— Позвать на помощь? Громко залаять?

И переполошить весь замок!

— Сядь и почеши живот! — приказал Фантом.

— Откуда ты знаешь, что у неё всегда чешется живот? — ревниво спросил крысёныш.

— Не знаю, сказал, чтобы не разгавкалась.

Фантом взял Ириса за шкирку и, осторожно цепляясь за брёвна, полез вверх. Он слишком горд, чтобы просить посторонней помощи, а на Лили не стоит надеяться. Долго и медленно, но он сможет сам спасти и себя, и крыса.

На суше Лили бросилась к любимому:

— Милый, сладкий мой, как я испугалась! Ты замёрз? Ах, бедняжка!

Она облизала сначала крыса, потом принялась за Фантома:

— Зефирчик, тебе надо дать орден за спасение на воде! Сначала меня, теперь Ириса! Я тебя обожаю!

— Лили, нам пора домой, — не выдержал крысиный ревнивец. — Прости, я не принёс тебе воду.

— Я не хочу пить! Я хочу спасть! Рядом с моим единственным и ненаглядным.

Лили на прощание ещё раз лизнула Фантома — он не успел увернуться, и посеменила за супругом.

В холле замка Фантом почувствовал запах Розочки. Она была здесь только что. Зачем? Он принюхался и отправился по следу.

Дверь в покои леди Азалии была приоткрыта. Леди спала, Розочка стояла возле кровати матери. Нагнулась, положила руку на её ладонь. Леди Азалия что-то пробормотала во сне, Розочка поцеловала её руку, бесшумно вышла из комнаты.

Она останавливалась у каждой двери, зачем-то дотрагивалась до неё и шла дальше. Погладила цветочную вазу, вдохнула аромат хризантем, встала у окна. Лунный свет осветил тонкую фигурку. Почему на ней платье? Куда и зачем оделась Розочка глубокой ночью?

Вероятно, она почувствовала его взгляд, обернулась:

— Зефир? Иди ко мне.

Взяла на руки, прижала к себе и понесла в спальню.

— Не надо за мной ходить, хорошо? — она чмокнула Фантома в нос, уткнулась лицом в его шерсть, вздохнула и открыла дверь спальни.

Толкнула вовнутрь Фантома, захлопнула дверь!

Фантом скрёб дверь когтями, орал, висел, зацепившись зубами, на ручке. Куда ушла Розочка? Почему она его заперла? Нет, он не позволит ей наделать глупостей!

Как выбраться отсюда? Из комнаты только два выхода: дверь и окно. Розовое стекло достаточно тонкое, человеку разбить его просто, но коту?

Фантом прикинул расстояние от стены до окна, разбежался, на лету свернулся в комок и врезался в окно всем телом. Стекло разлетелось на куски, один впился в переднюю лапу, и Фантом, не обращая внимания на капающую кровь, побежал к лестнице на второй этаж.

Розочка стояла перед паутиной. Руки молитвенно сложены на груди, бледные, почти белые губы что-то шепчут. Со всех концов к девушке бесшумным живым и шевелящимся ручьём стекались большие чёрные пауки: ещё шаг, и они накинутся на неё, всадят в тонкую кожу свои острые ядовитые лапы-крючки.

Розочка подняла ногу на следующую ступеньку, Фантом метнулся вперёд, толкнул девушку, и она, потеряв равновесие, полетела вниз по лестнице. Фантом оглянулся — здесь невысоко, всего несколько ступеней. Розочка села, потёрла ушибленную ногу.

Шерсть на спине Фантома встала дыбом: он чувствовал, ощущал кожей, что кроме него и Розочки здесь есть ещё кто-то. Фантом быстро окинул взглядом холл — пусто. Ему показалось, или у входа, над дверью, шевельнулась чёрная тень? Нет, это блики от горящих свечей.

Как она красива, его любовь. Растерянная, испуганная, не понимающая, что происходит. Из серых глаз вот-вот прольются слёзы, губы обиженно и трогательно искривились. Прощай, Розочка.

Фантом прыгнул в паутину.

Крючки впились в него со всех сторон. От боли он взметнулся в воздух, но паутина крепко держала свою жертву. Фантом упал. Последнее, что он увидел: свою чёрную, облепленную пауками лапу.

Он умер или нет? Всё тело ныло, как будто его били палками, особенно беспокоила лапа, что-то воткнулось в неё и причиняло острую боль. В ушах глухо гремело: бах, бах, словно далеко отсюда колотили в старые, потерявшие упругость барабаны. Или гремит на улице?

