Йорк заключил жесткую сделку, прежде чем согласиться на эту должность, требуя тех же полномочий, которые "имел или должен был иметь" Глостер. Таким образом, вся власть, которой пользовался Бедфорд, перешла к нему, хотя он по-прежнему будет называться "генерал-лейтенантом", поскольку Генрих VI уже был совершеннолетним и не нуждался в регенте. В зловещем для Бофортов и Нормандии развитии событий, он также добивался и получил полномочия заменять отсутствующих капитанов своими людьми и не иметь ограничений по стоимости земель, которые он мог даровать, гарантируя, что он сможет наградить ими достойных людей и создать личный авторитет в герцогстве, в котором в основном доминировали интересы семьи Бофортов. Назначение Йорка продлится пять лет, ему была обещана ежегодная выплата из английской казны в размере 20.000 ф.с. (10.5 млн. ф.с.) для финансирования его войск, что значительно превышало как его собственное прежнее жалованье, так и жалованье Сомерсета как генерал-лейтенанта и губернатора[558].
Несмотря на эти уступки, Йорк не проявил срочного желания вступить в новую должность. Прошел почти год, прежде чем он отправился в Нормандию, а Сомерсет тем временем продолжал там командовать. Он воспользовался этой возможностью для продвижения интересов семьи Бофортов, получив от графа Саффолка ряд важных капитаний, включая Авранш и Томбелен. Даже Толбот потерял все свои капитанские должности, кроме Лизье, так что королю пришлось выплатить ему компенсацию в виде пенсии, "чтобы он мог более достойно нести нашу службу"[559].
Сомерсет не покрыл себя славой в своей первой военной кампании в феврале 1440 года. В надежде оказать давление на герцога Бургундского и заставить его заключить мир, он предпринял очень выгодный для себя рейд в Пикардию, самую легкую цель на нормандской границе. С 1.200 солдат из Нормандии и отрядом Толбота он захватил три крепости, разместил английский гарнизон в Фольвиле и сжег церковь, в которой забаррикадировались жители Лиона, что было ужасным военным преступлением даже по меркам того времени. Оставшимся жителям Лиона пришлось заплатить Толботу выкуп в 2.500 салюдоров (200.521 ф.с.), чтобы избежать той же участи[560].
Основной целью, ради которой Сомерсет был послан в Нормандию с такой большой армией, было возвращение Арфлёра, первого завоевания Генриха V во Франции, который находился в руках арманьяков с 1435 года. Со своей базы в устье Сены гарнизон Арфлёра охотился на английские торговые суда, нарушая снабжение Руана и вынуждая власти нанять военный корабль для патрулирования реки для их защиты. Начало мятежа Прагерия против Карла VII предоставило идеальную возможность для крупных операций, пока вражеские войска были заняты в других местах. Возможно, к счастью, Сомерсет передал командование на местах своему более талантливому младшему брату, Эдмунду Бофорту, и к июню Арфлёр был осажден, а его порт блокирован.
Пока Бофорт, Толбот и Фоконберг следили за тем, чтобы ничто не могло проникнуть в Арфлёр или покинуть его, Сомерсет занимался сбором припасов и набором новых людей, чтобы противостоять армии помощи, которая, по слухам, была уже на подходе. Среди тех, кто присоединился к осаде, затянувшейся на несколько месяцев, был Мэтью Гоф, услуги которого Бофорт так хотел сохранить, что платил ему жалованье из собственного кармана. Франсуа де Сурьен был менее желанным гостем, но не потому, что его способности не ценились, а потому, что 19 октября 1440 года он сдал Сен-Жермен-ан-Ле Карлу VII, оставив несколько оставшихся английских форпостов вокруг Парижа еще более изолированными и уязвимыми. Временным участником осады был виндзорский герольд, прибывший со знаками Ордена Подвязки для Сомерсета и Фоконберга, куда оба были только что приняты. Присутствие герольда отмечено только потому, что он упал с лошади, сломав три ребра и руку, и поэтому опоздал получить свое жалование[561].
