения Алиса. — Вирус, бактерия, микроб, излучение. Инопланетное излучение! Прилетел звездолет с космическими захватчиками. Такое часто бывает.

— Алиса, — укоризненно покачал головой Дядя А.

— Простите, увлеклась.

— Причина должна быть. — задумался Франц Карлович. — Есть у меня одна догадка.

— Франц Карлович, не томите! — с нетерпением сказала Алиса.

— Жил в городе один мальчик. Принц пауков. А вам известно, что дружбу детям предлагают животные? Именно они выбирают, с кем хотят дружить, и я считаю, это правильно. Некоторые, конечно, живут сами по себе. Но не будем отвлекаться. Мы о принце пауков говорили. Как же его звали?

— Звали его на «Л». У них с этим строго, — подсказала Алиса.

— Правильно, на «Л». Лунь его звали. Так вот, в городе с симпатией относятся к любым питомцам, но пауков люди почему-то побаивались, хоть прямо и не говорили об этом. Странно, ведь его друзьями были не кусачие, а совершенно безобидные, маленькие, серенькие, невзрачные паучки. А у мальчика была мечта… Ох, — неожиданно прервал свой рассказ вальдшнеп, — совсем из головы вылетело! Тут тропа в болото упирается! Мне это совершенно не важно, я по воздуху могу передвигаться, а вам.

И действительно, лес расступился, и перед друзьями раскинулось обширное болото — редкие островки с невысокими деревцами среди воды, кочки, поросшие травой.

— Здесь я буду вынужден с вами расстаться. Прошу меня извинить. Вам надо держаться левее, а мне — в другую сторону.

— Но почему мы не можем продолжить путь вместе? — спросила Алиса.

— Боюсь, дорога у вас может затянуться, вам придется сделать большой крюк, и кроме того, болотные гномы. Не факт, что вы с ними встретитесь, их давно не видно, но все же. А мне, уважаемая Алиса, инстинкты не позволяют задерживаться, как бы вы к ним ни относились. Удачи! Надеюсь, на зимнем гнездовье мы сможем продолжить разговор.

И с этими словами вальдшнеп Франц Карлович покинул друзей. Покинул, то есть — полетел, и, кстати, довольно быстро. Наверное, его заставляли инстинкты.

— Посмотрите и запомните хорошенько! Вот до какого позора может докатиться фей, ступивший на скользкую дорожку добрых дел! Серафима стояла в центре логова в окружении феек и гневно потрясала поднятым пальцем, а говорила она, конечно, об Антоне.

Антон, опустив голову, сидел на полу небольшой деревянной клетки, расположенной в дальнем углу логова. Сомнений в назначении этой клетки не было. Антон находился в тюрьме, а происходящее очень напоминало суд. Впрочем, это был уже не первый суд и наверняка не последний. Заснувший город не представлял для феек никакого интереса, они маялись от скуки, и даже предстоящий показ осенней коллекции нарядов их не вдохновлял. Наряды не шились и даже не раскраивались, выкройки не чертились, фасоны не придумывались… В то же время ежедневные и иногда даже утренние и вечерние суды над Антоном были каким-никаким, а развлечением. Приговоры суда особого значения не имели — каждый следующий суд отменял решение предыдущего. Для феечек, в первую очередь, важна была возможность поучаствовать в процессе — попищать, повизжать, погалдеть.