— Не смей так говорить с ней. И тебе лучше не разбрасываться подобными обвинениями, Дред, — огрызнулся Вандер. — Только один из нас когда-либо переступал эту черту со своей ученицей, и это был не я.

— Может, и так, — Дред дернул плечом, — но ты уже рассказал своей девчонке, что случилось с двумя твоими прошлыми учениками?

Вандер замер, даже перестать дышать.

— Я бы назвал это невезухой, но, по-моему, это твоя личная бездарность, — ухмыльнулся Дред.

От Вандера волной хлынула осязаемая ярость. Его руки по бокам задрожали, а на лицо словно легла тень, будто им овладел сам мрачный жнец. Я подалась назад, испугавшись того, что он может сделать… Но в то же время я не хотела, чтобы он натворил глупостей, о которых пожалеет, из-за мелкой перепалки с Дредом и Морроу.

— Однажды я стану лучшим ассасином, чем вы оба, и это произойдет благодаря ему. — Я задрала подбородок и встретила жесткий взгляд Дреда. Вандер был моим наставником, и я была ему верна. И здесь, и на земле вампиров.

— Вот когда вампирам расхочется крови, тогда ты и станешь лучше меня. — Дред мотнул головой влево, и Морроу последовал за ним. — Скоро увидимся на игре. Должно быть весело.

Вандер подхватил с земли свою рубашку и натянул её.

— Гоуст, Фэлкон, Скаут! — рявкнул он их имена, словно отдавая команду. — Мы уходим. — Он повернулся ко мне, а на его лице все еще кипела эта темная ярость. — Надень маску.

Глава 10

Четверо наставников шли впереди, ведя нас к лесам Эмберфолла. По словам Вандера, ночью зеленые листья под лунным светом становились медно-рыжими и мерцали, точно догорающие угли костра. Мне только предстояло увидеть это своими глазами.

У меня не было ни единой возможности спросить, что же произошло с его прошлыми учениками. Я знала лишь одно: что бы там ни случилось, это наверняка была трагедия, и со стороны Дреда было низко швырять это ему в лицо.

— Мы реально за стеной, — уже в третий раз повторил Тэйвин.

— Чертовски вовремя. Я всю жизнь этого ждала. — Селин достала нож из чехла на бедре, готовясь к опасности.

Пайро шла справа от нее, накинув капюшон:

— Мы выходили последние несколько дней. Ни одного вампира не видели. Сомневаюсь, что и сегодня увидим. Это, скорее всего, просто очередное тренировочное упражнение.

— Да мне плевать, что это, мы за стеной. — Тэйвин прямо-таки сиял от восторга. Интересно, чувствовал ли он то же самое, что и я, когда мне впервые позволили войти в город. — Мне кажется, здесь даже пахнет по-другому. Как-то свежее.

— С чего бы тут пахло по-другому? — Селин раздраженно полоснула его взглядом. — Стена не задерживает запахи.

— Нет, тут правда все иначе. — Я улыбнулась под маской. — Это пахнет свобода.

Все трое рассмеялись.

— Я думала, ты ненавидишь то, что находится снаружи, — сказала Селин.

— Я никогда не говорила, что ненавижу. — Я постепенно привыкала к жизни внутри стен, но домом это место не ощущалось.

Тэйвин толкнул меня плечом в плечо и прошептал:

— Кстати, чем это так взбесился Вайпер? Вид у него был прямо-таки убийственный.

— Кое-чем из того, что Дред сказал о его прошлом. — Я не считала себя вправе вдаваться в подробности, хотя с моей стороны это могло быть глупо, учитывая, что я была его ученицей и с двумя предыдущими явно произошло что-то ужасное. Должна ли я вверять ему свою жизнь? Да и был ли у меня выбор?

— Ты не можешь просто так бросить нас висеть над пропастью! Что там с его прошлым? — прошептала Селин сквозь зубы.

Я посмотрела на спину Вандера. Из четырех наставников он был самым высоким и двигался с наибольшей грацией. Хотя он никак этого не показывал, а шли они в нескольких ярдах впереди нас, я бы поставила деньги на то, что он слышит наш разговор. У этого человека были невероятные чувства, и, судя по тому, что я видела во время наших странствий по лесу, он осознавал окружающую обстановку лучше, чем кто-либо из моих знакомых.

— Дред говорил слишком тихо, чтобы я разобрала детали. — Я сдернула маску, быстро указала на его спину и одними губами показала: Он нас слышит.