По крайней мере, некоторых арманьяков, защищавших Арфлёр, посетило гнетущее чувство повторяющейся ситуации. Капитаном города был Жан д'Эстутевиль, отец которого занимал ту же должность в 1415 году, когда Генрих V осаждал город. После этого общее командование перешло к сиру Раулю, де Гокуру, который ввел колонну помощи в Арфлёр под носом у английского короля, продлив его способность к сопротивлению на несколько недель. Гокуру было уже 70 лет, но возраст не ослабил его боевого духа. В ответ на настоятельные мольбы Арфлёра о помощи он вместе с Карлом, графом д'Э, Орлеанским бастардом, Ла Гиром и Бурбонским бастардом (это была одна из его последних вылазок перед казнью) привел на помощь городу войска. Однако на этот раз он командовал арьергардом и, следуя за остальной армией, покинувшей Э, был застигнут врасплох и взят в плен Гриффидом Дином, валлийским капитаном Танкарвиля. В отличие от его предыдущего пребывания в плену у англичан, которое длилось 10 лет, на этот раз выкуп был быстро собран, и отсутствие Рауля было недолгим. Однако его пленение подстегнуло его коллег к решительной попытке прорвать осаду Арфлёра[562].
В то время как граф д'Э предпринял атаку со стороны моря, Орлеанский бастард повел своих людей пешком против англичан, расположившихся перед городом. Ла Гиру, из-за его хромоты, была доверена кавалерия, чтобы он оказывал помощь там, где она была необходима. Несмотря на тяжелые бои и вылазку гарнизона, арманьяки не смогли продвинуться вперед. Англичане слишком хорошо окопались в своих траншеях, а их лагеря были слишком хорошо укреплены, чтобы их можно было взять штурмом. Атака на суше была отбита, а флот был вынужден отступить, потеряв несколько кораблей. Граф д'Э попытался смягчить эту катастрофу, предложив сразиться за Арфлёр в поединке с Сомерсетом или с сотней своих рыцарей против такого же количества англичан, но получил пренебрежительный отказ. Англичане знали, что запасы продовольствия в городе закончились и что его сдача неизбежна. В конце октября Арфлёр капитулировал: гарнизону было позволено свободно покинуть город, каждый мужчина нес в руке палку в знак того, что он безоружен, и охранную грамоту, позволявшую ему уйти в земли, которые он сам для себя выберет. Однако герцог Бургундский категорически запретил кому-либо из них проходить через его территорию, опасаясь грабежей, и поставил своих солдат наготове, чтобы изгнать любого, кто осмелится нарушить границы[563].
Взятие такого важного города, как Арфлёр, с его ценной гаванью, было долгожданным успехом, тем более что его сосед, Монтивилье, тоже сдался в соответствии с условиями капитуляции. Теперь Дьепп был единственным крупным опорным пунктом в Нормандии, захваченным арманьяками в 1435 году, который все еще оставался в их руках. Обрадованные своим успехом — и просрочив 6-месячный контракт Сомерсета — братья Бофорты вернулись в Англию, оставив Нормандию в руках ее защитников-ветеранов, лордов Толбота, Скейлза и Фоконберга.
Еще до того, как триумфальный Сомерсет и его войска покинули Нормандию, арманьяки взяли реванш, начав согласованное наступление на восточные границы герцогства. Сентрай, Антуан де Шабанн и испанский наемник по имени Салазар, при поддержке и содействии предателей в городе, взяли Лувье. В некотором смысле это было возмездием, поскольку англичане разрушили укрепления и вывели гарнизон, когда захватили город в 1431 году, оставив его беззащитным. Приоритетной задачей новых хозяев было восстановление городских стен и башен, чтобы Лувье оставался в руках арманьяков на протяжении всей войны. Горожане обратились с петицией к Карлу VII, напомнив ему обо всем, что им пришлось пережить, поскольку они были его верными подданными, "желая скорее выбрать смерть, чем вернуться в подчинение нашим врагам", и в 1442 году получили освобождение от налогов, помощь в восстановлении укреплений и право называть город "Вольным Лувье", а также носить на одежде знак с короной, наложенной на букву "l'.
