— Надеюсь, получится, — сказал я вслух и шагнул за серебристый полог.

— Внимательно смотришь? — спросил я Флорина, показывая ему ключ, перед там, как вытащить оттуда тело. — В последний раз тебя спрашиваю: ты с нами или сдаёшься? Времени подумать было предостаточно. Твой бог не для того послал такое чудо, чтобы ты пасовал перед трудностями.

Мне, если честно, было без разницы, сдохнет Кляйн или останется жив — я в любом случае найду применение знаниям и навыкам Иона. Не в Межмирье, так здесь, дома. Как-то жили раньше без Узилища Света и ничего, справлялись, а вот о человеке всегда говорят его поступки. Никогда не верил словам.

— Усмири свою гордыню, мальчишка, я служу только Всевышнему! — холодно исторг Флорин, хмуря густые брови. — Я отмечен Его Миссией, нет пути для меня более важного, чем сопротивление Распаду. Суетно твоё сознание, мелочно и прижимисто. Дышишь и живёшь ты страстями низкими, поклонения алчешь, сильным над слабыми возвысится мечтаешь.

— Так ты у нас, значит, посланец божий? — ухмыляясь, спросил я, кидая ключ Александру.

— Чтоб уста отсохли мои такое сказать, — рассердился Ион. — За интересами мирскими я не пойду и душу в грехе развращать не стану. Возвышение твоё, что возня в грязи: минет сто лет, и в прах сотрутся эти труды. Плохой ты попутчик, Владимир, напрасно дар тратишь, не туда смотрят твои глаза.

— Да куда уж нам, червякам, Ваше Небеснейшество? Ведь оно как, за один день всё строится, раз взял, потужился, помечтал и вылезло королевство добра и света, так, что ли? Плевать на множество мелких шажков, на усилия людей вокруг, на промежуточные победы. Не-е-е, это не интересно, это не по-нашему! — отмахнулся я и ткнул в него пальцем. — Надо с ходу в вожди вселенские метить. Деньги? Фе. Власть? Фу. «Да я просто осиянный Творцом бессребреник, рцы мне: где твоя совесть, идти куда ты смеешь?» Посмотри вокруг, Ион: это создано за год, а там ещё наверху такая красота… Если не в курсе, некромантов пощёчинами не убьёшь. Нужны артефакты, оружие, амуниция, фураж, транспорт, запас магической энергии, войска, нужны те, кто не побоится смотреть им в глаза, кто не свалится с виверны с загаженными портками, есть у тебя это всё, ммм? — я подставил ухо, а потом развёл руками. — Оказывается, это всё есть у МЕНЯ. У ползающего в грязи грешника, «не знающего как использовать свой дар». Как неожиданно. Ну что ж, давай иди. Мы прямо сейчас тебе откроем портал в «Чёрный-4», так хотя бы эта образина Марбас кидаться на нас перестанет с претензиями. Закончим всё быстро, вперёд.

Я приглашающе предоставил ему проход.

— Я могу быть добреньким и чистеньким, но какой тебе с этого прок? — продолжил я, видя, что Флорин никуда не торопится. — Не люби меня, да пожалуйста. У нас половина гридней Склодского терпеть не может, ничего, как-то живём. У него свои цели, у меня свои — справляемся.

Леонид оскалился в хищной улыбке, как бы говоря: «Ну да, знаю, я противный и немножко скотина, а что вы мне сделаете?»

— Такое не может быть, что люди вместе, а цель врозь, — возразил Ион.

— Здесь не монашеский орден! Я даю общее направление, да, но у каждого своя жизнь и свой интерес, — повысил я голос, видя, что до священника потихоньку начинает доходить. — В нашем мире ты не найдёшь таких же сумасшедших, кто готов лезть на рожон в черномирье. Я в большой гонке, понимаешь? Я вынужден туда идти, за вашей новой магией, за вашими изобретениями, чтобы обогнать всех. Моё предложение — это партнёрство, мы идём рука об руку и помогаем друг другу, а наверху тебя скрутят, сломают в пыточных казематах, залезут в твою дремучую башку и превратят в пса на цепи. Твоя участь — это зачистка чёрных миров за горсть еды, неужели за неделю не дошло?

Я сделал паузу, давая ему осознать сказанное. Флорин умный, но вот эта закостенелость, зашоренность и непрактичность, граничащая с романтизмом… Её надо было обойти.

