— Но?..

— Но после истории с жарой и свитером она не перестала писать. Я не повёлся, не пригласил снова. А потом она… странно себя повела. Начала следить в соцсетях, звонить, а потом писать, что случайно набрала. Комментирует все мои сторис, даже деловые. Сердечки, поцелуи — брр.

— Ну, — говорит Риз, — надеюсь, теперь она поймёт намёк.

— Будем надеяться, — показываю скрещённые пальцы. — И спасибо, что вмешалась. Не каждый бы решился.

— Решились бы, если бы Бри посмотрела на них так, будто они вылезли из канализации и легли в её постель. Меня только удивило, что она решила, будто я твоя девушка, учитывая, какая я отвратительная, — усмехается. — Видимо, ты не понимаешь, насколько опозорился, встречаясь со мной.

Слово «отвратительная» — последнее, что пришло бы мне в голову, глядя на неё.

— Наверное, поэтому мы расстались, — поддеваю я.

— Мы не расстались, Коул. Это я с тобой рассталась.

— Эй, — толкаю её локтем, — может, дам тебе шанс всё исправить?

Её глаза вспыхивают, как рождественские огни, когда она открывает дверь.

— Ты ещё не оправился после ужасного расставания. Сначала займись базовыми вещами, вроде пересылки почты. А я пока повешу табличку «Никаких визитов».

— Справедливо, — смеюсь я и выхожу на крыльцо. — Займусь прямо завтра.

Она облокачивается на дверной косяк, машет рукой.

— Спокойной ночи, Коул.

— И тебе, Риз Писес, — отвечаю я, направляясь к машине. Когда дверь за ней закрывается, ловлю себя на мысли, что этот фальшивый, пятнадцатиминутный роман оказался лучшим свиданием в моей жизни.

Риз

Три дня подряд я нахожу в почтовом ящике письма на имя Коула. Складываю их на кухонной стойке, у него уже есть там своё постоянное место, потом открываю наш чат. Его номер не сохранён, и единственное сообщение в переписке — ссылка, которую он прислал на сайт Home Depot.

Я пока не заказала нужную деталь, но поставила под раковину новую, побольше, кружку, чтобы собирать воду. Можно сказать, я прямо Чип Гейнс. После покупки дома деньги из меня точно не льются, а Коул сказал, что это не срочно, так что обойдусь кружкой.

Быстро гуглю нужное и вставляю ссылку в сообщение.

Риз: Может, пригодится.

Ссылка ведёт на страницу USPS по перенаправлению почты.

Через пару минут телефон вспыхивает на кухонной стойке.

Коул: Уже делал, давно. Как и обещал (подмигивающий смайлик)

Я фотографирую стопку писем и прикрепляю к ответу.

Риз: Моя стойка не согласна. См. экспонат А.

Коул: Наверное, задержка с пересылкой. Но стойку надо освободить. Заеду завтра после работы, если не против? Нашёл запасной уплотнитель для раковины.

Я соглашаюсь слишком быстро. Коул — привлекательный, обаятельный, весёлый. Дьявольская триада. Он всего лишь заедет за письмами, ничего серьёзного. А после того, как Брейди со мной расстался, чтобы начать встречаться с Меган, двадцать минут лёгкого флирта мне точно не повредят.

Когда я предложила Меган поехать вместе в домик, она ответила, что «подумает». Не знаю, как поступить дальше — мяч теперь на её стороне. Я не собираюсь позволить Брейди разрушить нашу дружбу, но решение зависит не только от меня. Всё, что я могу — показать, что не собираюсь делать из этого драму.

Да, мне неприятно. Но раздувать из этого бурю в стакане глупо. Так что не буду. А выходные в домике отличный повод дать Меган понять, что между нами всё в порядке. Проведём время вместе, укрепим дружбу под Mistletoe Джастина Бибера, её любимую рождественскую песню.

В обед на работе мне пишет Ханна — спрашивает, можем ли созвониться вечером, чтобы обсудить последние детали. По средам мы работаем до шести, чтобы людям не пришлось отпрашиваться. Моя последняя пациентка — семидесятилетняя миссис Лейни.

С тех пор как я здесь, она просит записывать её только ко мне. Разговорчивая, что делает работу… своеобразной. Зато я научилась понимать людей даже тогда, когда у них рот полон инструментов. В игре «Угадай слово» мне нет равных.

