— У нее мало опыта, но в драке с Морроу она продержалась дольше, чем большинство выходцев из Лотлтона.

Зеленые глаза Гоуст медленно скользнули по моей фигуре вниз до самых сапог:

— Как мило с твоей стороны так говорить, Вайпер. Ты хороший наставник. Должно быть, так досадно снова получить кого-то вроде нее. Тяжелый физический труд не равен подготовке ассасина.

Его челюсть сжалась, и он отвел взгляд, словно этот разговор навевал на него скуку.

Кого-то вроде меня? Я надеялась, что он заступится за меня, но он больше ничего не сказал. У меня внутри все медленно опустилось. Разумеется, он не станет: он местный, да еще и из знати в придачу.

— Не хочу этого говорить, но ей понадобится любая помощь, какую она только сможет получить для предстоящей игры. Вам двоим лучше приступать к работе. Повеселитесь.

Облегчение накрыло меня, когда они ушли, но… какой еще игры? Я заложила руки за спину и встала в стандартную стойку, пока они удалялись. За те несколько недель, что я была здесь, Вандер ни разу не упоминал ни о каких играх.

— О чем она говорила?

Он жестом пригласил меня следовать за ним к самому дальнему кругу, подальше от Дреда и Морроу. Селин и Тэйвин помахали мне, когда мы проходили мимо. Похоже, они были единственными двоими, кого не волновало, откуда я. Я задалась вопросом, не потому ли это, что я для них просто новая и блестящая игрушка. Это пройдет.

В животе завязался тяжелый узел от того, что он проигнорировал мой вопрос. Это было опасно?

Вандер указал мне на центр тренировочного круга:

— Подними кулаки.

Я расставила ноги шире, слегка согнула колени и подняла кулаки к подбородку:

— Ты собираешься рассказать мне об этой игре?

Он толкнул меня в плечо, я зацепилась нога за ногу и свалилась на траву, больно ударившись бедром и локтем.

— Если я могу сбить тебя с ног так легко, над твоим балансом еще работать и работать. Напряги корпус. Ноги должны двигаться вместе с тобой.

— Я не была готова к тому, что ты меня толкнешь. — Я поспешно поднялась на ноги и снова встала в стойку. После всего сказанного Гоуст мне нужно было кое-что доказать. Его рука метнулась вперед, но я отбила удар. — И я была бы признательна, если бы ты ответил на мой вопрос.

— Отвечу. Терпение, ученица. — Он начал толкать меня со всех сторон, пытаясь свалить с ног, пока пот не загладил мои виски. Во второй раз я уже не упала.

Когда он, казалось, остался доволен моей способностью удерживать равновесие, он зашел мне за спину. Я напряглась, ожидая, что он снова выхватит нож или зажмет меня в своих железных объятиях. Я следила за ним через плечо.

— Первое, чему я тебя научу — это как вырываться из захвата.

Он захлестнул одной рукой мое горло, а другой обвил корпус и сжал. Я забилась, пытаясь вырваться, и попыталась податься назад, чтобы оттолкнуть его, но он стоял как незыблемый камень. Его локоть сдавил мне горло, и перед глазами поплыли звездочки.

— Я не могу дышать, — прохрипела я.

Он ослабил хватку, и я жадно глотнула воздух.

— Это худшая позиция, в которой ты можешь оказаться. В ту секунду, когда ты чувствуешь кого-то за спиной, прижимай подбородок и поднимай плечи, чтобы тебе не смогли захватить горло. Когда тебя берут в такой удушающий захват, освободиться крайне трудно, и вампирша вопьется в тебя зубами в тот же миг, как только выпадет шанс. В идеале ты должна услышать ее и повернуться до того, как это произойдет. Причина, по которой мы провели несколько дней, бродя по лесу в полной тишине, заключается в том, чтобы ты научилась слушать. Ты должна замечать тихие шаги, слышать ровное дыхание приближающегося хищника.

— Я из Лотлтона, Вайпер, мы умеем прислушиваться к опасности.

