«Может, это какая-то неосознанная магия?» — подумал я, подмечая плавающую татуировку насекомолюда на левой кисти друга.
— Ты сказал их несколько, почему он выдал только одну аномалию? — надавил я.
— Ты используешь его, он тебя, — пожал плечами толмач.
— Лучше будет, если мы исследуем все известные им точки, — попросил сзади Александр, к нему набилось семеро помощников из Бюро Храмовников, учёные мужи подтверждающе закивали.
— Договаривайся, — велел я Потапу. — Передай, мы честно исполним свою часть уговора или я ему башку снесу за то, что юлит. Нечего тратить наше время на эти игры.
Новиков скосил на меня глаза и выполнил указания. Правда, закрались сомнения, что последнюю часть он упустил. Дипломат хренов.
— Древоточцы готовы сопроводить нас. Скржут предупредил, что аномалий больше ста штук.
— Откуда у них вообще это знание? — удивился я.
Количество мест поражало. Мы-то полагали, что набрели на уникальное месторождение магической энергии или на неизвестный науке разлом. Александр вообще строил теории о некоем металле глубоко под землёй, из которого на поверхность просачивались остатки излучения.
— Говорит, часто видели, как некроманты относят туда никсорианское оружие для своих химер.
Хм, как-то мы забыли про этот момент. Щедрый источник напитывал чёрный металл, а потом и ожившие создания, экономя тёмному магу силы.
— Я так понял город людей тоже возле аномалии? — спросил я, Потап перевёл и кивнул.
— Так и есть.
— Можно сказать? — Александр вышел вперёд. — Если расшифровать принцип расположения, то это сузит нам поиски всего. Это как река или костёр для пещерных людей — вероятность выжить возле них повышается. Позволь моему бюро этим заняться: рассредоточимся и составим карту. Потом проанализируем.
Я потопал носком сапога, прикидывая, стоит ли самому в это ввязываться, и тут вспомнил свои недавние размышления о передаче ответственности и о новых контурах государства.
«Они уже большие мальчики, сами справятся. Иди делай свои дела».
— Что у нас по некрам в этих местах? — повернулся я к Юре.
— Десять тысяч квадратных километров полного спокойствия — это я могу гарантировать. Дальше, такое себе, — поводил он кистью с сомнением.
— Хорошо. Тогда поднимай сто пятьдесят виверн, берите пассажиров и прочёсывайте. Как закончите, знаете, где меня найти. И да, город обнести подчистую — тащите всë потенциально ценное. Естествоиспытателей туда привези, может, новенького чего нароют.
— Задачу понял, — кивнул Абросимов.
Древоточцы нам больше не враги, так что наземные передвижения перестали быть опасными. Это позволило нашим учёным свободней знакомиться с местной флорой. На геологию тоже напирали — земельники просматривали грунт на метры вниз, выискивая новые виды руды. Есть немалая вероятность, что подле аномалий что-то полезное отыщется.
Чтобы создавать уникальные артефакты, для начала надо собрать широкую ресурсную базу, описать её свойства, проведя множество опытов, и лишь потом мастер выбирает кусочки «мозаики» под своё творение.
Александр с Пелагеей раньше не поспевали за всем этим, но спустя месяц Обсерватория Межмирья не только покончила возиться с плавильным заводом, но и включилась в обработку новых пластов информации. Учёные сортировали её, вели записи, «переопыляли» друг друга знаниями — спустя столько лет застоя их мозги получили желанную нагрузку.
Появились смотрители вивария, аквариумной лаборатории, фитоманты в ботаническом саду. Плотину прорвало — склады ломились от найденных ресурсов. Естествоиспытатель мог взять с собой в сопровождение два-три носильщика-глипта и охранника из легиона. Неудивительно, что обратно он вернётся с богатым уловом — только успевай показывать, что подбирать.
Я покинул подземный храм, чтобы поприсутствовать на церемонии открытия памятника защитнику и труженику глипту. Искусственный магзверь сидел на одном колене, вспарывая под собой землю длинными сапфировыми лезвиями, как если бы делал борону под посев, а вторую руку протягивал вперёд, разжимая ладонь. В неё скульптор вложил белый артефакторный огонь, символизирующий дружбу между двумя видами.
