Галия была очень довольна, когда я показал ей большой палец и выразил свое восхищение ее талантами в этой сфере.
На новый рисунок перенес уже все размеры со старого, которые понадобятся специалисту для того, чтобы в правильных масштабах этот предмет мебели в двух экземплярах исполнить.
Тем же вечером к нам забежал Ахмад:
— Слушай, Паша, — сказал он, — меня мой шеф в командировку отправляет в Венгрию.
— Здорово, — сказал я. — Когда поедешь?
— Через две недели. Слушай, я что хотел спросить… С этой Венгрии, как считаешь, какой самый лучший подарок мне ему привезти в благодарность за то, что он именно обо мне подумал?
Я задумался. Подарок для замминистра… Тут банка зеленого венгерского горошка явно не прокатит…
— А ты о его вкусах знаешь что-нибудь? Вино он, к примеру, пил хоть раз при тебе?
— Пил, — сказал Ахмад.
— Белое или красное?
— Белое он любит.
— О, — обрадовался я, — тогда просто привези ему пару дорогих бутылок белого венгерского вина. Только дорогих, никакой ерунды. А то есть еще столовые вина. Они вообще очень дешево стоят, а он наверняка, как замминистра, все же разбирается. Да и в Союзпушнине работал же раньше. Подарки наверняка часто получал приличные на такой-то работе…
— Думаешь, двух бутылок хватит? — спросил задумчиво Ахмад.
— Ну не ящик же тебе ему везти, правильно? У тебя ж носильщика с собой не будет. Тем более это уже за все рамки выходит.
Поняв по молчанию отчима, что он все же не уверен в предложенном мной подарке, продолжил перебирать варианты:
— А коньяк он у тебя пьет вообще?
— Коньяк пьет, — кивнул Ахмад.
— Тогда смотри: у венгров ситуация несколько иная, чем у нас. У них куча западной продукции вполне свободно может продаваться в магазинах. Поищи тогда какой-нибудь французский коньяк, Курвуазье, в частности. Тебе нужно, чтобы вот такие буквы были на этикетках…
Написал ему на листке четыре буквы:
— VSOP.
— Именно эти четыре буквы? — спросил Ахмад.
— Да. Подешевле коньяк тоже есть, на нем VS написано, но для замминистра все же это не то качество. Может на тебя обидеться. А самый дорогой, на нем XO написано, он слишком дорогой. Ты его просто по деньгам не потянешь.
— Понял, Паша, спасибо, — сказал Ахмад.
Потрепал по голове наших детишек и побежал к себе домой.
Полночи проработал над финальной запиской для Андропова. Наконец, счел, что работа на ней завершена.
Добавил еще указание, что во время съемок сериала всячески поощряются предложения со стороны актеров по улучшению отдельных эпизодов, то есть сюжет не должен быть жестким ограничителем. Насколько знаю, в съемках хороших сериалов это всегда прекрасно работает.
Поспал часа четыре и в восемь тридцать утра позвонил Румянцеву. Сообщил, что готов к следующей встрече по образцу предыдущей. Никаких других деталей не давал.
Майор КГБ сказал, что обязательно свяжется со мной и сообщит о ее времени.
Впрочем, если я думал, что, подготовив эту кипу страниц, уже завершил работу над этой задачей, и после звонка Румянцеву можно немного отдохнуть и расслабиться, это было ошибкой. Не тут-то было… Тут же новые мысли полезли — по новым сериалам, по новым фильмам и по дополнительной доработке уже придуманных сериалов и художественных фильмов. И что неприятно — мысли-то в целом толковые. Вздохнул, махнул рукой и снова сел за печатную машинку. Где-то что-то добавить, где-то что-то переделать. А что-то и про запас отложить.
А то я понял, что увлекся и сделал намного больше, чем Андропов у меня просил…
Если первые сериалы выстрелят, а я на это очень рассчитываю, то ко мне наверняка снова обратятся за новыми идеями. Кто же мешает мне неспешно, когда какая-то идея появится, просто ее на будущее фиксировать? Чтобы едва меня вызвали с такой просьбой, как я тут же страниц двести-триста распечатанных на машинке на стол и бахнул. Мол, оно вам надо, так и держите. Полностью готовое. А я по своим делам пойду…
Кто его знает, может у меня через год-полтора их столько будет, что уже не до сериалов станет? Мало ли после дела с Венгеровым нас Межуев новыми делами по горло завалит? Правда, пока что особых успехов по Венгерову и нет… Хоть сам бери и поезжай в этот Ленинград.
