Отдельного внимания заслуживала глубоководная жила из «стеклянного» металла, как быстро его обозвал Александр. С нашими инструментами и магией подводному народцу удалось вытащить на поверхность порядка полутонны этого сокровища.

Из него они частенько делали наконечники для своих копий, но сложность заключалась именно в отколе кусочка от общей массы. Затем стачиваясь о камни, он проходил длительную обработку на суше. Это было опасное предприятие, ведь древоточцы могли напасть в любой момент, пока ты занят.

Одну единицу оружия глурры производили непозволительно долго, потому и проиграли тинарийцам.

Металлом мигом заинтересовался Крапивкин, что-то бормоча себе под нос. Мы собирали трофеи до глубокого вечера, пока не приплыло подкрепление монстров. Однако они, в отличие от неудачников-товарищей, не спешили нападать. Чуяли много крови в воде. Крови своего вида. Тинарийцы взяли берег в полуокружение на почтительном расстоянии и наблюдали.

Ничего, им ещё многое предстояло испытать. Прямо сейчас отнимать водные владения никто не планировал, но с этого момента началась наша кампания вглубь неисследованного океана. Мы будем приходить, бить тинарийцев, собирать ресурсы, снова уходить, копить силы и опять возвращаться. Наши учёные исследуют их тела, подыщут уязвимости и создадут новое оружие — работы здесь навалом.

— Спасибо-тебе-Владимир-вождь-людей. День-победы-сегодня-и-день-скорби. Оставь-нас-память-почтить-родных-погибших-когда-то. Слугам-своим-вели-нас-не-трогать, — сын К’таара указал на стоявшего у леса широкоплечего Скржута.

Тысячи притаившихся разгневанных древоточцев только и ждали момента наброситься на чужаков. Их армия прибежала на шум взрывов.

— Потап, разберись, — велел я толмачу и заверил Ворна, что им не помешают.

— Слово-ты-своё-сдержал-и-мы-своё-сдержим, — а вот это произнёс сам вождь глурров.

Насколько я слышал, подобной чести мало кто удостаивался — это высшая степень доверия среди знати морского народа.

Чешуйчатые бойцы выстроились вдоль берега в линию, склонив головы и едва касаясь ступнями воды. Сегодня впервые за много лет они дали сдачи превосходящему их противнику, обрели надежду на спасение собственного вида. Мы оставили союзников на весь день, дабы они спокойно половили рыбу, предались воспоминаниям об ушедших и обменялись клятвами бороться за своë наследие до конца.

День спустя, Таленбург, лаборатория шамана.

— Пробуй.

— Что тут? — поморщился я, поддевая ложкой из супа желеобразную тёмно-зелёную тину. — Мне кажется, эта кухня для Нобуёси в самый раз. Он у нас ходок по морским гадам…

— Водорослевый суп. Ну? Акромясь тебя никто и не скажет, зачем он, — Лукинична разозлилась на мою нерешительность. — Обижаешь, Володя, вот смотри, — бывшая повариха отобрала у меня тарелку и поставила на фарфоровое блюдо. — Есть можно. Я ж перед тобой всë проверила!

И действительно, плёнка-грибница, опоясывавшая утварь ветвистым узором, засветилась зелёным флуоресцентным светом. Это говорило об отсутствии ядов. Артефакту III ранга я верил, потому разжевал и проглотил угощение.

Именно в этот момент произошли изменения в показателях Лукиничны. К усилениям от шаманской еды прибавилось 0,5% эффективности и плюс четыре дня к длительности. Она получила новый ранг в профессии!

Положительные эффекты цели: +1.5% к обучению профессии Ныряльщик (7 дней).

— Отличная новость! — я рассказал ей о случившемся.

— Наконец-то… Боже ж ты мой… — она приложила руку ко рту, сдерживая эмоции, и потом ей же взялась обмахиваться. — Думала, не дождусь.

— Прекращай панику. Никуда не денутся твои ранги — возьмëшь без проблем, мы поможем.

— До «А» точно недотяну, ох чувствую недотяну. Зря я такая дура поздно учиться взялась.

— Дотянешь! А с учëбой Гио Давидович подсобит, он у нас тот ещë умник.