Тэйвин прочистил горло и постучал по рукояти серебряного кинжала на бедре:

— У тебя нет оружия для пояса? — Я была благодарна, что он сменил тему.

— Вайпер сказал, что я пока не готова ни к чему серьезному, кроме ножа. — Мой оружейный пояс был плачевно пуст. Хотя он был шириной в две ладони и имел множество слотов на тот случай, когда я буду готова. Одно захудалое оружие у меня все же имелось на крайний случай, поэтому я вытащила клинок из ремня на правом бедре. Это был простой тринадцатисантиметровый нож с черной рукоятью, заточенный до опасной остроты. Один его край был с зазубринами, а другой — гладким. — У меня есть веревка и крюк, — пожала я плечами.

— А это зачем? — спросил Тэйвин.

— Для лазания. На этой неделе мы много лазали по деревьям. Иногда прыгали или перепрыгивали с одного на другое. Вандер говорит, что это хороший способ избежать обнаружения. — Я указала на все блестящее железо, навешанное на Селин. — А ты, похоже, отлично закупилась. — У нее было два кинжала, топорик, покачивавшийся на бедре, и даже лук со стрелами за спиной в черном кожаном колчане. У Пайро и Тэйвина стрел не было, но на каждом бедре висело по кинжалу, да еще и по ножу. Из сапога Тэйвина тоже торчала рукоять клинка. Укол зависти дернул меня за сердце.

— Я уже давно тренируюсь убивать вампиров, — ответила Селин. — Но из нас четверых ты единственная, кто реально прикончил одного, так что не бери в голову.

Вандер глянул через плечо:

— Поторапливайтесь. — Я и не заметила, как они прибавили шаг и уже собирались войти в густой лес из необычных деревьев Эмберфолла со звездообразными листьями и почти черной корой.

Мое плечо задело руку Вандера. Теперь, когда мы оказались здесь, где бродили вампиры, я должна была следовать за ним как тень. Я научилась не задавать вопросов о том, куда мы идем или что делаем. Он сам скажет, когда захочет.

На всю нашу восьмерку пало благоговейное молчание. Даже если Тэйвин и Селин никогда не бывали за стеной, они знали, какие угрозы их ждут. Молча мы вступили под густой полог листьев, рассредоточившись друг от друга, но все еще держась в одну линию. Мы шли в абсолютной тишине, казалось, целую вечность.

Из наших прошлых вылазок я знала, что неподалеку есть деревня, и слышала, как Вандер упоминал Фэлкон о стае дикарей, которых нужно уничтожить. До этого момента я не придавала этому особого значения.

Мы охотились. Я взглянула на небо. Был уже поздний день. Половина дня прошла на тренировочной площадке. Вандер говорил, что самый быстрый способ найти вампира — идти на крики, но это ночью. Днем единственное, что мы могли делать, — это искать места, где они прячутся от солнца. Пещеры, старые лачуги, заброшенные дома или норы под выпирающими корнями деревьев, укрытые ковром из лесного мусора. Последнее пугало меня больше всего. Проходила ли я раньше мимо затаившегося вампира, так и не узнав об этом?

Вандер указал на Фэлкон и Скаута, выпрямил четыре пальца, прижав большой палец к ладони, и жестом указал вправо. Затем он сделал еще один быстрый знак Гоуст. Я все еще учила сигналы руками, но знала, что сжатый кулак с большим пальцем, направленным на себя, означает «со мной».

Фэлкон и Скаут вместе со своими учениками пустились трусцой вправо, растворяясь в чаще.

И тут в поле зрения показалась старая, развалившаяся лачуга. Дерево наполовину сгнило, а в темных рваных одеялах, закрывавших выбитые окна, было несколько дыр. Мое тело напряглось, когда я последовала за Вандером к ней. Скаут и Тэйвин обошли здание сзади, исчезнув из виду. Фэлкон запрыгнула на дерево, а Селин последовала прямо за ней. Мгновение спустя они уже сидели на ветвях несколькими ярусами выше, наставив наконечники стрел на лачугу.

Вандер поднял кулак, обхватив пальцы большим. Стой. Гоуст, Пайро и я не шевелились, едва дыша. Быстрый кивок влево — и Гоуст с Пайро двинулись к зарослям у основания разбитого окна. Гоуст выхватила из-за спины ужасающе изогнутый меч. Металл блеснул в свете, пробивавшемся сквозь кроны деревьев.