Еду по Ленинскому, проезжаю мимо политеха. Вспомнилась эта группа фольклорная, про которую вчера в интернете нарыли, девчонки эти. Думаю, вот так вот у нас прям под боком развивается не понятно что, а мы и не знаем что. С другой стороны, может быть я рано ещё выводы делаю. Может, там на самом деле ничего серьёзного и нету. Так, собираются поговорить, обсудить, какие-нибудь сказки почитать, былички послушать. Фольклор же! А почему нет-то? Когда есть что-то, что греет душу человеку, что ему интересно, ему и жить же интереснее. А если пустота была бы, ни интересов, ни мечты никакой, что это за жизнь тогда? Даже если все деньги мира твои, а мечты у тебя нету, интересов нету, то нафига тебе эти деньги?

В общем, проехал мимо политеха, приехал домой, заехал во двор, под крышу, разгрузился. Зову жену.

Она вышла, а я ей два кресла развернул, говорю:

— Принимай, жена! Какое себе оставим?

Она смеётся.

— Я так и знала, что ты два возьмёшь. Григоричу своему подари зелёное, а себе вот это, яркое, полосатое возьми. Я когда тоже в нём посижу, дома там, или в огороде выйду, поставлю на солнышке погреюсь. Когда погода хорошая, хочется посидеть, погреться. Площадку свою доделаем для шашлыков и будем загорать.

Так-то мы уже наметили площадку, которую брусчаткой выложим, и качельки там поставим, столик, мангал. Вот и будем с женой летом отдыхать. Летом охоты нету, на нагонку только съездить, чтобы собака не засиживалась. Но на нагонку всё равно столько не поездишь. А так друзья в гости придут, или дети когда приедут, шашлычки пожарим, посидим, отдохнём. Хорошо же.

Поговорили немного про площадку, про шашлыки и пошли в дом.

Я занёс пакеты домой, помог жене рассортировать покупки. А там уже и обедать пора.

Пока я ездил, жена не только пирожков сделала, но и грибочков нажарила. Когда я грибочки привёз, она их отварила и заморозила. А тут достала пакет, разморозила, на сковородку — маслица, лучка, грибочки, соли, перчика — и красота. Картошечки, пюрешечки ещё сделала с маслицем — тоже очень вкусно. Ну и котлетку — как без котлетки-то? Без мяса грустно совсем.

Не понимаю я этих вегетарианцев.

Хотя, ладно, что уж, каждому своё. Мало ли у кого какой желудок. И опять же, те же самые интересы: ну, хотят они так питаться — пусть питаются. Если их интересы не мешают интересам других, если они не ходят там на парады отстаивать права вегетарианцев, если не кидаются с дубинками… То есть, если они не создают проблем тем, кто ест мясо, то, бога ради, пускай едят, что хотят. Меня это точно не волнует.

Я вообще считаю, что человек от природы свободен. Но свобода каждого заканчивается там, где начинается свобода другого человека. И тут надо либо уважать друг друга и договариваться, либо как-то держаться друг от друга подальше, чтоб не мешать друг другу жить.

Разобрали покупки, сели, пообедали. А потом Анюта спрашивает у меня:

— Чем займёмся?

Я выглянул в окно, дождь прекратился, вроде даже разъяснилось немножко. Вот и говорю:

— Думал в огороде покопаться. Да площадкой нашей для шашлыков заняться. Всё равно сейчас огород к зиме готовить надо. Может быть, в этом месте всё приберём, чтобы уже потом, весной, когда снег сойдёт и земля отогреется, сразу площадку выровнять и, пока ещё основные работы в огороде не начнутся, сделать её.

Она говорит:

— Ну, давай, пошли. Сейчас я тогда переодеваюсь.

И мы пошли в огород.

Понятно, что я эту площадку для себя хочу в первую очередь делать. Но главное-то хочется, чтобы и семье хорошо было.

Поэтому я и спросил у жены, как она видит. Собственно, мы это уже сто раз обсуждали, но одно дело, когда дома в кровати обсуждаем, или там за обедом, и совсем другое, когда на месте с граблями, чтобы сразу почистить, всё убрать, разметить.

Анюта рассказала, что она хочет. Оказалось, что наше видение практически совпадает. В принципе, не случайно мы сорок лет вместе прожили, уже даже в каких-то моментах и мыслим одинаково.

