Дима покосился на меня, а потом и говорит:

— Конечно, информации мало, тут сложно что-то сделать. Мне нужны хоть какие-то зацепки. А так всё равно что искать иголку в стоге сена. Девчонку в городе, молодую, деревенскую… Да их там полно, молодых, деревенских. И ещё вот что, ты сейчас теоретически спрашиваешь, или реально девчонка какая-то потерялась?

Я вздохнул.

— Реально потерялась, — говорю.

— Ну тогда, — говорит Дима, — Мне нужны какие-то зацепки, чтобы хоть было от чего оттолкнуться и чего искать.

В общем, прикинул я все за и против. Всё-таки у меня уже есть репутация определённая — не выдумщика, а нормального мужика. И я решил Диме рассказать, как есть.

— Встреча у меня была позавчера в лесу — странная. Ты только не подумай, что я там сумасшедший или ещё что-нибудь, но дело вот такое…

И рассказал про лешего и древесницу. Рассказываю, а сам думаю: ну всё, пойдёт теперь слава, что Серёга-охотник с катушек слетел, совсем заохотился. Настолько, что теперь лешего в лесу видит и общается с ним.

Но, к моему удивлению, Дима довольно-таки серьёзно отнёсся к моим словам. Я пересказал ему всё, что дед мне рассказал. Дима внимательно выслушал и кивнул, серьёзно так. И говорит:

— Вернёмся в город, у коллег поспрашиваю. Может, и придумаем, как можно найти внучку твоего лешего. Как, говоришь, её зовут?

— Дед сказал, что Зарина.

Дима кивнул и начал размышлять вслух:

— Волосы зелёные она, конечно, могла и перекрасить, чтоб не сильно выделяться среди городских. А что босиком ходить любит… Тут скорее всего девчонки её обули и переодели, тут ты прав. А вот Зарина — это имя редкое, у нас в Барнауле не так много девочек с таким именем. Так что не переживай, как что узнаю — сообщу тебе.

Ну и всё, сказал и сказал. Тему закрыли и перешли опять на собак, на охоту.

А тут уже и гон ярким стал. Собаки явно увидели зайца, на узерк идут. А потом и заяц между деревьев замелькал. Его белого на чёрной тропе издалека видать.

Дима вопросительно посмотрел на меня, мол, стрелять будешь? Зайца-то точно Соловка подняла.

Но я кивнул ему:

— Стреляй, я не буду.

Ну, его уговаривать не пришлось: он быстренько вскинул ружьё и стрельнул. И конечно, добыл зайца — что уж. Хоть у Димы служба за компьютером в основном, а всё равно спортом занимается, за собой следит. В спортзал ходит, в тир наведывается пострелять. Да и вообще он нормальный мужик. Вот подстрелил зайчика, лапки обрезал. Одну лапку Соловке отдал, вторую — Вьюге.

А потом предложил мне:

— Заберёшь? А то мы зайца твоего съели. Что домой повезёшь? У меня-то вчерашний есть.

Я вспомнил про грибы, вспомнил про калину, и говорю:

— Бери себе. Я всё равно домой не без трофеев приеду. Есть что жене отдать.

— Ну, смотри коли так, — ответил Дима, сложил зайца в рюкзачок и убрал.

Потом посмотрел на часы. Времени уже одиннадцать, начало двенадцатого, а нам ещё назад вернуться надо.

— Ну что, — говорит Дима, — возвращаемся?

— Ну да, — отвечаю. — Уже пора лагерь собирать.

Развернулись и пошли.

Вернулись в лагерь, а Григорич уже свою палатку собирает потихоньку.

Мы помогли ему, да свои пожитки собирать начали. А там и Саня подошёл. Ничего не добыл в этот раз, что не мудрено — его Фагот не умеет искать следы.

Ну Дима и говорит:

— Во, Григоричу зайца отдам, мне-то два не нужно, а Григорич домой с добычей приедет.

Мы одобрили абсолютно. Как говориться, сто процентов одобрения, ноль осуждения. Григорич всё-таки с нами в нашей компании на охоту ездит, и делиться добычей нормально.

Короче, собрали лагерь, проверили, что ничего не забыли. Главное, цепей, на которые собачки цепляются на ночь, не оставили. Цепляем мы их на цепочки, не на кожаные поводки. Потому как если что взбредёт собаке в голову, кожаный поводок она махом перегрызёт, оглянуться не успеешь. А с металлической цепочкой это уже сложнее сделать.

