Ранг, возможности… Потом. Сначала надо понять, как отсюда выбираться. Обратно через нору я не пойду: там воды нет.

Камень посреди двора дрогнул. Две колонны тёмного камня раздвинули плиты, поднялись выше человеческого роста и сошлись наверху, а проём между ними налился серебром.

Мысли, что ли, кто-то читает?

Я подошёл и коснулся колонны. Всплыло короткое сообщение в пять строк. Кланхол «Сердце Жилы», уровень первый, закреплён за гильдией «Сковородка» и считается её резиденцией. Между всеми замками гильдии открыт переход через арки. Приёмника для кристалла у арки не нашлось, маны она тоже не попросила.

Портал в городской резиденции берёт полторы тысячи маны за минуту, а тут ходи туда-сюда сколько влезет. Вот это мне нравится.

В серебре проступил список. Пять названий, «Белый Венец» первым, а «Сердце Жилы» последним и тусклым: в нём я и так стоял. Венец я выбрал, коснувшись строки.

Шагнуть я не успел. Серебро в проёме пошло рябью, и из арки мне навстречу вывалился зомби. За ним второй, третий, и так целый десяток, при ржавых тесаках, в лохмотьях, которые когда-то были чьей-то парадной формой. Первый увидел меня и встал как вкопанный. Второй врезался ему в спину, остальные, как и положено строю, тоже. Патрик, видно, углядел у себя во дворе новую арку и прислал разведку, не дожидаясь, пока я соизволю проснуться.

Зомби кое-как разобрались, выстроились у колодца в шеренгу и уставились на меня мутными глазами.

— Вольно, — разрешил я.

Никто не шелохнулся.

— Ладно. Охранять замок. Никого не пускать.

Десять голов кивнули разом. У крайнего голова кивнула дальше, чем стоило, и сосед, не глядя, поймал её и вставил на место.

— Сиси, в кирпич.

— Сама знаю, — сказала она, но ещё раз оглянулась на жилы, прежде чем юркнуть лучом мне в ладонь.

С кирпичом в руке я шагнул в серебро.

Арка вывела меня во двор Белого Венца, прямо под стену в густом плюще. Над стенами догорал вечер. Двор был набит битком: коробки зомби стояли у казармы, Рыцари Смерти выстроились вдоль стен, вампиры сидели на парапете, свесив ноги, а у ворот возвышался Патрик, и вокруг навершия его посоха лениво вилась молния.

Эгида сорвалась откуда-то с крыши казармы и встала у моего плеча, мелко подрагивая кромкой.

— Геральт!

Зена добралась до меня первой, почти бегом. Виктория подошла следом неторопливо, только глаза у неё горели. Кристиан с коробкой шахмат под мышкой держался чуть позади.

— Ты где был? — Зена остановилась в шаге от меня. — Мы тебя искали. Весь замок перерыли.

— И не нашли, — добавил Кристиан.

— Мои ушли в ход за шкафом, милорд, — сказала Виктория. — Упёрлись в завал. Камень свежий, сверху ещё сыпалось. Вглубь не пробились. Я уже собиралась искать рудокопов, чтобы разобрать завал.

Завал, значит. Когда я по нему шёл, ход был пустой и сухой. Бородачи своими горшками обрушили свод, что ли? Или подземелье само решило прикрыть лавочку. Медальон в норе молчал, как и дверь мастерской, так что докричаться до меня они не могли.

Ответить я не успел. Вдоль стены двора стояли ещё три арки, такие же, как моя, только тёмные. Загорались они сами, по очереди, и первой вспыхнула серебром крайняя.

Из неё вышел дядюшка с корзинкой под полотенцем и салфеткой за воротом. Он оглядел зомби и вампиров на парапете, потом повернулся ко мне.

— Хороший двор, сынок, — одобрил он. — Только стол где? Такой двор, а накрыть негде.

Следом загорелась вторая арка. Белый Зверь вышел молча, сделал два шага и встал. Под сапогом у него проступила звезда инея и поползла по плитам.

Третья арка мигнула, погасла и только потом вспыхнула. Громовой Князь вывалился из неё боком — то ли шаг не рассчитал, то ли с разгона — и плечом задел колонну, хотя проём был вдвое шире него. Борода трещала синими искрами.

— Опять последним⁈ — загремел он с порога и ткнул пальцем в арку. — Замок взял последним, так ещё и эта штука выпустила меня после всех! Я же молнией хожу!