Фантом открыл глаза. Рука. Из неё торчит кусок розового стекла. Кривые пальцы в лохмотьях белой паутины. А вот и вторая! Он стал человеком!

Его внимание привлёк топот: к лестнице бежали все обитатели замка. Слуги, поварята, конюх, даже леди Азалия тяжело шла, опираясь на портниху. Розочка сидела на лестнице и смотрела на него широко открытыми глазами.

— Розочка, — прошептал Фантом.

— Зефир? Ты — заколдованный? Заколдованный в кота? Ой! — она густо покраснела и закрыла лицо ладонями.

— Смотрите, смотрите! — закричал поварёнок и показал пальцем за спину Фантома.

Маленькие серые паучки испуганно убегали в разные стороны, паутина осела, местами порвалась. Поварёнок стянул башмак и подцепил им паутину — она стала обычной, тонкой и непрочной.

— Это ты нас спас, да? — обрадовался мальчишка. — Спасибо!

Все кинулись к Фантому. Его благодарили, обнимали, целовали, трясли за плечи и за руки. Розочка оторвала ленту от платья, вытащила осколок стекла из его руки и перевязала лентой. Люди словно не замечали его уродства. Никогда ещё Фантом не был так счастлив, ради этой минуты он готов прыгнуть к паукам ещё раз.

— Представьтесь нам, мой дорогой друг, — попросил маг. — Наконец, я смогу услышать ваше имя.

— Вы знали? И ничего мне не сказали? — поразилась леди Азалия.

— Не в моих правилах раскрывать чужое инкогнито, — поклонился ей маг. — Кстати, он не только пожертвовал собой, он ещё и помог мне найти единственный способ борьбы с пауками.

И сам их сюда принёс, между прочим. Сказать сразу или выдавать информацию дозировано? Сейчас они смотрят на него с доверием и лаской, но как же изменятся их взгляды, если он будет честным!

— Тебе не больно? — Розочка нежно погладила Фантома по руке. — Мама, надо позвать лекаря.

Фантом легко бы обманул любого, но не Розочку. Только не её. Он встал. Сейчас его ждёт ещё одно испытание, самое страшное. И, всё-таки, что такое бухает за окном замка?

— Меня зовут Фантом. Я пришёл к вам по приказу ведьмы Эбониты.

Он рассказал, что мальчиком согласился стать фамильяром Эбониты. Что принёс им чёрных пауков. Что от магии замка в нём ожила память о прошлом, а маг помог ему окончательно стать человеком. Что не знал, как вернуть свой прежний облик, да и, честно говоря, не очень и хотел — толстого белого кота все любили и баловали, а кто полюбит обезображенного мужчину?

Конюх осмотрел Фантома с ног до головы:

— Нормальная у тебя внешность, подумаешь, не красавец. Нам, мужикам, это ни к чему, — усмехнулся он и подмигнул молоденькой служанке.

Та состроила гримасу, захихикала, смутилась.

— Розочка, это я расстроил твой брак с Горецветиком, — сказал Фантом.

Розочка пожала плечами:

— Знаешь, Зефир. Ой! Извини, Фантом! Я поняла, что я его не любила. Стоило принцу уехать, как я перестала о нём думать. Всё к лучшему — зачем ему такая жена?

— Можно подумать, он за вас весь извёлся! — хмыкнула портниха. — Не очень-то и хотел жениться принц Горецветик, скажу я вам, раз так быстро сдался. Эх, Фантом, и рада я за тебя, что человеком стал, и Зефира жалко — какой был кот, так бы тискала и тискала!

Все засмеялись. Буханье за окном стало намного громче.

— Что за звук? — спросила леди Азалия.

Народ поспешил к окну. Фантом протянул Розочке руку и замер. Она улыбнулась, опёрлась на его руку, позволила проводить себя в холл, к самому большому, в половину стены, окну замка.

Бухало сверху, над замком собирались тучи. Но что это были за тучи! Низкие, рваные, формой они напоминали оскаленные морды животных и перекошенные ужасом лица, а цветом — серую маслянистую грязь.

— Не нравится мне такая гроза, — задумчиво сказал маг.

Над головой опять глухо и часто заколотили в старые барабаны. От стены отделилась тень, закружилась в диком вихре над головами людей, засмеялась зловещим хохотом. Эбонита!

Сидя на метле, она то взвивалась вверх, то резко падала, едва не касаясь пола. Глаза Эбониты горели красным огнём, руки, не останавливаясь ни на секунду, делали непонятные жесты. Словно ведьма сгребала нечто невидимое, вытягивала из окна и распахнутых настежь дверей и бросала в замок.