Мой редактор по содержанию была потрясена тем, что я дала книгам более счастливый финал, но сказала, что плакала, когда читала его. Я решила, что это значит: получилось вполне неплохо.

В ожидании правок у меня появилось время, чтобы написать посвящение и авторское примечание. Обычно Дж.Р. не делала ни того, ни другого – это могло вывести прямо на меня.

Но сейчас я всерьез раздумывала над этим, надеясь сделать что-то особенное, что даст Себастьяну ту самую подсказку, которую он так искал, и станет сюрпризом, когда он неизбежно прочтет роман.

Все шло хорошо – даже слишком хорошо. На этом этапе я уже ждала, что что-нибудь пойдет не так.

Был теплый весенний вечер, когда я вносила последние штрихи в книгу. Я пыталась придумать, как оставить Себастьяну намек на то, кем я являюсь на самом деле, хотя сама эта идея меня пугала.

Однако, услышав, как его машина въезжает на подъездную дорожку, я отложила ноутбук, так и не решив, как поступить.

Я пришла на кухню, где у меня готовился ужин, и убедилась, что все готово к его приходу.

— Привет, — произнес он, входя. — Спасибо, что приготовила ужин.

— Без проблем, — ответила я. Мне всегда легко давалась многозадачность. — Как день на работе?

— Загруженный, но далеко не так, как в ЛА. Хотя мой отец... попросил о встрече, когда мы прилетим на годовщину.

Мое настроение тут же упало.

— Новый контракт?

— Да, определенно.

Я вздохнула.

— Что ж, похоже, неприятный разговор состоится раньше, чем я думала.

— Да, скорее всего, — отозвался Себастьян. — Извини, Лили.

— Ты не виноват, — качнула я головой. — Я просто рада, что мы оба планируем ответить отказом. Возможно, этим шагом мы полностью разрушим свою привычную жизнь, но я, по крайней мере, должна получить свое наследство после этого. Не думаю, что какие-либо деньги, которые они могут предложить, заставят меня изменить решение.

— Я тоже.

И все же мне было интересно, как далеко способен зайти Мартин. Что, если он уволит Себастьяна и заставит его выбирать между контрактом и карьерой? Я хотела, чтобы он ответил отказом, но решится ли он? А вдруг он отступит, и тогда мне придется справляться с этим в одиночку? Мне не хотелось такого исхода, но я понимала, насколько жестким может быть Мартин – особенно теперь, когда знала, как он поступал с Себастьяном на протяжении всей его жизни.

Возможно, мне придется оказаться плохой.

— Уверена, все наладится, — я пожала плечами. Беспечный вид помогал скрыть то, насколько сильно я была напугана.

— Да, все будет хорошо. Как прошла встреча в писательской группе? — Себастьян сменил тему.

— О, как обычно. Расспросы от участников и совсем немного работы над текстом.

— Не терпится прочитать то, что ты пишешь, — произнес Себастьян. — Людям это явно нравится.

Я смутилась.

— Надеюсь, тебе тоже понравится.

— Это же твоя работа, — ответил он. — Я уверен, что буду в восторге.

А вот я не была так уверена, и с течением времени мой страх только увеличивался. Он стал мне слишком дорог, и мысль о том, что он может разозлиться из-за своей роли в моей истории, тяжелым грузом давила на грудь.

— Пошли ужинать, — увлекла я его за собой на кухню. — А потом, может, пожалуемся на ужасный финал «Игра престолов».



Спустя несколько дней я все еще прокручивала в голове неизбежное завершение наших отношений. Теперь, когда между нами появился секс и откровенные разговоры, финал этой истории пугал меня гораздо сильнее, чем жесткий отказ родителям.

Я тщательно подбирала слова, чтобы поднять эту тему, но Себастьян опередил меня.

Утром в выходной мы только что закончили очередной раунд секса, который стремительно становился частью нашей привычной рутины. Мы оба еще не успели перевести дыхание, когда Себастьян чуть отстранился, нахмурившись в задумчивости.

— Мне кажется... — начал он, и от выражения его лица мое сердце сжалось. — Нам стоит поговорить о будущем.

