— Дядя А! Антон! — Алиса подбежала к норе, в сердцах топнула ногой и закричала в глубину пещеры: — Дядя А, это ты все придумал, я знаю! Бесстыжая собаченция! Ты такую наволочку получишь, когда вернешься! То есть, как ее, выволочку! Галактических масштабов!

Пес в ответ гавкнул откуда-то из глубины пещеры.

Алиса вздохнула, уселась на краю норы, обхватив руками колени. Оставалось только ждать…

Нора оказалась настоящим лабиринтом — тупики и разветвляющиеся коридоры, часто довольно узкие — Дяде А приходилось пробираться по ним ползком. И надо ли говорить о том, что в норе была кромешная тьма? Густая-прегустая, когда даже собственную руку или лапу разглядеть невозможно. Но Дядю А отсутствие света нисколько не смущало, наклонив голову к земле, он шел по следу феек, а Антону нужно было лишь не терять собаку в темноте. Впрочем, если держаться за хвост — в этом нет ничего сложного.

Пес вел фея за собой, но уверенности в том, что они приближаются к цели, не было. Вскоре после того, как спасатели спустились, а точнее — свалились в нору, голоса феек смолкли, оставалось лишь ориентироваться на запах… Но это был лабиринт! Следы петляли, кружили, приводили в тупики, возвращали в те коридоры, где фейки уже неоднократно проходили. Дядя А начинал терять терпение:

— Надо же быть настолько глупыми созданиями! Вы здесь три раза были! Ну наклони ты голову к земле и понюхай. Запахи не просто так придуманы. А здесь в четвертый раз повернете направо? Ну конечно, повернем, тут уже ходили, тут не страшно!

Антон пытался урезонить Дядю А — мол, фейки не отличаются особыми способностями к обонянию, вообще никакими не отличаются, но это было бесполезно. Дядя А продолжал бурчать. Впрочем, это бурчание даже как-то успокаивало.

— Наконец-то сообразили. Давно пора было повернуть налево! Какая-то умная фейка, похоже, догадалась принюхаться. Эту спасем.

— А остальных? — с испугом спросил фей.

— Там видно будет.

— Дядя А!

— Шучу. Всех спасем. Найти бы их еще… Эй! Вы где?! Вау-вау! — лай собаки разнесся по норе.

А феечки в это время забились в один из тупиковых коридоров, и состояние их можно было охарактеризовать как «смертельный ужас девятой степени».

— Я знала, я знала… — скулила Роза.

— Роза, замолчи! Замолчи и скажи наконец, что «знала»? — сдавленным шепотом спросила Анфиса.

— Знала, что вы меня в эту ужасную нору утянете и нас тут всех Ехидна сожрет!.. Чур, меня последнюю! Вдруг он вами наестся и меня уже есть не захочет.

— Все равно потом проголодается, — мрачно заметила Марго. — Анфиса, я предлагаю сначала скормить ему именно Розу.

— Почему?! Почему меня?!

— Потому что у меня уже давно от тебя голова болит! Может, и у него заболит, и аппетит пропадет. Ты любому можешь жизнь отравить!

— А-ааа! — Роза разразилась слезами.

— А ну, тихо! — шикнула Анфиса.

— Я не могу тихо! Мне очень обидно и страшно-ооо.

— Помолчи секундочку! Вы слышите?

Фейки прислушались.

— Это же. Это же Зубастый Монстр! Он здесь откуда? Но это же он?!

— Да, Марго, очень похоже.

— О, нет! Еще и Зубастый Монстр! Они с Ехидной теперь в очереди стоять будут — кто нас первый сожрет, да?

— Подождите, а что если Зубастый Монстр — это и есть Ехидна? — предположила Анфиса.

— Значит, никакой очереди не будет. Без очереди, — обреченно вздохнула Роза.

— Что Ехидна, что Монстр — разницы для нас никакой. Второго плевка ядовитой слюной я точно не переживу, — высказалась Марго.

— Но ситуация, прямо скажем, глупая, — задумалась Анфиса. — Если Монстр — это Ехидна, получается, мы в записке просили его, чтобы он сам себя сожрал?

— Да. — нахмурилась Марго.

— Девочки, но ведь любому здравомыслящему монстру должно быть понятно, что это просто недоразумение! Если бы мне принесли записку с просьбой сожрать саму себя! Ой, не могу! Ха-ха-ха!

