— Почему на десять? — Высказал кто-то общий вопрос.

— Потому, что через десять лет у каждого работяги будет машина, на которой он сможет ездить на работу. Либо каждое утро, либо раз в неделю. И необходимость работать именно в своём городе исчезнет. Как и необходимость проживать в провинции, если можешь купить квартиру в Ленинграде или Москве.

— Ну ты, брат, загнул! — покачал головой Николай Сергеевич.

— Давайте вспомним этот разговор через десять лет. Уже сейчас для регистрации в Москве не требуется работа. Скоро отменят уголовную ответственность за тунеядство. Какое тунеядство, если у нас тысячи безработных? Там и с паспортным режимом станет легче, хоть в Хабаровске живи, а работай в Москве, никакого наказания не будет.

Я улыбался при виде изумлённых лиц своих сотрудников. Короче, проговорили мы довольно долго, чтобы по ближайшим городам Свердловской и Пермской областей уже с завтрашнего дня поехали наши специалисты. Не просто смотреть, а составлять некий паспорт города и посёлка. Сколько квартиросъёмщиков осталось, сколько квартир пустует, условия проживания, какие промышленные здания пустуют, наличие магазинчиков, больниц и тому подобное. Чтобы для разговора с губернатором иметь конкретные данные.

Татьяна догуливала остатки отпуска с Ниной, гуляли вместе с коляской, выходили каждый раз в модных новинках из Европы. Я вернулся к своей интернатуре массажистом, ожидал возвращения своих разведчиков из умирающих городов. Наша строительная группа вместе с Олениным пробивала проекты сразу двух крупных строек вблизи Екатеринбурга. Картонного комбината и посёлка городского типа на пять тысяч квартир. Комбинат будут строить немцы, а жилой посёлок достанется конторе Оленина. С нашими заказами их СМУ выросла до крупнейшей строительной организации в Екатеринбурге. Часть клерков из областной администрации мы давно и крепко подкармливали. Кого-то «борзыми щенками» в виде фруктов, мясной вырезки и наших полушубков. Кому-то давали деньги, так, чтобы не попасться со взяткой, то есть через родственников или любовниц. Причём конспирировали не личность чиновника, а данные взяткодателя.

Намекали на директоров крупных заводов или на известных уголовников. Одним словом, работали с фантазией. Так что надежда на разрешение обоих проектов до таянья снега была достаточно велика. Потому как иначе взятки просто не будет, мы же не дураки давать взятку до выполнения работы? А прикормленные клерки не сомневались в нашей обязательности, хоть и считали своими благодетелями кого угодно, но не каких-то кооператоров. Вот с такими мыслями о высоком я массажировал очередного клиента, когда ко мне в кабинет ворвались двое громил. Их даже не смутило присутствие свидетеля, видимо полные олигофрены.

— Ты Кузнецов? — Я улыбнулся, вспомнив аналогичное приветствие уголовников восемь лет назад в селе Осиновка Пермской области. Только там меня перехватили в магазине.

— Я, а ты кто? — Совсем испортились бандиты, не отвечая на заданный вопрос, громилы попытались схватить меня за грудки.

Зато быстро осели на пол после моих быстрых ударов кулаками в солнечное сплетение. Хорошо, что нынешний массажный кабинет достаточно просторен, хватило места для кушетки, столика и пары стульев с вешалкой. Напуганный клиент попытался убежать, но я его успокоил и провёл сеанс до самого окончания по времени.

— А с этими чего? — Кивнул на лежавших без сознания бандитов клиент, надевая пиджак.

— Не волнуйтесь, я позвоню, их заберут. — Клиент наверняка решил, что буду звонить в милицию, и я не стал его разубеждать. Просто позвонил охранникам на вахте и попросил вынести двоих незнакомцев на улицу, за дом.

— Почему незнакомцы? Фёдор Васильевич, они показали паспорта на Дробынина и Селькова, даже номера записаны и места прописки. Мы им сразу на Ваш кабинет показали, они спросили массажиста Кузнецова. Кто же знал, что они такие грубияны? Может, воспитательную беседу провести? — Хорошие у меня охранники, молодцы.

— Не надо, они и так часа три на морозе спать будут, хоть ангину, да схватят. Если не воспаление лёгких. Только снегом запорошите, чтобы прохожие не видели и не волновались.

