— После того, чему я тебя сегодня научу, твой следующий дом выдержит землетрясение силой восемь с половиной баллов.

Она улыбается, и в который раз я ловлю себя на том, что теряю концентрацию. Она, конечно, гигиенистка, но сияние её улыбки явно не профессиональное — она зажигает меня, как новогоднюю гирлянду.

— Впечатляет, — говорит она. — Но, если что, я не особо люблю соревнования.

— Зато твой парень — любит.

Её ресницы чуть дрожат при слове парень.

— Я думала, мы сюда за весельем приехали.

— Соревнование — это и есть веселье. — Я бросаю взгляд на Меган и Брейди, стоящих плечом к плечу, пока он чертит план на листе. — Неужели тебе всё равно, если они нас обойдут?

Она несколько секунд молча смотрит на них, и я бы многое отдал, чтобы знать, о чём она думает. Всё ещё любит его? Каково это — видеть бывшего с одной из своих близких подруг?

Наверняка она чувствует, будто оказалась «недостаточно хорошей».

Чушь. Она заслуживает гораздо большего.

Если тот идиот хоть раз дал ей почувствовать обратное, я знаю, что мне нужно сделать — и это не просто выиграть конкурс пряничных домиков.

Её ноздри чуть раздуваются, потом взгляд возвращается ко мне.

— Хочу победить.

Уголки моих губ поднимаются.

— Отлично, потому что до этого я относился к делу спокойно, — киваю в сторону Брейди, — но теперь...

Риз приподнимает бровь, ожидая продолжения. В её взгляде — тень вызова. Именно такие вещи делают меня смелее, чем следовало бы.

— Надеюсь, ты готова, потому что я собираюсь поднять градус.

На миг мне кажется, что она отступит. Но вместо этого делает шаг ко мне и проводит ладонями по моей груди.

Сердце спотыкается, словно забыло, как биться. В её глазах — азарт и огонь.

На губах появляется лёгкая улыбка.

— Считай, градус поднят.

Желание поцеловать её обрушивается на меня внезапно, как лавина, сметая все мысли.

Я мог бы это сделать. Уверен, она не оттолкнула бы меня.

— Шесть минут! — кричит Тесс со своего стола.

Я моргаю, сердце грохочет, будто меня застукали за кражей.

— Нам лучше перейти к делу.

Риз убирает руки с моей груди.

— Веди, прораб.

Сердце всё ещё колотится чаще обычного, пока мы склоняемся над чистым листом бумаги.

У Брейди с Меган какой-то замок, у Ханны с Тайлером — почти небоскрёб, а у Тесс с Диланом — многоуровневый особняк.

После коротких споров я предлагаю сделать наш дом по образцу настоящего.

Её дома.

Моего бывшего дома.

Ну, как посмотреть.

— А не будет скучно? — спрашивает Риз.

— Ты что, HGTV не смотришь?

Она фыркает.

— Я не под камнем живу.

— Вот и отлично. А что происходит в каждой серии?

— Они находят какую-нибудь неожиданную поломку тысяч на сто.

— Именно. Уверен, твои друзья переоценили свои силы. А мы с тобой, — я поддеваю её подбородок, — поступаем с умом. И это окупится. Поверь.

— Посмотрим, — улыбается она.

Мы быстро набрасываем схему — корявую, потому что таймер Тесс звенит раньше, чем мы успеваем что-то толком додумать. Хорошо хоть, план в моей голове.

Мы делим обязанности и хватаем нужные детали, плюс запасные. Я успеваю собрать всё своё и поднимаю голову как раз в тот момент, когда Риз и Брейди одновременно тянутся к последней квадратной детали.

Их руки сталкиваются, взгляды встречаются.

Время будто замедляется, пока я наблюдаю. Она была первой, это её кусок.

Риз делает жест, будто хочет взять его, но тут же отдёргивает руку.

— Прости.

— Всё нормально, — отвечает Брейди и уходит с квадратом к Меган.

Меня обдаёт раздражением.

Правда? Она просто уступила ему? Неужели до сих пор так зациклена на этом типе? Я думал, она хочет победить.

Она подходит ко мне с оставшимися деталями, стиснув зубы.

— И что теперь?

Я мог бы напомнить, что она только что отдала своему бывшему ключевой элемент конструкции, который теперь поможет ему и его новой девушке — её подруге — нас обойти.

