Щелкун кидается к краю щита. Лисса доворачивает его, прикрывая голень, а Оуэн встречает тварь коротким ударом. Остриё входит под повреждённую пластину. Парень прижимает древко к согнутому локтю, удерживает обеими руками; от толчка плечи подаются назад, но ноги остаются на месте. До Лиссы челюсти не достают. Когти ещё несколько мгновений царапают камень, потом тело тяжело оседает на дорожку.

Под грудиной вдруг теплеет. Короткая дрожь проходит по спине до затылка, и на один вдох становится легче держать плечи.

Я невольно выпрямляюсь. Ощущение быстро стихает, оставляя едва заметное тепло где-то внутри, а перед глазами проявляются строки:

Тактик: получен опыт класса (координация атаки).

Для повышения уровня недостаточно опыта.

А я ведь даже не ударил. Стою с чистым клинком, пока Оуэн удерживает на копье убитую тварь.

До меня пару секунд доходит очевидное: я предложил Делле выстрелить из-за щита. Система засчитала это. Ей не понадобилось, чтобы я ещё и проткнул панцирь твари.

Значит, вот как ощущается получение классового опыта. Совсем немного, до нового уровня ещё далеко, но начало есть.

А если убью следующую тварь сам, получу больше или меньше? За личный удар тоже должны что-то дать. По одному случаю не разобраться. Пока ясно одно: чтобы развиваться, мне необязательно лезть через товарищей за правом нанести последний удар.

Оуэн произносит тихое «есть» и опускает копьё. Затем наклоняется, собираясь рассмотреть место попадания.

— Оуэн! Выпрямитесь!

Парень отшатывается так резко, что едва не задевает Лиссу плечом. Наставник продолжает, глядя то на него, то на проём коровника:

— Господин Рид, вы собрались рискнуть собственным лицом, чтобы проверить, работают ли челюсти твари? Замечательный замысел! Пока тушу не проверили, перед вами противник, который перестал двигаться. Возможно, мёртвый. Но ставить на это пальцы или горло я бы не советовал. Копьё держите перед собой! К панцирю не тянитесь! У вас достаточно длинное древко, чтобы обойтись без такого тесного знакомства.

Оуэн краснеет и восстанавливает хват, пару раз неуклюже тычет копьем в мертвую тушку.

Альден быстро оглядывает переднюю пару, напоминает остальным следить за своими сторонами. Делла опускает жезл ровно настолько, чтобы не целиться Лиссе в спину. Пальцы у неё крепко обхватывают рукоять; кажется, только сейчас девушка успела понять, какой силы был выстрел.

Я тем временем поворачиваюсь назад. Тевен стоит вполоборота, держит шест поперёк тела. За ним видны ворота, мокрая перекладина, фигура караульного. Проход свободен, никто не подошёл поглазеть на нашу первую добычу. Справа трава скрывает канаву почти целиком. По верхушкам пробегает слабая волна — такая же, как недавно, когда ветер стряхнул воду с яблоневых ветвей.

Всматриваюсь в спутанные стебли. Вижу капли, тёмные просветы у самой земли, но разобрать, что под ними, не могу.

Тевен смотрит туда же; шест у него чуть смещается вправо. Уже собираюсь спросить, заметил ли он что-нибудь, когда Тевен опережает вопрос и кричит:

— Сзади! У канавы!

Ни черта это был не ветер!

Трава раздвигается у самой дорожки. На камень ложатся две когтистые лапы, следом выскальзывает плоская голова. Второй щелкун подобрался по канаве, и теперь от него до Тевена всего пара метров.

Парень разворачивается, выставляет вперёд окованный конец шеста. Размахнуться здесь негде: у одного плеча кирпичная стена, у другого — мокрые стебли, под которыми тварь только что прекрасно пряталась.

— Передним держать своё направление! — командует Альден, когда Оуэн начинает оборачиваться. — Лисса! Смотрите вперед! Делла, окна коровника и навес на тебе. Все разом назад не поворачиваемся!

Ренн подходит ближе, оставляя Тевену место для удара. Щелкун прижимается к камню, медленно расставляет передние лапы. Когти находят щели в кладке.

Сейчас прыгнет!