Наш шаман переживала о застое в прогрессе. Мы получали новые ингредиенты из других миров, но этого не хватало, чтобы перешагнуть к следующему набору эффектов. Как я понял, на сегодняшний момент всё упиралось в редкость еды. Съеденные мной водоросли добывали только глурры, их сложно достать простому смертному. Сноровка и зелья для дыхания под водой тоже не помогут.

Зинаида Лукинична Садовская

Отвага (31/100)

Эмпатия (94/100)

Дипломатия (54/100) +Новый параметр!

Шаман (D-С)

Повар (A)

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (84/100) +11

Трудолюбие (72/100) +1

Счастье (81/100) +2

Боевой дух (22/100) +1

Рождаемость:

Живые: 0 ♂/ 0 ♀

Взрослые: 0 ♂/0 ♀

Умершие: 1 ♂/0 ♀

Всего: 1 ♂/ 0 ♀

Достигнуто ¾ предельного уровня развития. -⅛

Скрытые таланты — «Секретный ингредиент» (способность интуитивно улучшать вкус блюд)

Неделя действия положительных эффектов — это серьёзная экономия, а также снижение нагрузки на шамана. Население Таленбурга и моя армия растут, всем требуются добавки для ускорения прогресса, а специалист всего один.

Сверху ещё морока: она первая в своём роде, кто развивал это направление. Если в той же алхимии у нас числилось целое бюро из десятков высококлассных магов с огромнейшим опытом, то здесь мы как котята тыкались путём грубого перебора вариантов. При этом Зинаиде надо успевать пополнять фонд усиляющих пилюль, некогда свободно вздохнуть. Хорошо хоть помощницы взяли на себя рутину.

Новость о «С» ранге меня воодушевила. Я попросил шамана сразу же приготовить грибы для ведунской профессии, а спустя полтора часа окрылëнный выбрался из лаборатории, чтобы проведать герцога. За всеми заботами давно его не видел, тем более пришло письмо от Бенедикта. Воевода приглашал меня и Ровнина в Ростов через неделю.

«Молодец, быстро нашёл повод увидится», — отметил я про себя, сейчас знания о техниках смены внешности нужны как кислород.

Формально это деловая встреча представителя сюзерена и вассалов, а я как бы сопровождающий. Никаких заговоров с Черноярским, вот смотрите. Умно.

«Однако не всё коту масленица…»

За триумфом Зинаиды последовал приступ холодной ярости.

«Ну я же предупреждал, что ж ты натворил, гад?»

Несмотря на такие эмоции, я выдавил из себя видимость благодушия, когда Демьян взбудораженно поздоровался и пригласил внутрь. Причина моего негодования налицо: у Мелиссы мигает зелёный плюсик в «Рождаемости», а у герцога пусто.

«Ребёнок не его…».

— У нас для тебя замечательные новости! — сияя улыбкой, воскликнул Демьян, присаживаясь рядом с делано скромной рыжеволосой лекаршей. — Я стану отцом!

Неделю спустя, на пути из османской империи обратно в Россию, Леонид Склодский.

Владимир всё узнал. Сложно не догадаться, когда ты ведун.

Тайнослов с первых дней отъезда высветил обещания оторвать лекарю причинное место. Удачно отбыл, ничего не скажешь. Свиток исходил жаром от новых сообщений, так что антилекарь был в курсе всех дел на родине. Ему писал не только Владимир, но и другие лица, помощники. Всего начальнику Тайного Приказа досталось четыре артефакта для координации действий.

Удобные штуки…

Всё бы ничего, но в полёте на виверне домой мысли Склодского больше витали вокруг темы с бастардом. Вначале он вспылил, но после осознал, что ребёнок от этого никуда не денется — родится ещё один сын.

«Или дочь. Без разницы».

Насколько равнодушно Леонид относился к вопросам измен, настолько же рьяно любил своих детей. Он давал им всё самое лучшее, спрятал их так, что даже ведун с императорскими шпиками обломают в поисках копья, но с бастардом ситуация сложней.

Забрать так просто нельзя. «Наследник» Ровниных, как же… Первое время, пока дитя не выйдет в свет, ещё реально скрывать чуждую герцогу внешность, но что потом? У окружения назреют неудобные вопросы, привлекут для экспертизы стороннего лекаря. Раскроется подлог.