Все это время мы терпеливо ждали. Актеры «Ромэн» вели себя непривычно сдержанно. Особой болтовни не допускали. Словно опасались, что если будут вести себя неподобающе, их отсюда выставят без подарка. Мне это напомнило детей на Новый год, которые терпеливо мнутся около Деда Мороза в ожидании своей очереди рассказать стишок и получить от него подарок…
А вот мы с Бояновым, Вишневским и Мироновым немного пообщались. Отойдя подальше от дипломатов и актеров, с ностальгией вспоминали недавнюю поездку в Японию. Японский посол и его заместитель, наверное, были бы совсем не прочь с нами тоже поболтать, судя по их взглядам, что они время от времени на нас кидали, но у них не было такой возможности. Они стояли около пирамиды с видеотехникой с еще одним незнакомым мне японцем, и послушно перемещались по указанию оператора кинобригады, помогая найти место, где освещение в самом зале будет оптимально сочетаться с освещением от прожектора на штативе, который киношники с собой привезли и установили.
Наконец, кинобригада закончила приготовления. И после этого началась церемония вручения наград.
Японский посол сказал, что сами подарки он будет вручать не один. Ему будет помогать начальник отдела культурного сотрудничества Министерства культуры Японии, специально прибывший из Японии.
Лицо начальника этого отдела показалось мне знакомым. Пересекались, что ли, во время поездки в Японию на одном из мероприятий? Ладно, если это так, и он меня лучше запомнил, то сам потом подойдет…
Именно он начал мероприятие. Много красивых слов сказал о перспективах культурного сотрудничества Японии и СССР. Долго говорил. Само собой, еще и переводчик время отнимал дополнительно. Те из нас, кто постарше, начали уже переминаться на ногах, тяжело долго стоять было.
За ним уже и наш дипломат выступил. На инструктаже его не было, но в автобусе он с нами ехал, как оказалось. Тоже долго говорил.
Дальше дело пошло уже бодрее. Японский посол сказал, что будет зачитывать по списку фамилии получателей награды, и награждаемый пусть выходит вперед.
Первым к послу пошел Боянов. Но вместо коробки с техникой ему вручили тонкий конверт. На лице Боянова появилось недоумение, когда он получил этот конверт. Он даже удивленно покосился на ящики.
Я прямо ощутил возникшее напряжение среди нашей группы участников поездки в Японию. Ясное дело, что все подумали про какую-то досадную ошибку. Вдруг наши чиновники неправильно поняли намерения японцев? И нам вместо японской техники вручат лишь обычные бумажки? Грамоты какие-нибудь благодарственные?
Я сам вспомнил похожее международное мероприятие. В нем в программе первым пунктом значилось на хорошем русском языке, что участникам раздадут ноутбуки. Ясное дело, что участники мероприятия были взбудоражены… Русским языком же написано — ноутбуки! А дело это было в начале двадцать первого века. Когда ноутбук дома себе позволить мог далеко не каждый россиянин…
Ну а когда уже собрались, то выяснилось, что просто возникли проблемы с переводом. Вместо компьютера каждый получил обычный блокнотик. По-английски и ноутбук, и блокнот одинаково пишутся… Далеко не все слово «лэптоп» используют…
Многие тогда очень сильно разочаровались. Ведь люди успели вообразить, что получат такой ценный подарок…
Я с самого начала не верил в щедрость организаторов. Даже подтрунивал над наивными коллегами. Но в глубине души и сам надеялся на получение настоящего ноутбука вместо дешевого блокнотика… Но нет, в тот раз мой цинизм оказался реализмом…
И что, тут тоже ошибка вышла?
* * *
Москва
Андрей и Наталья Ершовы, отставив дочку на попечение старшего сына, отправились в «Детский мир» выбирать подарки для сыновей журналиста Ивлева. Потрясла их, конечно, принесённая их сыну железная дорога, сделанная в ГДР. Дорогой подарок. А ведь до этого он ещё и железную машинку, тоже недешёвую, хотя, конечно, не настолько, Пашке тоже принёс. И две куклы Лене притащил в общей сложности. В общем, завалил их детей подарками.
