Беглец нырнул в подворотню. Такие дворы я знал: сквозные, в два-три колодца, с парадными насквозь. Влетаешь с одной улицы, выходишь на другую, за квартал. В чужом городе их читаешь по приметам: по натоптанной дорожке через двор, по решётке на арке, подпёртой кирпичом, чтоб не захлопывалась. Беглец шёл этими дворами уверенно.

Где прошёл он, там и мне проезд. Главное не отстать.

Двор. Арка. Второй двор. Бельевые верёвки, голубятня под самой крышей, ребятня прыснула врассыпную от звуков моторов, эхом отдававшихся в колодцах. «Иж» вильнул, объезжая мальчишку, потерял полсекунды. Эти полсекунды я забрал. Из проходного мы вышли почти борт в борт, и впервые за всю гонку я был на расстоянии вытянутой руки. Левая держала руль, тянуться можно только правой, ею и ухватил мужчину за край куртки. А дальше сил не хватило: подкачать правую магией я не мог, шла на голой физике, без запаса. Пальцы поползли по коже, и куртка вырвалась. Он газанул и снова отыграл свои метры на прямом отрезке. Машина решала. Но я уже знал: во дворах он мой. Весь вопрос — чего в Серове больше.

Старый город кончился, пошла товарная станция. Пакгаузы, тупики, рельсы веером. На ближнем пути замер гружёный состав платформы под брезентом — цистерны. Беглец нырнул вдоль него, по узкой полосе между бортами и стеной пакгауза, где двоим не разъехаться.

В щель я не сунулся. Бросил «Урал» в обход, через переезд, по головам шпал, мотоцикл затрясло, зубы лязгнули, и выскочил с другого торца состава, наперерез.

Расчёт почти сошёлся. Почти. Беглец вылетел из-за последней цистерны на полкорпуса впереди. Хотел его протаранить своим тяжелым мотоциклом, но не хватило чуть-чуть.

Он ушёл за стрелку, в проезд между пакгаузами, и снова вырвался вперёд.

Я гнал и складывал всё воедино.

Он не убегал куда-то целенаправленно. Мужик водил меня кругами. А ведь мог просто выйти загород и стряхнуть, но тогда ему не попасть назад в город. Значит, беглецу нужно что-то в городе. А этими кругами он попросту жжёт время.

Но зачем?

Портал.

Дневное окно на станции открывалось около двух, через четверть часа. Влети он на вокзал сейчас, с запасом времени, я сяду в тот же вагон и возьму его ещё до перегона, в запертой коробке. А подгадай он приезд к самому отходу, впрыгнет в закрывающиеся двери, поезд уйдёт с ним, а я останусь на перроне.

Вот и водил меня по городу. Тянул до отхода.

И уйдёт он в портал, а не загород. За городом, в пустых трактах, спортбайк оторвался бы легко, да только дальше проход в два мира третьего кольца, за которыми фронтир. Спрятаться негде. А по эту сторону, на челноке через стабильный портал, лежал мир «Павловск». Курорт. Людный, тёплый, набитый приезжими, мир, где легко затеряться в толпе.

Умно. Слишком умно для того, кто просто спасает шкуру…

Вдруг в голове щёлкнуло.

Чужое касание. Так по каналу бьёт только сильный менталист, который знает, кого ищет.

«Куда?»

«Телепорт».

Касание ушло так же чисто, как пришло. Соколов, больше некому.

Значит, перехватят на вокзале.

Беглец резко ушёл влево, в щель между двумя складами, а затем опять к домам. Я за ним.

Двор-колодец. Глухие стены в три этажа, чугунная лестница, опять бельё на верёвках. Один проезд напротив, узкий, на две ладони шире моего руля.

«Иж» вписался в него сходу. Я следом, но правая рука подвела.

Канал на ней я сжёг ещё в «Орске», когда лил макры в источник напрямую, и он ещё не зажил. Усилить магией получалось не то чтобы хорошо. Пришлось ещё больше нагружать левую.

«Урал» повело. Заднее колесо сорвалось, мотоцикл пошёл боком на стену. Я убрал газ, чиркнул ботинком по булыжнику, выровнял. Стена прошла в ладони от плеча.

Секунду я просто дышал.

Беглец за это время выскочил из колодца и ушёл. Синюю куртку я потерял.

Выкатил на улицу — пусто. Три проезда, и в каждом мог быть он. Скан тут не поможет, преследуемый глушит сигнал.