В общем, всё проверили, всё убрали, всё упаковали, собак в багажники посадили. Договорились, в какой очерёдности выезжать будем. Но эта очерёдность имеет значение, когда дорога плохая, когда после дождя грязь развезёт или ещё что. А сейчас дорога сухая, так что без разницы. Единственное, пока по лесу едем, то стараемся держаться ближе друг к другу, а то мало ли, вдруг чья-то машина встанет, чтоб помочь можно было. А когда на трассу выезжаем, там Саня с Димой уже педали в пол и погнали. А мы с Григоричем потихоньку, помаленьку.

Выехали из леса: сначала на просёлочную дорогу, потом на трассу. Ну и мужики, конечно, втопили — у них машины не то, что нива дедова. Ну а мы с Григоричем покоптели. Я за рулём, он дремлет на пассажирском сиденье.

Сперва заехали ко мне домой, скинули мои вещи, высадили собаку. Я занёс подарок жене, поцеловал её. Она обрадовалась и грибочкам, и калине. Пошла хлопотать на кухню. А я повёз деда домой. Дед-то в Ганьбе живёт — далековато ехать. На другой конец города. Ну, ничего, потихоньку-помаленьку.

Привёз его, загнал его ниву, сдал Григорича его супруге Елене Григорьевне с рук на руки. И всё — пошёл на остановку автобуса и поехал домой.

Пока приехал — уже прям вечер поздний. Жена уже грибочков нажарила, калину парить поставила. Говорю ж, она у меня умничка, золото.

Я первым делом шмотки в стиралку сунул. Одежда-то вся дымом провоняла. Это в лесу запах приятный, а в город когда приезжаешь, то уже не то. В городе запах дыма — это тревожность какая-то. В общем, снял с себя одежду, в стиралку закинул, включил её — автоматическая, сама стирает. Помылся, сел ужинать.

Ем и жене про охоту рассказываю.

Анюта у меня женщина чуткая. Я ей про охоту рассказываю, что зайца добыл первым, и мы его съели. А потом вот грибы, ягоды… Рассказываю, как собака гоняла, как сколы выправляла.

Анюта слушала-слушала, а потом и говорит мне:

— Что-то ты задумчивый какой-то. Что-то случилось? Рассказывай.

Если в случае с Димой я ещё думал, рассказывать или не рассказывать, то тут уже не сомневался: жена меня поймёт.

В общем, рассказал я Анюте и про встречу с лешим, и про его просьбу.

Она выслушала внимательно и спрашивает:

— А ты что?

Я говорю:

— Ну а я что? Я вот с Димой поговорил…

Передал ей наш с Димой разговор.

Она кивнула и отвечает:

— Что ж, правильно, надо помочь деду.

Ну и всё, занялась дальше своими делами.

А я включил телевизор, там какой-то сериальчик. Пока смотрел его фоном, просмотрел сообщения на телефоне, вдруг там кто из клиентов, моих туристов, проснулся и хочет ехать куда-нибудь. Понятно, что осенью не так много желающих, но время от времени всё равно бывает.

Однако, сообщений никаких не было. Ну и я потихонечку-то и задремал.

Жена подошла, растолкала меня:

— Раздевайся да ложись по-человечески в кровать. А то как бомж на диване.

Я разделся, лёг и уснул. После леса всегда хорошо спится.

А там и жена под бочок пришла вскорости. Вот так уснули и проспали до утра.

Утром встал, собаку накормил, вольер почистил, убрал, дела какие-то дома поделал, в огород сходил, посмотрел, что там. Я в своём доме живу. Домик небольшой у нас с женой, на три комнаты да санузел с кухней. Когда покупали, то туалет был только на улице. Но что ж, я свою любимую морозить буду? Вот я и сделал ей ванну, унитаз поставил. Во дворе яму вырыли, чтобы стекало. Ну и раз в месяц или в два, как там получается, вызываем ассенизатора, чтоб откачал яму, и дальше благами цивилизации пользуемся.

Потом походил вокруг автобуса, попинал колёса. Решил прибрать в салоне, подготовить автобус, чтобы, если вдруг какой заказ, то моя Истана СанЁнг была наготове в любой момент. Чтобы, если появится срочный заказ, я мог выехать и зарабатывать денежку. Охота-то вещь хорошая, приятная, для души, но она требует вложений, так что работать нужно. Да и в дом что-то принести надо, не только всё на свои увлечение тратить.