Сосредоточься, Нова. Сосредоточься!

Альтаир поднял руки, согнув палец к себе, приглашая меня сделать ход.

И тут меня осенила идея.

Альтаир, как всегда, хвастался. Играл. Я была всем, против чего он боролся. Всем, что он ненавидел. Из всех побед эта будет той, которой он больше всего захочет насладиться. Поэтому он затянет бой, превратит его в шоу. Я была, как и все остальные в глазах чистых, посмешищем.

Его недооценка моих способностей была моим главным преимуществом в тот момент. Альтаир ожидал, что я пойду в атаку. Он хотел, чтобы я приняла поспешное решение и выглядела глупой, никчемной ахатой.

В моей голове быстро сформировался план. Это будет больно — о, как больно — но у меня не было другого выбора. Я, очевидно, знала, что не смогу победить. Однако могу показать ему, что я больше, чем он мог себе представить.

Поэтому сделала то, чего он ожидал. Я побежала на него на полной скорости, замахнувшись своей более слабой ногой в сторону его лица и готовясь к боли. Альтаир ждал меня. Он отступил в сторону, подняв руку как раз вовремя, чтобы схватить мою лодыжку, которая едва дотянулась до его плеча. Если удар моей ноги и задел его ладонь, он этого не показал, используя инерцию, чтобы повернуть запястье и прижать мою ногу к своим ребрам. Мне дали полсекунды, прежде чем его свободный локоть опустился и ударил меня в колено.

Я могла только кричать, боль была ожидаемой, но все равно вызывала тошноту. Это определенно травма.

Еще один крик агонии вырвался из моего горла, прорвавшись сквозь стиснутые зубы, когда он потянул меня за ногу, переместив хватку на бедро.

— О, Тершетта, ты такая…

Я не дала ему ни секунды, прежде чем ударила его кулаком по носу. Удивление и боль на мгновение оглушили его, дав мне достаточно времени, чтобы выскользнуть из его хватки и изо всех сил попытаться отпрыгнуть.

Пронизывающая боль пронзила мое тело, но улыбка все же скользнула по моему лицу, когда Альтаир поднял взгляд и показал реку крови, хлынувшую из его носа, словно бурный поток.

К сожалению, я знала, чем это кончится. Веселье закончилось, представление тоже, он бросился на меня, обхватил моё горло ладонью и поднял. Мои пальцы инстинктивно взметнулись вверх, впиваясь в его кожу в надежде сделать хотя бы один вдох. Я задыхалась, глаза казались готовыми взорваться. Альтаир приблизил мое лицо к своему, сверкнув окровавленными зубами и прошипев:

— Ты действительно думала, что сможешь победить меня, ахата? Ты вообще понимаешь, как нелепо ты выглядишь?

Без предупреждения Альтаир бросил меня на землю, моя спина сильно ударилась о мат. Отчаянно задыхаясь, я перевернулась на живот. Он закончит бой, но не раньше, чем закончу своё собственное представление.

— Я никогда не планировала победить, Змей, — прохрипела я, слова вырывались из меня. — Я просто хотела доказать, что даже лёгкое дыхание может заставить тебя истекать кровью.

— Раунд не закончится, пока кто-нибудь не потеряет сознание! — закричала капитан Зейд, и толпа вскоре начала скандировать имя Альтаира. Но он не выглядел довольным; скорее, шокированным. Когда он шагнул ко мне, выражение недоумения всё ещё искажало его бледное лицо, я ещё раз триумфально улыбнулась.

И тут его нога врезалась мне в голову.

Я провела два дня в лазарете.

Хотя была готова к тому, что он ударит меня по ноге, я не была готова к полному перелому или удару по лицу. Оба удара сильно меня подкосили. На самом деле, даже опытные медики с трудом справлялись с заживлением перелома. Ночь, полная криков и неукротимой рвоты, прошла, и кость снова стала целой. После еще одного дня внутреннего нытья и множества чтения капитан Вальнталь быстро выгнала меня из своего крыла академии и велела больше ее не беспокоить.

Какой-то медик.

Конечность все еще болела, но я отставала от остальных на несколько дней и, вероятно, была посмешищем нашего учебного курса. Усугублять ситуацию хромотой я не собиралась. У меня была хоть какая-то гордость.