Пока я произносил речь, рядом со мной стоял Лёлик и нет-нет да поглядывал на изваяние, не понимая, зачем люди подходят прикоснуться «мёртвого» товарища.
Народу много собралось. В первых рядах я увидел РГОшника Шпеера с палочкой в руках, тот не мог пропустить такое зрелище.
Ещё никто в стране не чествовал магзверей. Даже давно известным вивернам и быкоподобным тяглам ничего подобного не ставили. Я пригласил для этой задачи столичного скульптора-земельника и выложил за материалы и работу 700 тыс. рублей.
Длинноногий Карл Шпеер приобщился охотней к нам заглядывать. Если ему хотелось почтить Таленбург визитом, он посылал записку в моё имение в Ростове, и к порогу учёного вскоре приходил транспортный глипт со специально обустроенной удобной кибиткой. А чтобы гость не мёрз, полушубок из маммотума заботливо ждал его внутри.
После речи ко мне подошёл совсем другой человек, визит которого мог означать либо большую удачу, либо самые отчаянные неприятности.
— Антон, здравствуй, — мы обнялись с Кержапольским как старые друзья и прошли в терем, оставив мороз на улице. — Налейте графу, — велел я, прекрасно зная его склонность к горячительному.
Опрокинув в себя рюмку с янтарным напитком, тот не поморщился и закусил хрустящим корнишончиком. Пошловато подмигнув прислуживающей девке, он отпустил её и развалился в глубоком клубном кресле.
— Мой дорогой друг, корона остро нуждается в тебе, — пафосно произнёс он, тыкая в меня мизинцем, но долго выдерживать эту серьёзную мину не смог и разразился характерным громким, перетягивающим всë внимание на себя смехом. — Знаешь, мы с тобой, конечно, не бедствуем на нашей маленькой авантюре с Его Величеством, но как бы… Прекращай столь явно швыряться деньгами. Нет, я оценил, мы все оценили этот абсурд, — он примирительно выставил ладони вперёд. — Браво! Ты заработал, ты вправе, но могут, ммм, возникнуть ненужные вопросики, понимаешь?
Истина была на его стороне. Для многих баронов 700 тыс. рублей — это треть или даже половина собираемого со всех земель оброка. Если у меня такие заработки, то и налоги графу следовало платить больше, но я не платил.
— Понимаю. Его Сиятельство всё равно в ссылке — лижет зад паше Кара-Аслану. Пусть приезжает и требует свои гроши лично.
— Смелость, неуважение, глупость — что это? Черноярский ищет предлог для драки? Впрочем, мне плевать на вашу возню. Я к тебе вот по какому вопросу: помнишь же наш уговор про внеплановые поставки глипт, ммм? Государство срочно нуждается в пяти тысячах камнеголовых. Вот так вот. Вовремя я приехал, скажи? — он довольно стукнул ладонями по подлокотникам и положил ногу на ногу, ожидая ответ.
— Что-то случилось, к чему так много? — уточнил я, изображая удивление.
Форпост имперцев на зелёной стороне был разрушен, все участники экспедиции убиты — такой оглушительный провал явно подпалил императору филейную часть, но мне-то, с точки зрения Кержапольского, ничего не известно.
— Наше дело выполнять. Не могу знать, Владимир, не могу знать, — вздохнул он.
По договору такие оптовые продажи магзверей я отпускал со скидкой в 70%. 1 глипт стоил 5 тыс. рублей. Вместо 25 млн, выйдет 7.5 млн. Я убедил докинуть туда ещё месячный запас пищевых брикетов за 0.9 млн и вышло всего 8.4 млн. Императорский заказ жирненько так влил в мою казну свежих поступлений. Семейству Кержапольских отходило 10% от общей суммы за посредничество, это 2.5 млн. Неплохо нажились.
«Плевать. Без них я бы вообще ничего не получил».
Антон, к счастью, не остался у нас ночевать и укатил в Ростов по поручению кузена. Эта семейка имела связи везде. Если так подумать, они умудрились наладить пристойный контакт с ведуном и даже поиметь с этого свои дивиденды в виде денег и чистки от предателей. Валентин Кержапольский уверенно руководил графским родом через подчинённых и близких. Вот с кого стоило брать пример.