Я уселся пить чай в ожидании следующего клиента, а охранники понесли грубиянов во двор через чёрный вход, чтобы не пугать посетителей. Через три часа я закончил с массажем на сегодня. Вышел во двор и раскопал из сугроба двух грубиянов. Они уже начали просыпаться и застонали весьма дружно, я всё-таки сильно их ударил в грудь.

— Вы чьих будете, идиоты? — Первым я спросил Селькова, лысоватого бугая лет тридцати. Бандит вздрогнул от холода и застучал зубами, но при виде моего сочувствующего лица почему-то испугался и ответил:

— Мы от Севы Блина приехали. Его радикулит прихватил, встать не может. Уколы надоели, а Коля Тёртый недавно хвастал, что ты хорошо лечить умеешь. Даже фамилию назвал и сказал, что массажистом работаешь в бывшем райкоме.

Я задумался, понимая, что Блин должен ответить за свою наглость и глупость. Хорошего отношения уголовники не понимают, начинают считать, что их испугались. Севу Блина я теоретически знал, он руководил группой уголовников соседнего района, человек пятнадцать-двадцать. Ни на чём особо не специализировался, мелкий рэкет, грабежи прохожих и кражи из магазинов. Слишком мелкая рыбка, чтобы с ним разговаривать, не говоря о лечении. Поэтому решил просто напугать, чтобы уголовник про меня забыл.

— Твой Сева сильно меня обидел, не позднее пятницы пусть принесёт сюда в массажный кабинет миллион рублей. Не придёт, штраф вырастет в десять раз. Так что пусть пошевелится. Могу не только без радикулита оставить, но и без зубов. Не забудешь передать?

— Нет-нет, всё расскажу. — Продолжал стучать зубами Сельков. А я отправился обратно в здание, в офис на втором этаже, где надо было поработать с документами, просидел до шести вечера. В прежней жизни у меня как раз было высшее юридическое образование, немного в договорах разбираюсь.

Последнее время мы отчаянно пытались заместить сорванные поставки мяса из Средней Азии. Нет, своих людей и всех сотрудников наших предприятий мы прокормим, запасов в холодильниках достаточно. Бесплатные столовые перейдут на постные супчики, жаловаться наши клиенты не станут. Поворчат, да затихнут. Однако к осени мы должны возобновить закупки мяса в прежнем объёме. Для этого выехали наши люди в регионы с традиционным овцеводством, пытаются заключить договоры на поставки. Не столько за деньги, сколько в обмен за наши компьютеры и телевизоры, популярность которых растёт. Может, из-за цены, которая на десять процентов ниже любых конкурентов?

Кроме закупок у башкир, калмыков и бурятов, мы договариваемся с десятками колхозов и совхозов Челябинской области о поставках мяса. Не отдельно, а в рамках действующих договоров о закупке картошки, капусты и так далее. Колхозам особенно нравятся бесплатная аренда наших тракторов от УралВагонЗавода. Трактора не так красивы, как К-700, но гораздо дешевле их. Хотя и с Кировской областью мы налаживаем контакты. Собственно, за последние полгода расширения мы засылаем своих юристов не только в Германию, но и в Италию, Австрию и Голландию. Пришлось даже решиться на закупки «ножек Буша», которые только начинают появляться в России.

Радует, что удалось купить одну местную птицефабрику. Придётся в неё вложиться за лето, к счастью в рублях, которые мы практически перестали менять на доллары. Вся прибыль, что остаётся после выплаты зарплаты почти сразу уходит на расширение наших предприятий или реконструкцию. Вспомнил пресловутого Колю Тёртого и решил ему позвонить или съездить в гости ближайшее время. Попросить, чтобы не болтал обо мне направо и налево, напомнить о разговорчивой старухе из Осиновки, к которой вернулись её хвори. Много чего успел до конца рабочего дня. Дал задание экономистам посчитать прибыльность наших предприятий, если закупать в Иваново ткани. Выгодно из них шить одежду здесь или в самом Иваново? Всё равно оборудование менять? Вполне возможно, что организовать швейное производство в пустых цехах Уралмаша дешевле будет? Ткани из Средней Азии здесь точно ближе возить.