— Марго, у нее опять истерика. Успокой ее.

В темноте раздался глухой шлепок, Роза замолкла, и фейки услышали приближающиеся в темноте шаги. Они еще плотнее сбились в кучку и зажмурились…

— Эй! Вы здесь? — произнес кто-то очень знакомым голосом.

Анфиса приоткрыла один глаз, хотя в такой темноте это было совершенно бесполезно: — Антон? Это ты?

— Антон?! — удивленно открыла глаза Марго.

— Да, это я.

— Ура! Антон! — радостно закричала Роза. — Ура! Ура!

— Я не понимаю причин твоей радости, Роза, — пробурчала Анфиса.

— А что непонятого? Все складывается просто чудесненько! Антон сейчас пойдет вперед, и станет отличным обедом для Зубастого Монстра. А два раза обедать Монстр, наверное, не захочет. Правда ведь?

— Правда, Роза. Но Зубастый Монстр меня не тронет, — отозвался из темноты мальчик. — Он со мной, и его зовут Дядя А.

— Добрый день, — произнес Дядя А, подходя ближе.

Они с Антоном заранее договорились, что Дядя А будет держаться немного позади, чтобы не напугать феек, когда найдут их. Но не напугать, конечно, не получилось.

— А-аа! — дружно завопили фейки, услышав голос Дяди А. — Не подходи! Закусаем! Защекочем!

— Да тихо вы! — попытался успокоить феек Антон. — Я же говорю, он вас не тронет!

Но слова Антона феек, похоже, не убедили — они продолжали визжать, пищать и бороться с кем-то невидимым в темноте, вероятно, друг с другом. И лишь выдохшись и убедившись, что Зубастый Монстр не проявляет к ним никакой агрессии, фейки угомонились.

— А вы правда умеете ядовитой слюной плеваться? — нарушила воцарившееся молчание Роза.

— Хм! Тут обо мне, похоже, легенды ходят, — довольно ухмыльнулся пес. — Но вынужден вас разочаровать, барышни, ядовитой слюной не плююсь.

— Врушка ты, Марго!

— Сама ты врушка!

— Успокойтесь обе! — прикрикнула на подруг Анфиса и обратилась к собаке: — Я правильно расслышала — вас «Дядя А» можно называть?

— Именно так. Дядя А. Длиннолапая радостная почти лайка, — вежливо кивнул пес головой.

— Ух ты! — пришла в восторг Роза. — Почтилайка!

— И если я правильно понимаю, — продолжила Анфиса, — у вас нет намерений нас немедленно сожрать?

— Честно говоря, я очень голодный. Со вчерашнего утра ни крошки во рту…

Фейки испуганно шарахнулись к стене.

— Да не бойтесь вы! Он шутит так! — в очередной раз попытался успокоить феечек Антон.

— Милые барышни, это действительно была шутка. Похоже, неудачная. Уверяю, у меня нет ни малейших намерений вас э-эээ… как вы выражаетесь, сожрать. Наши с Антоном намерения диаметрально противоположны — вывести вас из этого лабиринта и, видимо, спасти.

— Спасибо, — поблагодарили Анфиса и Марго.

— Да, спасибо вам! Меня еще никто не называл милой барышней. Так приятно! А записка — это было просто недоразумение! Не обращайте внимания, — добавила Роза.

— Какая записка?

— Записка, в которой мы просили Ехидну, то есть вас, сожрать Зубастого Монстра, то есть опять вас, то есть самого себя, — пояснила Роза.

— Ничего не понял, но ладно. А почему вы меня Ехидной называете?

— А вы — разве не он? Мы просто подумали, если в норе Ехидны живет Зубастый Монстр, то есть, извините, Дядя А, то он, наверное, и есть Ехидна.

— Нет. Уверяю вас, я — не он. Я — это я. И в норе мы не живем, а спустились сюда только, чтобы спасти вас…

— Анфиса, — с нехорошей догадкой окликнула подругу Роза. — А если Монстр — не Ехидна, значит. Бежим! А-ааа!

И с этим криком Роза со всех ног устремилась вглубь пещеры. Остальные фейки с криком бросились за ней. Антону и Дяде А не оставалось ничего другого, как пуститься за ними в погоню. Впрочем, Дядя А в считаные секунды догнал, обогнал феек и остановился перед ними. Фейки же с разгона и в темноте по очереди в него врезались. Образовалась небольшая куча-мала, которую довершил собой Антон.