— Как там твой парень? — спрашивает Лейни.

Отступление: я не из тех, кто рассказывает пациентам о личном, но Лейни всегда умудряется выудить подробности — наверное, потому что сама всё выкладывает и мне становится неловко отмалчиваться.

Если быть честной, я никогда не называла Брейди парнем. Просто сказала, что начала с кем-то встречаться.

— Он не был моим парнем, — отвечаю. — Но мы больше не видимся.

— Выставила его за дверь, да? — подмигивает она.

Я улыбаюсь.

— Что-то вроде.

— Надеюсь, не носишь по нему траур.

— Ношу что? — переспрашиваю, очищая двадцать четвёртый зуб с внутренней стороны.

— Траур, — поясняет она. — Грусть, тоску.

Я смеюсь.

— Нет, никаких траурных вещей не ношу. Я слишком занята покупкой дома.

Она улыбается, и я жду, пока губы расслабятся, чтобы продолжить работу.

Но она не замолкает.

— И правильно. Ты слишком молода, чтобы делать что-то, кроме как веселиться и совершать ошибки, над которыми потом будешь смеяться. И вот ещё что — никто не говорит, но любовь не ищут, она сама находит тебя, когда ты просто живёшь.

Кажется, я видела это на холсте в Hobby Lobby.

— Лейни, тебе пора выпускать коллекцию вдохновляющих надписей для дома.

— Пора бы, — говорит она, пока я убираю инструменты. — Но я слишком занята пенсией, чтобы работать. — И подмигивает.

Я всё ещё в форме и едва вошла домой, когда зазвонил телефон — на экране фото Ханны. Зажимаю трубку плечом, отмыкая дверь.

Ханна — вихрь энергии. Приятно услышать её голос после недели переписки. Замужество её не изменило, хотя сейчас она в медовом периоде, и болтать просто так мы почти перестали. Наверное, так и будет или просто у нас теперь разные этапы жизни.

— Ты приедешь в домик к трём, да? — спрашивает она.

— Такой план, — устраиваюсь у эркера, закутываюсь в плед. — Правда, жду, пока Мег подтвердит. Я писала, не хочет ли она поехать вместе, но она пока не ответила.

Скидываю обувь и натягиваю на ноги толстый вязаный плед. Покупка дома стоила того хотя бы ради этого места. Может, дальше в году будет не так уютно, но сидеть в тепле и смотреть на улицу, где мерцают рождественские огни, — счастье, которого я раньше не знала.

Осталось только, чтобы за окном пошёл снег и зазвучала грустная музыка — и я готова сниматься в рождественском фильме про разбитое сердце.

— Да, насчёт этого… — протягивает Ханна.

В груди что-то сжимается.

— Что?

Неужели Меган не поедет? Ей неловко? Или просто не знает, как сказать, что не хочет ехать со мной в одной машине?

— Видишь ли, — начинает Ханна осторожным голосом, — думаю, Мег не отвечает, потому что Брейди очень хочет поехать. И она пытается понять, как это обставить.

Люди говорят, сердце падает в желудок, но у меня там бездна — и оно падает, пока не долетает до пальцев ног.

— О, — выдыхаю я, голос выше, чем хотелось бы.

Я даже не представляла, что у Мег и Брейди всё зашло так далеко, что он вообще может поехать с ней на нашу ежегодную рождественскую вылазку. Ведь времени-то немного прошло. Они же даже не прошли испытание «поход в IKEA без ссоры».

Ханна едет с мужем, Тесс со своим парнем, с которым встречается почти год. Но это совсем другое, чем когда Меган привозит Брейди. Моего бывшего.

Ну да, Брейди кузен мужа Ханны, но всё равно…

— Она думает, ты её ненавидишь, поэтому…

— Я не ненавижу её! — перебиваю, ужаснувшись. — Да это же невозможно!

— Ну, она так не думает.

— Господи, конечно нет! — говорю. — Передай ей, пусть везёт его! Я совсем не против!

Совру. Но должна быть не против. И со временем, наверное, буду.

У моей кузины Ким парень встречался с ней восемь месяцев, а потом женился на её младшей сестре. И ничего, живут уже шесть лет. Если они справились, я тоже выдержу, что моя подруга встречается с моим бывшим.