— Я знаю, о чём говорю, потому как сам от подобного положения на волоске вишу, спасает лишь игра на жадности врагов. Коли не божественная искра, — я взялся левой ладонью за навершие меча, — не быть мне ни в жизнь бароном-ведуном. Это моя страховка, всё, что отделяет от кандалов и служению императору. Не хочет он терять к ней доступ, как лис ходит кругами, уговаривает. Но чем же будешь крыть ты? Какой у тебя план, Ион?

— Бороться с Великим Распадом, — медленно ответил он.

— Так я разве не это предлагал? — я подошёл к нему на расстояние вытянутой руки. — Давай бороться, давай. Ты за свои идеалы, я за свои — не вижу проблемы, поможем друг другу сейчас, а там вернёмся к этому разговору позже, — закончил я, протягивая Флорину ладонь.

Мастер Скрижалей после такой отповеди уже не выглядел столь уверенным в своём решении. Поиграл желваками, опустил голову в тяжёлой думе и кивнул сам себе, будто договаривался о чём-то с внутренним голосом.

— Преумножающий знания, преумножает скорбь. Будь осторожен в своих стремлениях, барон, — предостерёг Ион, твёрдо пожимая мою руку.

— Александр, выпускай нашего путешественника, — велел я и повернулся к храмовнику.

Расшифрованная комбинация проекций тут же легла на ключ. Белый слепящий свет прорвался наружу, настолько яркий, что больно на него смотреть.

— Я жив! Я… я жив, — расплакался тевтонец и заползал на четвереньках, порываясь поцеловать землю; осознание пришло к нему мгновенно, как ощупал себя.

— Уберите это дерьмо, — скривился я, и разведчики утащили прочь голого мужчину в каземат.

Флорин согласился на союз — это важно. Узилище Света могло забирать обратно в наш мир всех, кого когда-то отрезали закрытием врат — это запредельно важно.

— Какова его вместимость? — спросил я у мага света.

— Один человек.

— Жаль, но даже этого много.

Я приказал снять ошейник с Иона и открыть следующие врата. Мне хотелось быть первым, кто сообщит старому другу хорошую новость.

— Вставай, лежебока, и возрадуйся, ты возвращаешься домой, — объявил я Потапу, когда зашёл в его зимнее жилище.

Узилище Света перенесло толмача к нам в храм, а пятиметровый ирбис Томофока прошла без особого труда, так как являлась магзверем и имела свободный проход в любую сторону. «Лёжку» в снежном мире мы не стали разрушать — ещё пригодится. Тем более что снаружи её нереально найти под таким-то слоем снега.

— Не так я себе это представлял, — сказал вслух Потап и присел, чтобы коснуться ладонью пола. — Родная земля…

— Как договаривались на поверхность ни-ни, разве что вечером, и то в лес, — сразу предупредил я его, слишком уж хорошо его знают в Таленбурге и в ростовском храме.

— Помню, как же, — сказал он и потрепал шерсть на лапе Томофоки. — Мы тут осмотримся пока.

Виверны с ангаров навострили уши и поглядывали на новую соседку с подозрением и затаённой агрессией. Толмач безошибочно отыскал их вождя Маздара и направился знакомить. Ирбис не выказывала волнения и гордо шла за хозяином. То есть, за спутником. По словам Потапа, у них равноправный союз. У кого это он такому научился, никто не знает?

— Ион, — обратился я к мастеру Скрижалей, — Следуй за мной, покажу тебе город и твой дом.

Флорина успели приодеть, так что выглядел он как усреднённый горожанин в зимнее время года: тулуп, сапоги, шапка, тёплые штаны. Только вот не у каждого подкладка из меха маммотума, так что, выйдя из шахты на поверхность, священник с удивлением обнаружил невосприимчивость к холоду.

— Какая простота, — похвалил он, разглядывая свою одежду после услышанного. — Магия наша сильна изделиями хитроумными, но вы, несведущие в таинствах сих, такое придумать смогли…

Я разъяснил ему градацию поколений артефактов и отдельно отметил, что простейшие вещи, вроде посуды из зеленца или всякие меховые шубы с магическими эффектами не входят в эту классификацию*.

* Памятка от автора:

Поколение I: Инструменты (Простые устройства).