Ну а что? Если Вася с командой не справятся, то и поеду. Лично уже потерроризирую директора, который каким-то удивительным образом узнал о нашей проверке заранее… Мне все же, чтобы к стенке его припереть, лучше одному работать, без свидетелей. Не надо мне, чтобы Вася или Савченко с Путасовым рядышком стояли и мои методы на ус себе мотали… Глядишь, раскопаю что-то серьезное по хищениям и сделку с Венгеровым заключу. Что я промолчу про хищения, якобы из снисхождения к нему, но на самом деле чтобы свои методы не светить, а он добровольно признается в реальных фактах по аморальному облику. Что уж там было — любовницы, зуботычины сотрудникам или еще что-то такое. Карьеру ему придется на этом завершить, но на свободе останется…
Позвонил Ионову. Тот мне дал название адреса завода, на который надо сегодня ехать с лекцией по линии общества «Знания». Ни разу там еще не был.
Москва огромная. Ничего удивительного.
А потом он мне назвал тему лекции. Я едва удержался, чтобы не рассмеяться. Ну а как же? Звучала лекция следующим образом: «Будущее рядом: какие профессии появятся в социалистической экономике двадцать первого века». Как будто специально под меня эту тему придумали… Имелось в виду, правда, что надо будет рассказывать про профессии в социалистическом Советском Союзе двадцать первого века. Но его же тогда уже не будет. С этой точки зрения промашку дали те затейники, которые придумали эту тему для очередной лекции по линии общества «Знания».
Ну хоть не про девяностые тема… А то тогда на просторах бывшего СССР появилось много новых профессий: танцовщицы стриптиза, киллеры, братки, «эффективные менеджеры», олигархи. Но, увы, у меня нет ни малейшей возможности честно о них рассказать. Уж слишком плохо это для меня закончится.
Ладно. Есть, к счастью, и другие профессии, которые в двадцать первом веке при мне появились. Про них и расскажу.
Румянцев на удивление быстро отзвонился, всего через два часа. Я только брови удивленно поднял, понимая прекрасно, как такие огромные сложные организации, как КГБ, МИД или МВД, устроены. А тут майор получается за два часа не только до председателя добрался, но уже и ответ от него какой-то получил, раз мне звонит. Впечатляет…
— Паша, завтра в шесть пятнадцать утра устраивает?
— Да, конечно, — подтвердил я. — Но слушай, что-то мы, Олег Петрович, зачастили с этим делом.
— Не понял? — сказал тот.
— Давайте в этот раз не от подъезда поедем, а от магазина, где мы с вами как-то встречались пару раз.
— А, магазин… Помню, — сказал Румянцев. — Хорошо. Тогда машина к магазину приедет.
— Вот и хорошо, — сказал я. — Договорились.
Ну да, а то мой подъезд или соседний — без большой разницы. Если кто-то, кому не спится, засечет мои перемещения, слухи могут поползти по соседям, что Ивлев куда-то на черной «Волге» в такую рань регулярно уезжает…
После этого я к Боянову поехал. С информацией по ткани тянуть все же не стоило. Захаров вон уже какое важное решение по ней принял, и Гончарук в восторге полном находясь, наверняка уже начал всю необходимую документацию собирать для запроса в министерство на выход новинки. Так что мне срочно нужно независимое подтверждение услышанного мной от Алмаза. Парень он хороший, но все же и преувеличить мог размер своего навара с ткани… Мало ли это то же самое, как у рыбака спрашивать про размер улова…
Если окажется, что сильно приврал, то придется отбой давать. И чем раньше это сделать, тем лучше.
Созвонился, конечно, вначале, чтобы узнать, где Боянов сейчас, дома или в театре «Ромэн». Он ответил по домашнему телефону, сказал, что пока что дома будет, и тут же меня в гости пригласил, когда я намекнул, что разговор не совсем телефонный.
