В своей скорби Тайнозритель получает утешение от одного из 24-х старцев, говорящего: «Не плачь; вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил, и может раскрыть сию книгу и снять семь печатей ее»[245]. Здесь приводится комбинация двух традиционных мессианских титулов, взятых из Быт 49: 9 и Нс 11: 10. «Молодым львом» называет Иуду патриарх Иаков в своем предсмертном благословении сыновей (Быт 49: 9)[246]. Титул «корень Давидов» восходит к пророчеству Исаии: «И произойдет отрасль от корня Иессеева и ветвь произрастет из корня его… и станет как знамя для народов» (Ис 11: 1, 10). Как известно, Иессей происходил из колена Иудина и был отцом царя Давида. Традиционные мессианские титулы указывают на происхождение Мессии из царственного рода Давидова, но в дополнение к ним в Апокалипсисе говорится также о совершенной Христом «победе»[247] и имеющейся у Него власти и силе раскрыть книгу. Все эти характеристики в совокупности показывают Христа идеальным Царем Израиля, истинным исполнением ветхозаветных мессианских обетований.
И далее ап. Иоанн говорит: «И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный». Многочисленные комментаторы указывают, что через различие того, о чем Тайнозритель «слышал», и того, что он «увидел», явственно показывается яркий контраст ветхозаветного пророчества с его новозаветным исполнением. Тайнозритель слышит о льве, но видит «агнца, как бы закланного». Г. Кэрд, Р. Бокхэм, Г. Осборн и другие исследователи обращают внимание на ярчайшую трансформацию образов – воинственный лев оказывается кротким агнцем[248]. Тем самым приведенные ветхозаветные мессианские пророчества получают принципиально новое толкование: Иисус Христос действительно есть победитель зла, но Он достигает этой победы именно через Свою жертвенную смерть[249]. На жертву указывает слово ἐσφαγμένον (закланный), употреблявшееся в описаниях жертвенного культа. Возможно, оно взято из Ис 53: 7 (LXX): «Как овца, веден он был на заклание (греч. σφαγή), и как агнец пред стригущим его безгласен, так и он не отверзал уст своих». Это известнейшее мессианское место Исаии, по всей видимости, явилось одним из источников именования Христа Агнцем. Но в первую очередь это именование является указанием на пасхального агнца – это один из элементов образности нового Исхода, широко используемой по всему Откровению Иоанна Богослова (ср. Откр 1: 5 с 5: 9—10)[250]. Именование Христа Агнцем сближает Апокалипсис с традицией Евангелия от Иоанна, согласно которому жертва Христова была прообразована ветхозаветным пасхальным агнцем (Ин 19: 33, 36)[251].
Агнец имеет «семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю». Семь рогов символизируют полноту власти и силы (Числ 23: 22; Втор 33: 17), а также царственности (Дан 7: 7; 8: 3). Образ семи очей Божиих присутствует у пророка Захарии (Зах 4: 6—10), он символизирует не только всеведение, но и вездеприсутствие Божие, Его власть действовать повсюду.
Когда Агнец подходит к престолу и берет книгу из десницы Сидящего, четыре животных и 24 старца падают пред ним в поклонении. Затем Агнцу воссылаются три гимна. В целом можно отметить, что «величественный покой» видения Откр 4 контрастирует с диалогическим построением Откр 5[252]. 24 старца и четыре животных поют Агнцу «новую песнь»: «Достоин Ты[253]взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан и кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа, и племени и соделал нас царями и священниками Богу нашему, и мы будем царствовать[254] на земле» (Откр 5: 9—10). «Новая песнь»[255]восхваляет искупление людей, достигнутое жертвой Христовой, и предваряет новое творение Божие в Небесном Иерусалиме (Откр 21—22)[256]. В «новой песни» говорится, что Агнец «достоин взять книгу и снять с нее печати», так как Он «был заклан» и искупил людей «из всякого колена и языка, и народа и племени».
Круг присоединяющихся к хвале Агнцу расширяется, и уже неисчислимое множество ангельских существ (ср.: Дан 7: 10) поет Агнцу второй гимн: «Достоин Агнец закланный принять силу и богатство, и премудрость и крепость, и честь и славу и благословение». Как отмечают некоторые исследователи, в гимнах прослеживаются параллели с восхвалениями императора, используемыми в императорском культе[257].
Третий гимн обращен к Богу и Агнцу вместе, и теперь круг поклоняющихся охватывает все творение: «И всякое создание, находящееся на небе и на земле, и под землею, и на море, и все, что в них, слышал я, говорило: Сидящему на престоле и Агнцу благословение и честь, и слава и держава во веки веков» (Откр 5: 13). Поклонение Богу в 4-й главе сменяется поклонением Агнцу (Откр 5: 8, 12), которое затем переходит в поклонение Им обоим, – «этим удостоверяется, что Бог и Агнец едины» (ср.: Ин 10: 30)[258]. 5-я глава завершается поклонением 24 старцев Богу – и таким образом завершается вся «небесная литургия» Откр 4—5.
6-я глава Апокалипсиса описывает последовательное снятие Агнцем шести печатей с книги. Снятие каждой печати сопровождается особым видением: за снятием первых четырех печатей следует явление четырех «всадников», три из которых символизируют войну (Откр 6: 3—4), голод (Откр 6: 5—6), мор и смерть четвертой части земли (Откр 6: 7—8)[259]. За снятием пятой печати идет видение мучеников, убиенных за свое свидетельство (Откр 6: 9—11), шестая печать являет «великое землетрясение» (Откр 6: 12-17).
4.2.2. Богословское содержание раздела Откр 4—5
Основная тема раздела Откр 4—5, определяемая в Откр 3: 21, – восшествие Христа на престол Отца. Исследовав 4-ю и 5-ю главы Апокалипсиса, нельзя не заключить, что богатый образный и событийный ряд этого раздела образует смысловое единство. Постараемся выделить основное смысловое содержание 4-й и 5-й глав.
Указание на идею, объединяющую повествования Откр 4—5, можно увидеть в стихе Откр 3: 21, который предшествует данному разделу: это высказывание Христа, которое завершает раздел посланий церквам и находится непосредственно перед видением Откр 4—5: «Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его» (Откр 3: 21). Многие толкователи считают Откр 3: 21 «ключом к пониманию сцены Откр 4—5»[260].
В отличие от повествования 4-й главы, где «все происходит в небе, в надвременности или всевременности, не приуроченное ни к какому из земных времен и событий»[261], в 5-й главе дано указание на определенное историческое событие – а именно когда Агнец «был заклан» (Откр 5: 9) и «победил» (Откр 5: 5). Из контекста Откр 5 очевидно, что речь идет о победе Христа над смертью и силами зла, совершившейся в Его вольной смерти[262]и Воскресении. Далее в 5-й главе описывается взятие Христом запечатанной книги и поклонение Ему небесных сил, что соотносится со словами из Откр 3: 21 о восшествии Христа на престол. Также в Откр 5: 6 говорится, что Агнец находится «посреди престола». Важно отметить, что указанные в 5-й главе события уже произошли (соответственно после Воскресения Христова), и восшествие на престол в Откр 3: 21 также есть уже совершившееся событие: «Я… сел» (греч. ἐκάθισα – форма аориста, прошедшего времени)[263].