Шест нацелен ему в голову, зато сбоку он открыт, и мне кажется, что я вполне успею добраться до этого бока. Нужно только проскользнуть мимо Тевена, обойти тварь со стороны канавы и ударить под край панциря, как недавно сделал Оуэн. Там ведь есть место.

Первый шаг получается быстрым и на удивление точным. Я пробегаю мимо товарища, не задев его локоть, ставлю ногу на узкую полосу дёрна.

На втором шаге земля проседает, ботинок скользит по мокрой траве. Метка старательно сообщает, как заваливается стопа, где приходится напрячь мышцы и куда перенести вес, чтобы не свалиться в канаву. Я удерживаюсь, но вместо шага вперёд получается неуклюжее скольжение.

Щелкуну больше и не требуется: он доворачивает голову и бросается к моей ноге.

Челюсть щёлкает у голени. Кожу сапога распарывает, ногу обжигает так, что я невольно втягиваю воздух сквозь зубы. Тварь отпускает сразу, готовясь ударить снова.

Под голенищем становится тепло и мокро. Вот тебе и свободное место для обхода…

— На камень, Даллос! — резко бросает Ренн. Тевен смещает шест, прикрывая меня, и я наконец ставлю заднюю ногу на твёрдое. Отпрыгнуть не получается: щелкун уже подбирает лапы для нового броска. Бью коротко, почти без замаха. Лезвие соскальзывает с серой пластины, цепляется за приподнятый край и входит глубже, возле основания передней лапы.

Тварь дёргается к клинку, раскрывает челюсти. В тот же миг Тевен подаёт вперёд шест.

Окованный конец с глухим стуком попадает между головой и панцирем, прижимает существо к камням.

Я вытаскиваю оружие (кровь толчками льется из раны) и отступаю на дорожку. Лапы ещё скребут по кладке, когти цепляются за швы, но парень наваливается на шест обеими руками и подняться щелкуну не позволяет. Через несколько мгновений тот затихает.

Дышу хрипло, рассматриваю сапог. Прокусил, уродец…

Тевен выдыхает короткое «готов», а Альден сразу напоминает остальным, чтобы смотрели по сторонам.

Лисса по-прежнему обращена щитом к внутреннему дворику с корытом.

Оуэн окончательно освобождает копьё из туши первой твари и возвращает остриё вперёд. Делла лишь на миг косится на меня, затем опять переводит взгляд на тёмные проёмы коровника. Ренн уже рядом. Чуть дальше стоит наш серебряный, убравший ладонь с рукояти. Подвиг закончился раньше, чем взрослым пришлось вмешиваться.

Под грудиной слабо теплеет. Знакомое ощущение, только на этот раз едва успеваю его уловить. Система подтверждает, что мне не показалось:

Тактик: получен опыт класса (участие в бою).

Для повышения уровня недостаточно опыта.

После первого щелкуна непривычной энергии прибавилось заметно больше. По ощущениям, конечно: точного количества мне никто не показывает, но разница явно есть. Значит, за предложение, благодаря которому Делла спокойно выстрелила из-за щита, я получил больше, чем сейчас за удар клинком.

Вот и проверил разницу… По двум тварям рано судить обо всём развитии класса, конечно, однако желания немедленно продолжить сравнение на переводой у меня поубавилось.

Ренн смотрит на неподвижного щелкуна, затем на мой сапог. По разрезу выступает тёмная полоска, дождь смывает её вниз. Наставник просит перенести вес на повреждённую ногу. Получается, хотя голень неприятно пульсирует. Наверное, задело только кожу, но проверять, насколько я разбираюсь в ранах, сейчас не время.

— Ранены, Даллос? На твёрдую дорожку и к целителю у ворот. Насколько это серьёзно, выясните там. Вернетесь только с его разрешения.

Ни раздражения, ни желания немедленно отчитать меня. Ренн следит, как я опираюсь на ногу, Альден коротко смотрит на наставника и продолжает командовать: велит Тевену проводить меня, дождаться осмотра и вернуться вместе (или отдельно, если мне скажут сидеть там). Тыл на это время берёт на себя, остальные остаются на своих местах.

Ренн одобряет распоряжение и напоминает, чтобы мы сообщили у ворот, из какой мы группы.