— Я сказала:

— Какие трое? — озадаченно переспросил Инди.

— Это всего-навсего старинная шотландская молитва, — развела руками Дейрдра. — Я никогда ее не понимала до конца.

— Ну что ж, мы трое убираемся отсюда, — подал голос Фосетт. — Ваше прибытие и помощь Раэлы разрушили наложенные на меня чары.

— Так чего же мы ждем?! — воскликнул Инди. — Пошли!

— Погодите! — приказал Фосетт. — Мы должны выбрать время с точностью до секунды. Надо переждать еще пару минут, пока произойдет смена караула. Тогда и пойдем.

— Я не видела никакого караула, когда мы выходили с Раэлой, — заметила Дейрдра.

— Потому что не желали его видеть, — небрежно поведал Фосетт. — Вы ведь спали.

— Я тоже не желал видеть этот ваш Совет, а все равно видел, — возразил Инди.

— Это дело другое. Тут задействованы многие сновидцы. Вы обязаны были его увидеть.

В желудке у Инди заурчало.

— Кстати, а что с чаем, за которым вы ушли?

— А, это!.. Мы с Раэлой выпили его. Но он все равно не насытил бы ваших телесных нужд.

— Не понимаю, — покачала головой Дейрдра.

— Сон здесь искусство, но как любое ремесло, требует практики, — пояснил Фосетт.

— Раэла заявила Совету, что мы ничего не вспомним после ухода, — промолвила Дейрдра.

— Этим она пыталась добиться вашего освобождения.

— А как насчет вас? — не унимался Инди. — Вашу память они тоже могут заблокировать?

— Я пробыл тут довольно долго, и весьма вероятно, что кое-какие воспоминания просочатся на поверхность, если только они не создадут фальшивую память. — Фосетт выглянул из окна.

Гору окружал алый ореол, предвещая скорый рассвет.

— А почему вы не описали эти сновидческие дела и блокировку памяти в своем дневнике? — не унимался Инди.

— Это написано много месяцев назад. С той поры я многое постиг.

— А они использовали вас в качестве производителя? — поинтересовалась Дейрдра.

— Дейрдра! — с тоской в голосе одернул ее Инди.

— Ничего страшного, — отозвался Фосетт. — Да, использовали, но вовсе не так, как вам подумалось. Они насылали на меня сновидения. Я считал, что нахожусь в интимной близости с собственной женой, только она на тридцать лет моложе.

— И ни разу не видели этих женщин? — с легким разочарованием в голосе спросил Инди.

— Ни единого, — Фосетт занял позицию у двери. — Но мне сообщили, что у меня уже трое детей и будет еще пятеро.

— Иисусе! — проронил Инди.

— Не нравится мне здесь, — бросила Дейрдра.

И в эту секунду дверная ручка повернулась.

— Как раз вовремя, — пробормотал Фосетт.

Дверь распахнулась, и два рыжих здоровяка с копьями заглянули в комнату. Потом один переступил через порог, и в тот же миг Фосетт ребром ладони снизу-вверх рубанул ему под нос. Хрустнули кости, носом хлынула кровь, и стражник со стоном рухнул на пол.

Его спутник молниеносно отреагировал, взмахнув копьем, как дубиной. Фосетт поднырнул, схватил стражника за запястье и мощным рывком крутанул вокруг себя, послав лбом в стену. Выронив копье, тот рухнул ничком на пол, потом попытался приподняться, но ладонь Фосетта, как топор, ударила его по затылку.

— Об этих двух позаботились, — Фосетт отряхнул руки. Он даже не запыхался.

Инди уже сжимал в руке кнут, но нужды в нем не было. Показанные Фосеттом ловкость и мастерство в рукопашном бою изумили Инди. Полковник явно дослужился до своего чина не за письменным столом.

— Отличная работа, полковник, отличная работа!

