Ещё на подлёте к ней я почувствовал огромное скопление энергии. Слишком много сильных практиков находилось в одном месте, причём их присутствия распределялись не так, как при обычной охране.

Посмотрел на монитор, отображающий всё, что происходит снаружи, и почти одновременно с этим изменился курс крейсера. Корабль довернул, выстраивая траекторию так, чтобы пройти точно над главной улицей…

Я посмотрел на навигационную схему, затем снова на приближавшийся город.

Теперь понятно, почему Ане понадобилось уточнить время…

К этому моменту в рубке как раз появилась Мирика.

Девушка остановилась у входа, посмотрела на меня, а затем подошла ближе к экранам. После перелёта она выглядела спокойнее, но при виде уже показанной улицы немного удивилась.

Там, на главной площади, на возвышенном помосте, стоял трон с красной ковровой дорожкой, спускающейся вниз.

Вдоль красной дорожки стояло множество практиков, а на помосте, возле самого трона, а точнее справа от него, стоя гордо с руками за спиной и смотря на приближающийся корабль, стоял в парадном белом кителе Гриша.

Весь вид парня показывал, что он давно не тот мальчишка, каким был когда-то. Теперь это гордый и уже заслуживший уважение и величие воин…

Он выполнил возложенное на него задание, и я не только из-за этого горжусь своим учеником и своей правой рукой.

Перед троном, снизу, сейчас стояли лидеры многих стран.

Мирика, снова посмотрев на меня, спросила:

— Что здесь происходит? Почему мы летим так, словно это мероприятие в нашу честь…?

Я отвлёкся от окна и посмотрел на ученицу.

— Ммм…? Ах, да… Я же тебе не сказал… Это мероприятие действительно в нашу честь. Сегодня я стану императором этой планеты.

Некоторое время назад:

Гриша отпустил руку, и рухнувший на пол арены правитель захрипел, обеими ладонями схватившись за горло. Мужчина судорожно пытался вдохнуть, но воздух проходил в его лёгкие с таким трудом, что каждый вдох сопровождался сипом. Ещё недавно он собирался поставить мальчишку на место, а теперь не мог даже поднять голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

Сам Гриша уже повернулся к остальным.

По тому, как правители смотрели на него, как крепче сжимали оружие и едва, почти незаметно смещались, стараясь не оказаться впереди остальных, было видно, что они нервничали. Никто из них не ожидал, что вблизи этот мальчишка окажется ещё смертоноснее, чем они видели ранее.

Гриша вытянул руку в сторону, и в его ладони появилось белое сияющее копьё. Твёрдо сжав древко, парень опустил наконечник к земле и обвёл собравшихся спокойным взглядом.

— Если вы все так твёрдо уверены в своей позиции и в своих решениях, то отстаивайте их до конца. Я же абсолютно твёрд в собственном решении.

Правитель у его ног наконец смог вдохнуть глубже и закашлялся, опираясь ладонью о камень. Гриша даже не посмотрел в его сторону.

— Я не позволю вам ещё больше напрягать моего брата. У него и так дел по горло без вас.

В голосе парня не было ни надменности, ни желания произвести впечатление. Он говорил так, словно уже всё решил, а сейчас лишь давал остальным возможность услышать это решение.

Гриша вытянул руку с копьём в сторону на прямой руке и сильнее сжал древко.

Во все стороны рванул невероятно мощный импульс силы.

Хрипевшего возле него правителя отбросило прочь, а тяжёлый стол, за которым ещё недавно обсуждалось будущее планеты, разлетелся на куски вместе с тронами. Каменные обломки ударили в щиты, подняв грохот, и следом по арене прокатилась волна разрушения, вырывая целые плиты из основания.

Несколько правителей одновременно отступили, прикрыв лица предплечьями, хотя между ними и летевшими обломками стояли защитные барьеры. Кто-то резко вскинул оружие, но так и не решился броситься в бой.

Там, где ещё мгновение назад возвышались троны, осталась только полоса развороченного камня.