— О чем именно?

— Я не хочу тебя терять, — тихо выдохнул он. — Думаю, я просто не смогу.

Я моргнула. Липкое чувство тревоги сразу сменилось вспыхнувшей надеждой.

— Правда?

— Ты всегда говорила, что поставишь точку, когда все это закончится. Ты планируешь поставить точку и со мной?

— Нет, — твердо ответила я. — С тобой – нет. Но с моей семьей покончено. Я больше не хочу их видеть. Не хочу иметь с ними никаких связей.

— А я... являюсь для тебя этой связью?

— Я не знаю. Ты сам сказал, что срок действия твоего соглашения о неконкуренции истекает. Я не могу просить тебя порвать с семьей, но мать непременно попытается добраться до меня через тебя.

Себастьян тяжело вздохнул.

— Я тоже хочу с этим покончить. Даже если бы мы... даже если бы ты не захотела продолжать наши отношения, я боюсь, что отец найдет другой способ контролировать меня. Я больше не могу так жить.

— Значит... ты собираешься найти новую работу?

— Я уже подал несколько заявок. В Нэшвилле, кстати. Возможно, сменить работу сразу не получится, но у меня есть накопления.

Я подалась вперед и поцеловала его. Он ответил на поцелуй, и мое сердце взмыло от радости.

— В таком случае я с радостью останусь с тобой. Пусть первое время будет непросто, но мои книги смогут нас прокормить. Какое-то время.

— Слава богу, — выдохнул он. — Я так боялся, что теряю тебя.

Я качнула головой.

— Нет, никогда.



Я снова поцеловала его и почувствовала, как он твердеет там, где наши тела соприкасаются.

— Уже? — спросила я, хитро улыбаясь ему.

— А что я могу сделать? — отозвался он. — Твои слова о том, что ты остаешься со мной, действуют так на меня.

— На меня тоже, — прошептала я. — К счастью, у нас никаких планов на день.

Мои губы скользнули по его губам, когда я уселась на него сверху. Тело охватил жар, едва его язык сплелся с моим.

Я все еще была влажной и липкой после прошлого раза, но была более чем готова продолжить.

Услышав, как его дыхание становится сбивчивым и рваным, я почти сразу ощутила, как его твердый член настойчиво упирается в мою киску.

Себастьян слегка подался бедрами вперед, плавно проникая в меня. Боже, как же мне нравилось чувствовать его внутри. Я вздрогнула от этого ощущения, когда он скользнул внутрь меня.

И хотя после нашего предыдущего захода я уже ходила в ванную, внутри все еще оставались его следы, и от этого удовольствие становилось лишь острее.

Себастьян приник губами к моей шее, и я не смогла сдержать хриплый стон, вырвавшийся из груди. Его губы были мягкими, но прикосновение ощущалось таким электрическим, что я чувствовала, как этот импульс пульсацией отдается прямо внизу живота.

Я подалась к нему и накрыла его губы своими, не позволяя дольше дразнить меня этой лаской. Он ответил на поцелуй с приоткрытым ртом, его язык сплелся с моим, и я окончательно в нем потерялась. Я обожала с ним целоваться. Он так умело прикусывал и оттягивал мои губы, что это сводило меня с ума. Я могла бы заниматься этим часами.

Он выскользнул из меня и стал дразняще проводить твердой головкой своего члена по моему клитору. Тело изгибалось навстречу, желая выжать максимум из этого ощущения, я начала ритмично двигать бедрами, терлась о него. Его дыхание сбилось, а я чувствовала, как во мне с новой силой нарастает уже четвертый за это утро оргазм.

Я ласкала себя о его член до тех пор, пока меня не накрыла с головой мощнейшая волна, и удовольствие вытеснило всю накопившуюся в теле усталость. В тот самый миг, когда я кончала, губы Себастьяна сомкнулись на моей груди, усиливая каждое ощущение.

Себастьян снова подался вперед, с легкостью погружаясь внутрь. Войдя на всю длину, он вытеснил собственную сперму и полностью заполнил меня, принеся то самое чувство абсолютной целостности.