Но я здесь не за этим. Я здесь, чтобы поддержать её.

— Теперь подстраиваемся, — говорю я, беря прямоугольную деталь. — Эту можно подрезать. Но сначала — фундамент. — Беру мешок с глазурью и протягиваю Риз. — Заложи основу.

Она смотрит на меня, будто я поручил ей залить бетонную плиту.

— Основу? То есть ту часть, от которой зависит всё остальное?

Я улыбаюсь.

— Просто выдавливай толстый слой глазури — сантиметров двадцать на сорок. — Рисую примерный прямоугольник пальцем.

Она поднимает брови, как бы намекая: не жалуйся потом. Потом встаёт перед нашим «участком» — блестящим противнем, и начинает выдавливать глазурь.

Я поднимаю взгляд, отмечая, кто уже приступил к постройке, и сталкиваюсь глазами с Брейди.

Он наблюдает за нами, пока Меган добавляет глазурь к основанию их стены.

Его взгляд быстро опускается, но мне этого хватает.

Я же обещал «поднять градус», не так ли? А тут как-то прохладно.

Я подхожу ближе и кладу руку Риз на талию. Она на миг замирает, и я задерживаю дыхание, но потом продолжает.

— Отлично, — говорю я. — Держи линию ровно. Хочешь, поставлю что-нибудь в качестве ориентира?

— Не нужно. — В её голосе появляется уверенность. — У меня очень устойчивые руки.

И правда — движения плавные, без дрожи, линия идеальная.

— Профессиональное требование, — поясняет она, довольно улыбаясь.

Краем глаза замечаю, что Брейди снова смотрит на нас, пока она заканчивает третий край фундамента.

Я подвигаюсь ближе и склоняю голову, прижимаясь щекой к её волосам. От них пахнет сладким шампунем.

Её рука останавливается, голова чуть поворачивается — мои губы скользят по её щеке. Они будто вспыхивают холодком, как от ментола.

— Отвлекаешь, — говорит она.

— Это ты начала, — отвечаю. — Работай.

Она смеётся, и с такого расстояния я не просто слышу — чувствую этот смех.

— Ты ужасно властный, — произносит она. — Буду звать тебя Старый Король Коул.

— Главное, чтобы ты при этом меня почитала, — шепчу я ей на ухо.

Глупая фраза, но я не сдерживаюсь. Мне нравится смотреть, как Риз реагирует на каждое моё слово.

И это надёжно отвлекает её от Брейди и Меган.

Её рука чуть дрогнула — едва заметная неровность в идеально ровной линии.

Меня пронзает короткий, острый разряд удовольствия. Я-то должен желать безупречного фундамента, на работе я педант, но знать, что это я вызвал этот крошечный сбой, приносит куда большее удовлетворение.

Мне даже всё равно, заметил ли это Брейди.

— Между прочим, — говорит она, — королям не поклоняются.

— Клятва вечной верности вполне подойдёт.

— Осторожнее, Ваше Величество, а то устрою тебе восстание.

Моё внимание куда больше занято тем, что у меня в руках, — талией Риз.

— Звучит заманчиво.

Когда основание готово, мы начинаем ставить стены.

— Что ты делаешь? — спрашивает она, когда я кладу телефон на верхний край, который она держит.

— Приложение-уровень. Не идеально, но лучше, чем на глаз.

Она смеётся, и стена чуть съезжает.

Я бросаю на неё суровый взгляд.

— Можно поаккуратнее?

— Виновата, — говорит она с притворным раскаянием.

Я поправляю телефон.

— Не по стандартам. — Отставляю его и качаю головой. — Халтурная работа.

— Эй! — она толкает меня бедром, но я успеваю схватить её за талию и притянуть к себе.

Её глаза ловят мои — в них то же весёлое сияние, что и на губах.

— Уволишь меня? — Она кладёт предплечья мне на плечи, и это кажется одновременно самым естественным и самым волнующим, что со мной случалось.

От её энергии кружится голова, но не от смуты, а от остроты. Я чувствую каждую точку соприкосновения пальцев с её талией. Хочу сжать сильнее, чтобы не отпускать.

— Что-нибудь с тобой придётся сделать, — говорю я.

Её взгляд темнеет, скользит к моим губам и возвращается обратно.