— Так ты ж Громовой, — сказал я. — Гром всегда после молнии приходит. Зато его все слышат.

Князь открыл рот и закрыл. Борода задымилась на самом кончике. Довод ему, похоже, понравился, но признавать это он не собирался.

— Всё равно в другой раз первым буду, — проворчал он.

— Так где ты был? — повторила Зена.

— Воду искал, — сказал я. — Нашёл замок.

Зена моргнула.

— Замок.

— Под землёй. С колодцем, — я подумал и добавил:

— Колодец, кстати, отличный.

Виктория приподняла бровь, Кристиан закашлялся в кулак. Дядюшка одобрительно хмыкнул под маской.

Кстати о замках. Магам Смерти в мастерской я обещал замок, взятый армией мёртвых. Взяли. Слово надо держать, а заодно и магов с хозяйством пора познакомить.

Я нащупал в воздухе ручку и распахнул дверь мастерской прямо посреди двора.

— Маги! На выход. Буду показывать обещанное.

Они выходили по одному, в серых балахонах, и щурились на вечерний свет. Первым шёл главарь с ожогом от уха до ворота, за ним старик с жидкой седой бородкой. Молодой помощник выскочил третьим и тут же замер на пороге, так что на него налетели остальные. Последним из двери вывалился Дундук с грифельной доской за поясом, чтобы проверить, куда хозяин уводит его работников. Двенадцать балахонов сбились у двери тесной кучкой и смотрели то на стены, то на коробки зомби у казармы.

— Замок, — выдохнул молодой. — Взятый армией мёртвых… Наставник, вы видите?

— Вижу, — тихо отозвался главарь и медленно склонил передо мной голову. — Избранник держит слово.

Старик потрогал ближнюю стену, поглядел на пальцы и чуть нахмурился.

— Зеленовато, — пробормотал он. — Для престола Госпожи.

— Покрасим, — пообещал я.

Дядюшка был тут как тут. Он откинул полотенце, и над двором поплыл запах капусты и сдобы.

— Кушайте, детки, — сказал он ласково и принялся раздавать магам пирожки, по одному в каждую руку, следя, чтобы никого не обделить. — Бледные-то какие. Вас там хоть кормят?

Маги Смерти переглянулись, но пирожки взяли. Молодой откусил первым.

И тут под ногами дрогнуло.

Сперва погас зал. Зелёный свет внутри живого дерева мигнул за распахнутыми дверями и пропал, а стены зала беззвучно осыпались бурой трухой. Листья плюща облетели разом, и вампиры попрыгали с парапета во двор. Резьба на сводах галерей поплыла и стёрлась, а сам белый камень потемнел и начал оседать пылью, ярус за ярусом, от зубцов вниз. Обломков не было — стены просто растворялись в воздухе.

— Что случилось⁈ — взвизгнул молодой маг, так и не прожевав. — Что мы сделали? Госпожа гневается?

Двенадцать балахонов разом повернулись ко мне.

— Хрен его знает, — сказал я. — Сейчас разберёмся.

— Замок падать! — заорал Дундук, и доска у него за поясом заколотилась о колено. — Замок падать! Все бежать! Все бежать!

Он рванул через двор к воротам, которых уже почти не осталось, расшвыривая по дороге зомби. Я шагнул наперерез и поймал его правой рукой за шиворот балахона. Дундук пробежал ещё немного на месте, загребая ногами воздух, и обвис.

— Всё под контролем, — сказал я ему. — Ты в том числе.

Сиси вынырнула из кирпича и повисла у меня над плечом. Смотрела она за курятник, туда, где ряды лоз гасли один за другим.

— Виноградник… — сдавленно сказала она. — Геральт, ему же сто лет…

Князь выдернул шпагу, и с острия посыпались искры.

— Кто тут шутит⁈ — рявкнул он на стены. — А ну выходи!

Стенам было не до него: они таяли. Дядюшка накрыл корзинку полотенцем от пыли и стоял себе, придерживая её на сгибе локтя. Зверь не шелохнулся, только звезда инея под его сапогом расползлась вдвое шире.

Через двор, топоча корнями, пронеслось дерево-казна. Оно ткнулось в северную стену, но стена растаяла прямо перед его кроной. Дерево шарахнулось к казарме, а казарма уже оседала трухой. Тогда оно развернулось, промчалось мимо Зены и замерло у моих ног, обхватив корнем щиколотку. На коре мигала Метка Разрушителя.