Денис достал телефон и набрал номер.

— Сергей Леонидович? Ушаков. Мне нужна ваша группа в Левашово. Немедленно… Нет, прямой опасности нет. Получена посылка, имеющая отношение к делу Фомы и похищению моей жены. Предмет безопасен, но вам следует увидеть его.

Крылов что-то спросил.

— Точная копия ошейника, — ответил Денис. — Без мёртвого камня и без активной схемы. Изготовлена недавно.

Он выслушал ответ.

— Да. Упаковку сохранили. Ждём.

Денис отключился.

— Что сказал Крылов? — спросила Лена.

— Чтобы никто ничего не трогал. Группа уже выезжает.

Он прошёлся по комнате, рассуждая вслух:

— Значит, у Фомы по-прежнему есть люди в России. Кто-то передал коробку курьеру. Мы выясним кто. — Он снова посмотрел на коробку. Пальцы медленно сжались вокруг телефона. — Этот человек решил, что может отправлять подобное в наш дом.

Он подошёл к Лене и взял её за руку.

— Раньше Фома пытался запугать Елену Фаберже. Теперь он угрожает моей жене. Если ему нужна война, он её получит. За твоей спиной стоит весь Дом Ушаковых. А нас запугать невозможно.

— И весь Дом Фаберже, — добавил я.

Лена посмотрела сначала на мужа, потом на меня.

Страх из её взгляда не исчез, но рядом с ним появилось знакомое упрямство.

— Тогда перестаньте говорить так, будто меня здесь нет, — сказала она. — Если Фома хочет войны с нами, я тоже собираюсь в ней участвовать. Не стоит недооценивать женскую злость.

Мы с Денисом с сомнением переглянулись. Лена немедленно заметила наше безмолвное общение и рассердилась.

— Вот! — Она высвободила руку из ладони мужа. — Опять! Вы уже без слов решили, что я расстроена и поэтому не понимаю, о чём говорю.

— Ты расстроена, — осторожно произнёс Денис.

— Разумеется, я расстроена. Мне прислали копию вещи, которой меня едва не убили. Было бы странно обрадоваться.

Я посмотрел на коробку. Ошейник лежал на чёрной ткани и даже без камня выглядел омерзительно. Мне всё ещё хотелось немедленно вынести коробку во двор и превратить её содержимое в бесформенную лужу металла.

Вместо этого я спросил:

— Что именно ты хочешь делать?

Лена явно ожидала, что я начну спорить. Она помолчала, собираясь с мыслями.

— Присутствовать, когда Крылов станет задавать вопросы. Услышать, что выяснят его люди, а не пересказ после того, как вы решите, какие подробности мне можно знать. И самой определить, что изменится в моём доме.

Денис провёл ладонью по волосам.

— Договорились.

Она повернулась ко мне.

— А ты?

— Что я?

— Тоже согласен?

Насколько я понял, моего согласия никто и не спрашивал…

— Полностью поддерживаю разумные требования хозяйки дома.

Внизу раздался короткий сигнал автомобиля. Денис посмотрел в окно.

— Быстро они прибыли…

Полковник Крылов прибыл с технической группой. На крыльце он выслушал доклад начальника охраны, просмотрел журнал въезда и только после этого поднялся к нам.

Он остановился у двери будуара.

— Елена Васильевна, как вы себя чувствуете?

— Отвратительно. Но на все вопросы отвечу.

— Тогда сначала несколько формальностей. Кто обнаружил коробку?

Лена рассказала всё заново. Крылов уточнил время доставки и кто прикасался к коробке. Потом пришла моя очередь, пока другие сотрудники опрашивали прислугу. С нас взяли отпечатки и попросили покинуть комнаты.

Мы спустились в малую гостиную.

— Александр уже сказал, что вещь безопасна, — произнесла Лена.

— Я доверяю квалификации вашего брата. Но для протокола этого недостаточно, — ответил Крылов.

Штиль вошёл без стука и положил на стол планшет.

— Записи с ворот и зоны доставки. Курьер приехал в шестнадцать ноль три. Коробка прошла все проверки. Всё чисто.

— Лицо видно?