Все, кто прежде был готов напасть на Гришу, замерли, осознавая, что перед ними стоит настоящее чудовище. Пока ещё молодое, не до конца раскрывшее собственную силу, но однажды оно вырастет настолько, что справиться с ним станет невозможно.

И с холодом в сердце каждый из них понимал, что даже сейчас это будет непросто.

Но эти люди не первый год правили своими империями, королевствами и странами. Они переживали войны, подавляли мятежи, теряли близких и сами отправляли других на смерть, поэтому страх ещё не означал готовности отступить. Правители хмурились, выпрямляли спины и вновь поднимали оружие.

Кто-то действительно отстаивал интересы своей империи, не желая отдавать её судьбу в чужие руки. Кто-то просто не собирался расставаться с властью, которую получил и удерживал долгие годы.

Однако большинство просто привыкло так жить.

Они привыкли к мысли, что единый мир невозможен, что сосед обязательно воспользуется твоей слабостью, а потому каждый должен воевать только за себя. Даже после всего случившегося этим людям было проще приготовиться к следующей войне, чем поверить в возможность её избежать.

Гриша это понимал, поэтому здесь и сейчас решил довести дело до конца. Стоило оставить всё как есть, позволить им разойтись с прежними убеждениями, и брату вскоре пришлось бы разбираться с теми же проблемами. Только за это время кто-нибудь снова успел бы умереть…

— Не решаетесь? — тихо спросил парень, переводя взгляд с одного правителя на другого. — Это и есть ваша решимость? Предел вашей воли…? Что же…

Он на миг прикрыл глаза, а когда открыл их, начал медленно подниматься над ареной, разведя руки в стороны под углом примерно в тридцать градусов. Белое копьё оставалось в его ладони, и исходившее от него сияние становилось всё ярче.

— Если вы не готовы мириться с настоящим и собираетесь тянуть не только нас, но и всю планету в прошлое, я не стану сдерживаться и покажу вам разницу между нами…

Вокруг тела парня несколько раз прошла слабая пульсация, а затем его объяла едва заметная белая воля. Сначала она лишь тонко обволакивала его плечи и руки, но постепенно начала расширяться, становясь всё плотнее и принимая совсем иной вид…

Правители, смотря ошарашенно, чувствовали, как менялась его сила, и невольно поднимали головы, следя за парнем, который теперь висел выше них. От него во все стороны бил лёгкий белый свет, а во взгляде сохранялась холодная решимость человека, готового здесь и сейчас довести начатое до конца.

Один из правителей шумно сглотнул и отступил на шаг. Следом дрогнул ещё один, а затем и остальные начали понемногу подаваться назад, уже не пытаясь скрыть, что с каждым мгновением им всё труднее оставаться на месте.

Пространство над ареной загудело.

Ещё уцелевшие основания и каменные плиты покрылись трещинами. Сначала тонкими, почти незаметными, но затем трещины поползли в стороны, расширяясь и с сухим треском разрывая камень. Огромные блоки с грохотом отделялись друг от друга, ломались под давлением, рассыпались на камни поменьше, а те, не успев упасть, превращались в щебень.

Правители, нервно озираясь, продолжали отступать.

Кто-то упёрся пяткой в обломок и едва удержал равновесие, кто-то выставил вторую руку перед собой, вливая в щит всё больше силы. Защитные барьеры прогибались, покрывались светящимися разломами, и каждый новый треск заставлял их владельцев вздрагивать.

При этом Гриша всё ещё не нападал. Он просто висел в воздухе и смотрел на собравшихся без каких-либо эмоций.

Но не только правители были в шоке.

В стороне Егор, Леонид, Аяна и Анастасия потрясённо разглядывали его фигуру. Они видели Гришу в бою и, казалось, уже представляли предел его возможностей… Однако сейчас парень заставлял их забыть обо всём, что они знали о его силе ранее.

— Охренеть… — тихо произнёс Егор, не отрывая взгляда от Гриши, при этом он чуть сжал кулаки. — Прошло ведь всего полгода… Что это за техника… И что за форма с его волей…?