Из дверей столовой доносился шум, завтрак был в самом разгаре. На мгновение взяв себя в руки, я попыталась собрать всю свою храбрость. В конце концов, я была единственным стажером, которому удалось так хорошо ударить Альтаира. В идеале это заслужило бы хоть какое-то уважение.

Распахнув двойные двери, я с нетерпением ждала любой реакции.

Тишина поглотила всё вокруг, на меня обратилось около сотни взглядов. Мне хотелось убежать и спрятаться, сделать всё, что угодно, лишь бы меня не заметили, но это не помогло бы. Поэтому я подняла подбородок и направилась к большой стойке. Хотя было известно, что большинство семей шайтанов — особенно основные — используют слуг-эади, всё равно было неожиданностью, когда я впервые поняла, что именно эади готовят и подают нам еду. Сегодня это была пожилая женщина с белыми волосами и морщинистой кожей, её глаза были почти чёрными. На ней не было бейджика, и она не говорила ни слова, как бы я ни старалась её заставить. Несмотря на это, я всё же улыбнулась ей, когда она протянула мне поднос с большим пирожным, яблоком и стаканом сока.

— Доброе утро, — сказала я. Она слегка улыбнулась, но больше ничего не сказала, прежде чем исчезнуть на кухне. Вздохнув, я наконец повернулась и посмотрела на остальных. Они продолжали смотреть, никто не говорил. За центральным столом сидели пятеро из основных семей, отвернувшись от меня, словно я была наименее интересным существом в комнате. Даже Альтаир не взглянул в мою сторону.

Ну, может быть, всё-таки всё будет хорошо.

— Если это не Супернова, то наконец-то исцелена, — съёжившись, я обернулась и увидела, как ко мне идёт Зейд с пирожным в руке и широко раскинутыми руками. На его лице была та же улыбка, что и обычно, словно жизнь была простой и прекрасной.

— Привет, — сказала я, направляясь к ближайшему столу. Зейд, как и я, взял один из чёрных стульев и сел, словно участвуя в гонке за призом, от которого невозможно отказаться. На самом деле, он просто получит мою обаятельную личность и запоминающееся присутствие — так что ничего хорошего.

— Ты пропустила вчерашний день. Мы все познакомились с полковниками наших подразделений, — хвастался он, запихивая пирожное целиком в рот. Я поморщилась, желая, чтобы он хотя бы жевал с закрытым ртом.

— Уверена, тебе было очень весело познакомиться с отцом, — парировала я, делая вид, что еда интереснее, чем мысль о встрече с полковниками, возглавляющими Алхимический отдел. Полковник Дофрель и полковник Фолроп были не самым захватывающим моментом. Меня интриговали знания, которые я могла бы от них получить. Чему могла бы у них научиться? Возможно ли, что они знают ответы на вопросы о моем эликсире? Если да, то как, ради бога, я могла бы выведать у них эту информацию?

— На самом деле, он назвал меня позором за то, что я с тобой разговаривал, и пригрозил отречься от меня. Оказывается, моя мать уделяла мне больше внимания, чем я надеялся, — мои глаза метнулись к его глазам, недоумение вытеснило панику, когда я увидела, насколько он совершенно невозмутим. Откинувшись назад, он по очереди засунул в рот каждый палец, ничуть не смущаясь.

— Почему ты сидишь здесь, Зейд?

— Как бы мне хотелось, чтобы ты называла меня Тэлон, — он наклонился вперед, и сквозь одно из больших окон на его смуглую кожу пробивался солнечный свет. Возможно, это была его непоколебимая способность игнорировать ужасные вещи, но я чувствовала, как наследник Зейд продолжает проникать мне под кожу. Я боялась, что произойдет, если он заберется туда, закрепившись в моем узком кругу. В отличие от моей семьи, Зейд не был мне обязан. На самом деле, его воспитали так, чтобы он меня ненавидел. Такие люди опасны.

— Как бы мне хотелось, чтобы ты ответил на вопрос, — парировала я, закатывая глаза. Его улыбка стала шире, и это зрелище напомнило мне акулу, нашедшую себе следующую жертву. — Я серьёзно. Какова твоя цель? Ты явно рискуешь потерять многое. Так чего же ты от меня хочешь?