— Отлично. — Его рука снова двинулась к моему горлу, и я опустила подбородок и приподняла плечи. Его рука сомкнулась вокруг меня, но я все еще могла дышать. — Если ты попала в такое положение, никогда не отклоняйся назад, всегда тянись вперед. Первое, что ты делаешь — выхватываешь кинжал и вонзаешь его в любую плоть, до которой можешь дотянуться, бедро или корпус подошли бы лучше всего, а затем выкручиваешься в сторону. Вампир отпустит тебя. Если по какой-то причине ты не можешь добраться до оружия, ты хватаешься за мою руку одной рукой, тянешь и скручиваешь ее так сильно и быстро, как только можешь. Если у тебя хватит сил швырнуть его через плечо на землю — делай это. Пробуй. — Я наклонилась вперед, уперлась бедрами в его бедра и попыталась бросить его через себя, но его вес даже не сместился. Он был готов к этому.

Я рванула его за руку, выкрутилась и сумела выскользнуть из его хватки, после чего развернулась, подняв кулаки.

Он улыбнулся, и я впервые увидела, чтобы он выглядел искренне гордым. В моей груди разлилось приятное тепло.

После того как мне удалось вырваться из его захвата еще несколько раз, мы двинулись дальше.

— Следующее наихудшее положение, в котором ты можешь оказаться — это лежать плашмя на спине, когда вампир — да и кто угодно, на самом деле — сидит на тебе сверху, пытаясь тебя убить. Ложись.

Я сглотнула, но легла на траву лицом вверх. Солнце вверху казалось ярче и горячее, чем раньше. Жужжание пчел и щебетание птиц стали отчетливыми. Тень Вандера заслонила свет, и он опустил свои бедра поверх моих. Мое собственное сердце застучало в ушах. Мы с Вандером прикасались друг к другу много раз, и ничто не казалось особенно интимным, но я никогда не лежала лицом к лицу, когда он был сверху.

Он опустился ниже, положив ладони по обе стороны от моих плеч. Я встретилась с ним взглядом — как он и говорил, я должна была смотреть руководству прямо в лицо. На его горле дернулся кадык, и он первым отвел взгляд. Тренировка, мы просто тренируемся, ничего больше. Кончик его пальца едва заметно коснулся бешено пульсирующей жилки у меня на шее.

— Это крупная артерия, и из нее сильно течет кровь. Кое-что, что мы знаем о вампирах — они всегда метят в шею. Они не будут кусать тебя за случайные части тела. — Я удивилась тому, какой он тяжелый. Он потянулся назад, достал из-за пояса затупленный деревянный колик и вложил его мне в руку. — Будем считать, что это кинжал. В тот миг, когда тебя швыряют на спину и вампир летит на тебя сверху, бей сильно и быстро. — Он подался вперед, и я со всей силы ударила его колом в грудь. Он поморщился и отшатнулся назад, растирая место удара, но улыбнулся. — Черта с два, мы же просто тренируемся.

— Ты сам сказал бить сильно и быстро, — выдохнула я, тяжело дыша.

Он поднялся и протянул мне руку. Он потянул меня на ноги, а затем без предупреждения толкнул. Моя спина больно ударилась о землю, воздух вырвался из легких, и, прежде чем я успела сделать хоть вдох, он уже снова был на мне. Я пискнула, когда он схватил меня за запястья и прижал их по обе стороны от моей головы. Я попыталась толкаться, но он был незыблемой горой — немыслимо сильным. Я никогда не чувствовала ничего подобного.

Я сжала зубы и заверещала, пытаясь вырваться из-под него, но его бедра плотнее сжались вокруг моих. Мое сердце колотилось, когда он медленно опустил свой полуоткрытый рот к моей шее. Острые зубы мягко прижались к горлу, задев пульсирующую жилку. Его прохладное дыхание покрыло мою кожу мурашками.

— Ты мертва, — прошептал он.

Стук моего сердца гулко отдавался в ушах, набатом бился в висках. Мертва? Я никогда не чувствовала себя более живой. Мне следовало бы чувствовать себя неловко или хотя бы настороже, но меня охватило странное ощущение желания, и это было далеко не единственным, что смущало меня в этой ситуации.

— Мог бы предупредить меня хотя бы немного.

Он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть мне в лицо:

— Вампир не станет тебя предупреждать. Еще раз. И на этот раз не давай мне схватить тебя за запястья. Бей до того, как я зафиксирую твои руки.

Следующие пару часов меня швыряли на задницу, удушали сзади, а я отбивала его кулаки, которые летели куда быстрее, чем у Морроу. Его руки смазывались в воздухе — за ними было трудно проследить, но он ни разу не ударил меня больно. Он ни разу не причинил мне вреда. Его удары были лишь легкими касаниями, показывавшими, что он пробил мою защиту.