В общем, разметили, почистили. Хорошо так поработали: сначала с площадкой, потом дальше, в огороде. Траву прибрали, малину подвязали, яблони обмотали, чтобы мыши не погрызли их зимой.

Это же напасть такая! Весной снег сойдёт, смотришь, а стволы яблонь внизу белые. Особенно молодые, только плодоносить начали, да яблоки вкусные. А эти сволочи прошли: хрум-хрум-хрум — и всё, спиливай яблоньку, толку от неё уже не будет, погибнет она. А что, без коры расти, что ли, будет? Вот и пытаемся как-то бороться: обмотали стволы Анютиными старыми колготками. Стволы да нижние веточки — на высоту, как снег обычно лежит, потому как мыши под снегом пакостят, сверху на снегу ни одного следа, а под снегом целые мышиные лабиринты.

В общем, поработали хорошо. А тут уже и темнеть начало, день закончился. Как говорится, не успели оглянуться.

Интересная закономерность получается. Чем дольше живу, тем быстрее время несётся. В детстве помню тянулось-тянулось, не дождёшься, когда мультики начнутся. А сейчас год пролетает — оглянуться не успеешь. Хочется чуть-чуть притормозить время: куда спешить-то? А жить когда? И то попробовать хочется, и то, и туда съездить, и туда, и в гости сходить, и в кино сходить, и куда-нибудь там в туристическую поездку съездить. Ан нет! В огороде поработали, пришли домой, душ приняли, поужинали тем, что с обеда осталось, и всё. И уже сил нету идти, никуда не хочется.

Телевизор включил, смотрю новости.

Анюта за компьютер пошла. Там ей руководитель секты этой, про фольклор-то, из политеха — чего-то написал. Она пошла с ним переписываться.

Хотел подойти, полюбопытствовать, что они там пишут, а потом думаю: ладно, будет что-нибудь важное, Анюта скажет.

И действительно, через какое-то время подходит и говорит:

— Ну и болтун он! Не переговорить! — вроде смеётся, а глаза озабоченные.

— Что-нибудь выяснила? — спрашиваю.

Анюта качает головой и отвечает:

— Не выяснила. Но есть один момент. Интересует его, действительно ли я видела домового или это просто мои фантазии? И он это как бы между делом спросил. Если бы не ситуация с девочками и с древесницей, я бы даже внимания не обратила на его слова. А так что-то тревожно стало.

Я сразу же посерьёзнел.

— Одну в понедельник точно не пущу на эту их сходку.

Анюта меня знает, поэтому возражать не стала, кивнула только:

— Хорошо, пойдём вместе.

Утром проснулся — Анюта уже на работу ушла. День хоть и субботний, но она человек подневольный, у неё работа.

Встал, солнышко светит. Погода — прелесть! Знали бы, договорились бы с мужиками, хоть на два дня, на субботу и воскресенье, съездили бы на охоту. Но что теперь говорить, время назад не отмотаешь. Ну и ладно: мне есть чем заняться — в частном доме всегда работы полно.

Встал, постель заправил, умылся, по двору походил немножко, вокруг машины. Соловке, понятно, время уделил. Потом в огород вышел, посмотрел на площадку, которую мы вчера с Анютой немножечко расчистили, вспомнил все наши разговоры про неё, и думаю: а чего откладывать-то? День хороший. Сейчас разметку сделаю, прикину, где поднять уровень надо, а где наоборот, срезать землю. Потом песчано-гравийную смесь раскидаю, выровняю, утрамбую, как смогу — и всё, считай, полдела сделано будет. А там, глядишь, до снегов успею ещё и брусчатку положить. Чем чёрт не шутит, если погода позволит? А почему бы и нет? Температура ещё плюсовая. Это же не бетон и не асфальт — брусчатку можно класть. И это не какой-то важный объект с большой нагрузкой, у нас в огороде сильно большой нагрузки не будет. Так что всё нормально. Этим сегодня и займусь.

Пошёл, завтрак себе разогрел, позавтракал, прибрал за собой посуду и отправился в огород строительством заниматься. Ну а что? Время есть? Так почему бы и нет?

Для начала, конечно, побрызгал землю на этой площадке гербицидами — подготовил всё, чтобы потом трава не лезла. А то ведь вылезет, взломает и площадку, и брусчатку вывернет. У корней-то какая сила большая! Нам это ни к чему. Вот и прогербицидил.