По уму, конечно, надо было уже после первых подарков детям отдариться, но они тогда даже ещё и не знали, что у него самого дети есть. Кто же мог предположить, что у такого молодого парня уже двое близнецов?
Ну и еще неудобно было с этими подарками, что на самом деле, похоже, они ему были должны за его идею с этой публикацией в «Труде», а не он им. Ведь профорг на заводе уже Андрею сказала, что есть шанс, что эта публикация поможет ему продвинуться в очереди на квартиру. Ничего не обещала, конечно, потому что все же прекрасно понимают, что от мнения директора и парторга очень много зависит. Но намекнула вполне конкретно, что, может быть, на год-два раньше удастся квартиру получить. В особенности, если директора предприятия где-нибудь в вышестоящих организациях за эту статью о работнике его заводе похвалят.
Теперь только и остаётся надеяться, что похвалят. Ведь в этом случае, может быть, удастся пораньше решить проблему с жильём, которая только усугубится после рождения третьего ребёнка…
Хотя и не хорошо, конечно, даже мысленно связывать увеличение количества проблем с рождением третьего малыша. В тесноте, да не в обиде. И третий ребёнок тоже будет любимым.
Наташа села с калькулятором и дотошно посчитала, сколько они Ивлеву должны за эти четыре подарка, сделанные их детям. Выходило аж под сотню рублей. Остаётся только надеяться, что действительно та железная дорога Ивлеву была подарена. И он на неё сам не тратился, потому что деньжищи-то сумасшедшие. Не смогут они сами на такую же сумму отдариться…
— Лучше бы Павел эти деньги на своих детей тратил, — высказала Наташа общее их мнение. — А то неудобно совсем вышло.
«Детский мир», как обычно, был переполнен гостями столицы. Все знали, что тут периодически выкидывают всякий дефицит, который в провинции попробуй ещё найди. Андрей первым нашёл подходящую, с его точки зрения, покупку. Автоматы детские, которые при нажатии на курок стрекотать задорно начинают и мигают лампочкой. Но Наташа тут же покупку раскритиковала. Нет, не потому, что она была пацифисткой.
— Опасная игрушка для таких малышей, — сказала она тут же, повертев игрушку в руках. — Вот посмотри, это мигающая пластмассовая штука на конце… Она так привлекательно мигает, что они тут же её отломают и, мало ли, в рот потащат. Так ребёнок и подавиться может. Рано им ещё такие игрушки покупать.
Да, это оказалось настоящей проблемой. Игрушек для самых маленьких было полно, но они были в основном рассчитаны на малышей до годика. А вот выбрать что-то мальчику в возрасте полутора лет, да чтобы ещё хватило хоть на год следующий, прежде чем ребёнок вырастет, было достаточно сложно.
Юлы красивые были, и было их тут много. Андрей подобрал парочку и жене показал. Но Наташа тут же выразила сомнение, что их ещё детям не подарили.
— Андрей, если уж им по две железные дороги импортные за раз дарят, значит, такую мелочь, как юлу, они давно уже в подарок получили, — сказала она.
Андрей после этих слов даже немного разозлился, развёл руками и сказал:
— Ну, тогда даже и не знаю, что ещё и дарить-то можно. Наверное, ты уже тогда сама выбирай.
Наташа спокойно отнеслась к тому, что муж умыл руки. Пошла по рядам искать уже без его помощи подходящие игрушки. Нацелилась на большой пластмассовый самосвал и сказала мужу:
— Вот смотри, какой большой! По идее, ребёнок сможет сесть на него и, ногами отталкиваясь, кататься по квартире. Надо только крышку самосвальную поднять.
Тут уже Андрей начал высказывать свои сомнения.
— Послушай, мы же не знаем, как у журналиста с жилплощадью. А если у него тоже однушка, а ты такую гигантскую машину купишь? Куда они её поставят вообще?
Тут уже Наташа разозлилась.
— Ну, Андрей, тебе не угодишь. Он нам на сто рублей подарков детям принёс, а мы ему что? Набор кубиков подарим за два пятьдесят? Этот самосвал хоть каких-то приличных денег стоит. Посмотри, какой крепкий, все детали большие. Отломать, по идее, смогут, но в рот ничего мелкого и опасного затащить тут нет.