— Пустяки. Нам пора, — Фосетт повернулся к двери, но в этот миг лежавший ничком охранник перекатился на бок, вытащил из-под рубашки револьвер и нацелил англичанину в спину.

Инди не мешкал; щелкнув кнутом, он вырвал пистолет из руки стражника. Тот вскочил и ринулся на Инди, вцепившись ему в горло. Инди пытался вырваться, но крепкие руки стражника все сжимались, угрожая вот-вот свернуть Инди шею. И вдруг здоровяк хрюкнул, хватка его ослабла, и он грудой свалился на пол.

Позади него стояла Дейрдра, держа револьвер за ствол.

— Инди, он хотел тебя убитъ.

— Ага, — Инди схватился за горло и закашлялся.

— Твой, — протянула ему револьвер Дейрдра.

— Эге, это же мой «Уэбли», — согласился Инди, сунул револьвер сзади за пояс и прикрыл его сорочкой.

— Пошли! — бросил Фосетт.

Пересекая двор, Инди заметил в кустах еще двух недвижных стражников.

— А это кто?

— Предыдущая смена. Мне нужно было подождать новую пару, чтобы они не подняли тревогу раньше времени, — с этими словами Фосетт надвинул капюшон на голову. Инди и Дейрдра последовали его примеру. Дойдя до лестницы, Фосетт свернул наверх.

— Полковник, нам не туда, — схватил его за руку Инди.

— Джонс, не будьте глупцом! Не можем же мы запросто выйти через главный вход. И без того все шито белыми нитками.

— А я думала, эти одежды нам помогут, — протянула Дейрдра.

— В некоторых пределах.

Одолев лестницу, они снова вошли в тоннель; Фосетт велел держать рот на замке. Они двинулись знакомой дорогой, но в этот раз вскоре свернули в боковое ответвление, прежде оставшееся незамеченным. Впрочем, тогда дело происходило во сне.

Едва подумав об этом, Инди тут же заинтересовался, продолжается ли тот сон, где он находится пред ликом Совета. И тотчас же ощутил, что пребывает в другом месте и в то же самое время идет по тоннелю.

Увидев на стене начертанную крупными буквами надпись на огаме, Инди медленно перевел ее:

Инди понял, что письмена начертаны на стене палаты Совета, рядом с изображением Глаза Бела. Все члены Совета хранят глубокое молчание. Капюшоны их откинуты, головы склонены. Инди нагнулся к Раэле:

— Что они делают?

— Выносят свое постановление.

Затем Седобородый поднял голову:

— Мы рассмотрели все показания и вынесли свое суждение. Вы оба останетесь с нами на пятилетний срок. Во время вашего служения вас ждет доброе обращение. Через пять лет мы освободим вас. Тогда же будет отпущен на свободу и полковник Фосетт. Ваши воспоминания о Сейбе будут стерты, а на их место мы внедрим ложную память о жизни в индейском племени. Таково наше решение.

— Вам следует знать еще об одном, — подал голос Амержин, взглянув на Седобородого. Тот сделал знак продолжать. — Если вы попытаетесь бежать или причинить вред хоть кому-то из граждан Сейбы, во сне или наяву, свобода ваша будет ограничена, а вам самим придется остаться с нами до конца своей жизни.

Седобородый кивнул и обратился к Раэле:

— Нечасто случается, чтобы член Высшей сферы противился воле Совета. Мы понимаем и одобряем твое отношение к иноземцам. Однако от нашего внимания не ускользнуло, что ты пыталась помочь бегству полковника Фосетта. В качестве наказания в ближайшие пять лет тебе запрещается покидать пределы Сейбы и предписывается служить производительницей с обоими иноземцами.

— Ладно, теперь вот что надо сделать, — раздалось в голове у Инди.

И в тот же миг он осознал, что это говорит Фосетт. Внимание его перенеслось в тоннель, где они втроем подошли к новой двери. Фосетт распахнул ее; Инди зажмурился от ударившего по глазам сияния утренних небес.