Бросил взгляд на часы: без пяти.

Выбрал съезд, идущий в сторону вокзала, и вдавил газ.

А вот и беглец!

Синяя куртка мелькнула справа на параллельной улице. Я отслеживал мужчину по этой синеве: серый спортбайк сливался с пейзажем, а вот ярко-синий бил в глаза. По куртке и ориентировался.

Беглец это понимал не хуже меня. Куртка палит его за квартал, но на седле её не сорвать: обе руки на руле, отпусти одну на такой скорости — и приляжешь на булыжник. А если притормозит, то я протараню своим тяжёлым «Уралом».

Впереди показалась башня вокзала. Мужчина ехал ко входу. Минута в минуту, как я и думал. На широкой улице беглец снова разогнался, и пятно растворилось в потоке редкого транспорта.

На привокзальной площади уже было многолюдно, скоро откроется портал. Люди спешили и провожали. Сбоку, у самого входа, стоял чёрный микроавтобус инквизиции.

Успели. Срезали мой крюк по дворам и пришли первыми. Весь расчёт беглеца держался на том, что погоня одна, на двух колёсах, и завязнет в городе. А погоня с двух сторон.

Заметил байк, лежащий на боку недалеко от входа на вокзал. Значит, всё же растворился в толпе раньше приезда коллег.

Я спрыгнул с «Урала», не глуша мотор, и быстро пошёл за беглецом, плечом расталкивая зазевавшихся людей.

Вбежал на территорию, не тратя время на билеты и кассу, сразу направился к поездам и уловил в толпе знакомый цвет куртки, он мелькнул у одного из входов в вагон.

Можно было бы, конечно, задержать отправку поезда. Но зачем? Я уже на месте.

Состав тронулся.

Поезд был небольшой, точнее, это был челнок, курсирующий только между станциями по две стороны телепорта. Двери вдоль всего состава, низкий пол, поручни, что-то среднее между вагоном метро и электричкой.

Я рванул к последнему вагону. Поезд катился вдоль платформы, набирая ход. Прыгнул в последнюю дверь, ухватился за поручень, втянул себя внутрь и на створке, у самого края, обернулся.

Увидел Волкова и Соколова, бежавших следом.

Дима влетел практически сразу, за ним как-то даже вальяжно зашёл старик, словно только что и не бежал.

Двери сошлись. Поезд набрал скорость. За это время беглец ушёл куда-то вперёд.

— Игорь! — Волков глянул исподлобья. — Где он?

— Где-то тут, — буркнул я и двинулся по вагону, озираясь.

— Вон! — обрадовался Димка, тыча пальцем на ярко-синее пятно в следующем вагоне.

Мы поспешили в соседний вагон. Куртка висела на крючке между окнами.

— Это его?

— Его, — буркнул я.

Синее пятно он скинул, да только из поезда никуда не деться.

Соколов нагнал нас в тамбуре, чёрный плащ он так и не надел, а нёс, перекинув через руку.

— Решил спрятаться, — обронил менталист, едва глянув на куртку.

— От нас не спрячется, — оглядывая пассажиров вагона, сказал Димка.

— Сканируем всех, — заявил старик, прикрыв глаза, и вытянул свободную правую руку над головами пассажиров.

Мне ещё не доводилось видеть, как работает самый сильный менталист ордена. Соколов стал тянуть верхний слой с пассажиров, один за другим. Ему, чтобы прочесть всех этих людей, нужно не больше пяти минут.

Закончив с людьми у входа, он неспеша пошёл по проходу.

Старик мог бы отсканировать всех быстро по верхам и найти людей с артефактами защиты, но он понимал, что беглец мог скинуть амулет, поэтому проверял каждого.

— Тут пятеро с артефактами, — спокойно сказал Соколов, пройдя вагон до конца.

— Так чего мы ждём? — Волков переступил с ноги на ногу. — Попросим их всех снять.

— Дима, когда ты наконец при работе начнёшь голову использовать? — уколол старик. — Сейчас будем через портал проходить, он сделает за нас всю работу.

Аркадий Платонович был прав: при проходе через стационарный портал сбоит любой защитный артефакт, портал ненадолго глушит чужую магию.

Впереди вспыхнуло. Секундная фиолетовая дымка прокатилась по вагону, по коже прошли мурашки — портал.

В этот момент амулет беглеца погас.

Соколов поймал его сразу. Лицо у старика чуть напряглось.