— Да. Машина и номер тоже. Сотрудник настоящей службы, маршрут подтверждён.

Крылов передал планшет одному из своих людей.

— Проверить диспетчерскую, пункт получения и предыдущую остановку. Курьера пока не пугать.

Сотрудник вышел.

— Значит, охрана не ошиблась, — сказала она.

— Пока всё выглядит именно так, — ответил Крылов. — Они искали оружие, яд и артефакт. В коробке ничего подобного не было.

— Только воспоминание, — произнесла сестра.

Крылов посмотрел на неё внимательнее, но ничего не сказал.

Через сорок минут нас позвали наверх. Ошейник находился под прозрачным экраном.

— Магический фон отсутствует, — доложил артефактор. — Следов мёртвого камня, активных каналов и скрытых закладок не обнаружено.

— Это серийный сплав с вольфрамовой составляющей, — добавила женщина-криминалист. — Замок не работает, крапаны скорее декоративные. Исполнитель заботился только о внешнем сходстве и работал по готовому чертежу.

Я рассмотрел увеличенный снимок. На металле остались тонкие параллельные полосы.

— Фреза была изношена.

— Незначительно. Если найдём мастерскую, сравнить сможем.

— Найдёте? — спросила Лена.

— Попробуем, — ответил Крылов и посмотрел на тёмный обруч. — Подпись здесь — сам чертёж. Он доказывает связь с прежним похищением, но не называет человека, который отправил посылку.

В комнате стало тихо. Обычно полковник избегал преждевременных выводов, и на этот раз изменять своим привычкам не собирался.

— Как думаете, мастер понимал, что делает? — спросил Денис.

— Маловероятно, — ответила криминалист. — Скорее всего, заказ проходил как муляж или реквизит. Но есть и хорошие новости — с вольфрамом работают далеко не все мастерские. Круг поиска значительно сузится.

Сотрудница убрала ошейник и упаковку в контейнер.

— Подпишите здесь, Елена Васильевна.

Лена подошла к столику, сделала вдох и вывела полное имя под перечнем изъятых предметов.

— Когда вернёте ошейник, можете оставить его себе, — сказала она.

— После суда вещественные доказательства уничтожают, — ответил Крылов.

— Тогда пригласите меня, если это возможно. Я хочу увидеть, как он расправится.

После всего, что он сделал, я бы расплавил в этом жидком металле и самого Фому. Вот только сначала следовало его поймать.

Ночевать я остался в Левашово.

После отъезда группы Крылова дом охраняли лучше небольшого банка, а уезжать на Морскую в первом часу ночи уже не имело смысла. Не думал, что так быстро воспользуюсь своей комнатой, но предусмотрительность Лены и здесь пошла всем на пользу.

Утром меня разбудил запах кофе. За окном лежал свежий снег, и этот толстый покров скрыл все следы людей из Особой канцелярии. Усадьба казалась безмятежной.

В отличие от её хозяев.

Лена уже сидела в малой столовой с управляющим, обсуждая званый обед. Сестрица решила воспользоваться случаем и обновить интерьер. На столе лежали образцы тканей для портьер, скатертей и прочих салфеток, и карточки от свадебных подарков. Сестра выглядела уставшей, но голос звучал уверенно.

— Я думал, обед отменят, — сказал я.

— Ну уж нет! Если я это сделаю, Фома получит от своей железки больше, чем она стоила.

Вошёл Денис и сообщил, что Крылов нашёл курьера и пункт приёма. Полковник прибыл как раз когда мы сели за кофе. Он разложил на столе фотографии, распечатки и схему из прямоугольников, соединённых стрелками.

— Курьер получил коробку в пункте на Обводном канале. Туда её принёс студент театрального училища, который откликнулся на объявление о разовой доставке реквизита. Он коробку не открывал и заказчика не видел. Деньги получил на электронный кошелёк.

Крылов передвинул следующую фотографию. На ней виднелся серый одноэтажный корпус с вывеской «Металл и форма».

— Изготовитель — небольшая мастерская в Купчино. Заказ поступил как театральный реквизит. Чертёж готовый, размеры полные, работающий замок и крепление вставки не требовались.

— И мастера не смутил вольфрам для реквизита? — удивился я.