— Извините, профессор, — быстро проговорила она и опустилась, чтобы собрать звенья.

— Будьте сосредоточеннее, дитя, — ответил архимаг, закатывая глаза, и продолжил лекцию. Рыжая убрала звенья в свой миниатюрный рюкзак и достала оттуда блокнот, быстро что-то накалякала и бросила листок к ногам Дена.

Парень, очень тихо, стараясь больше не привлекать внимания, поднял записку:«Извиняться пришёл?» Ден ничего не ответил, но послание убрал в карман. Кинув ещё один взгляд на сестру Лили, принялся внимательно слушать архимага.

Когда лекция закончилась, Ден привстал со своего места и тихо шепнул прямо в самое ухо Лили:— Встретимся сегодня на границе.

Рыжая ничего не ответила, только робкая улыбка коснулась краешка её губ, зато оглянулась сестра. Она долго всматривалась в пустоту, сдвинув чёрные, идеально очерченные брови.

Ден наклонился, и их лица встретились.

— Слышала? — Спросила она, губы девушки были так близко, что парень чувствовал её напряжённое дыхание.

Карие глаза Дена скользнули по линии её губ.

Лиля покачала головой и взяла сестру за руку. — Не — а.

Рыжие кудряшки взметнулись львиной гривой и девушки вышли из аудитории.

В коридоре Ден наткнулся на Иду. Несмотря на то, что он находился в пузыре, парень всё равно развернулся и пошёл прочь. Ида сравнялась с ним и сказала: — Ты делаешь мне назло, глупый мальчишка!

Ден не делал назло. Ему отчаянно хотелось быть как все эти подростки — быть просто сыном своей матери, а не ошибкой, которую Ида должна исправить.

Ветер подхватывал и рвал сухие лёгкие снежинки. Лицо Лили стало ещё бледнее, а кончик носа покраснел от холода. Она вплотную прижалась к Дену и обняла его.

— Я тут кое-что услышала. — Голос Лили был глухим, оттого что девушка зарылась в плюшевую толстовку парня.

— И что же?

Рыжая быстро подняла голову, будто только и ждала, когда Ден спросит. — У тебя есть секретик.

Ден пожал плечами: — Может быть.

— Ты владеешь стихиями больше, чем остальные. — Огромные глаза девушки выразительно смотрели на Дена, ожидая рассказа, но он отстранился. Девушка в два шага оказалась перед ним и картинно сложила ладони в мольбе. — Ну, расскаааажиии… — протянула она, точно ребёнок, который выпрашивает у матери очередную конфету.

— Владею, — коротко ответил Ден.

— Поэтому прячешься?

— Нет.

— Почему ты такой скрытный? Мы же друзья.

Отчего-то статус, к которому он так отчаянно стремился, больно кольнул душу. Ден снова отвернулся и пошёл прочь, но Лиля быстро догнала его. Обняла; женская ладонь скользнула по спине.

— Я никому не скажу, обещаю.

Ден дёрнулся и отпрянул. — И ты туда же! Я вам не объект для изучения!

Ден ускорил шаг, срываясь на бег.

— Да подожди ты!

Но Ден не ждал, ругая себя за то, что позволил себе нуждаться в ком-то.

На лестнице показалась девичья фигура; Ден мгновенно воздвиг вокруг себя магический купол и остановился у замка. Рядом остановилась и Лиля.

— Привет, Лизаветка. — Пытаясь отдышаться, сказала она сестре.

Лизавета. Какое красивое имя , — подумал Ден.

Елизавета посмотрела вдаль, но никого не обнаружив, скрестила руки на груди. — С тобой ещё кто-то был, да?

— Я была одна, папочка, — с усмешкой ответила Лиля.

Ден поднял голову и заметил очередное наблюдение. — Уходите. Сейчас же.

Елизавета вздрогнула от неожиданности, но спустилась ниже. Лиля схватила сестру за руку и хотела увести, но та упрямо вросла в каменные лестницы.

— Кто это был? — не унималась Елизавета.

— Замок накрывает снежный шторм, дорогие. Рекомендую подняться к себе в комнату. — Раздался мелодичный голос директрисы. Она медленно открыла массивную дверь замка и приглашающе кивнула девочкам.

Лиля сжала руку сестры ещё крепче, и они, наконец, удалились. Аделаида окинула взглядом пространство, но лишь кивнула, закрывая за собой дверь.

Ложь сына не станет помехой, а подсказкой — по ней можно разглядеть, где у кого слабые места.

Глава 10 Рождественский бал

Застоялая вода покрылась тонким ледяным покровом, рисуя причудливые узоры на водной глади. Мелкие снежинки таяли в чуть морозном воздухе, не успев коснуться земли — умирали. Сидя на старом пне, Ден всматривался вглубь раскидистых деревьев.

В тишине раздался хруст ветки, затем мелькнула рыжая грива. Лиля медленно вышла из темноты, в руках она держала толстый том в темно — бордовой обложке.

— Опять ты. — Подал голос Ден.

— Угу. — Лиля плюхнулась прямо на колени к Дену, — холодно,— пояснила она, и прижала книгу по — крепче.

Ден хмыкнул, и произнёс что — то нечленораздельное, но прогонять девчонку не стал.

На фигурном литье застёжки блеснула металлическая морда медведя. Ден сразу узнал древний фолиант, знакомый с детства.

— Тебе надо вернуть книгу.

— Когда мы откроем её, тогда и верну. — Девичьи пальцы с любопытством погладили скобы.

Парень заглянул в огромные глаза девчонки: там не было страха, только упрямое непонимание угрозы. — Тебе надо сейчас же вернуть книгу на место.

— Помоги открыть её. — Не унималась Лиля.

На мгновение их взгляды встретились: глаза девчонки пылали лисьей хитрецой, щёки зарумянились, изящные пальчики коснулись волос Дена, и Лиля поцеловала его.

— Пожалуйста, — выдохнула она прямо в губы парня.

Для неё опасность была чем — то далёким, будто становилась неважной, сжигаемой глупым любопытством.

Ден грубо разорвал поцелуй, оттолкнул хрупкое тело, заставляя Лилю подняться на ноги.

— Верни книгу на место, глупое ты создание, и не ходи за мной больше!

Не успев сделать и пары шагов, как Ден расслышал глухой короткий всплеск, он оглянулся и увидел, как толстый том неумолимо поглощает водная гладь.

Лиля беззаботно скрестила руки на груди, и, не шелохнувшись, смотрела в упор на Дена. Он стиснул кулаки.

Да, что с тобой! — Хлёсткий выкрик еле сдержал Ден, и направил всю свою злость на утопающий фолиант.

Илистая вода в болоте завибрировала, вокруг книги пошли круги, послышался треск тонкого льда; толстый том взметнулся в воздухе, поблёскивая металлической застёжкой. Фолиант застыл всего на несколько секунд, Ден закинул на него невидимое лассо, притянул, и том тяжёло рухнул прямо к ногам Лили.

Девчонка схватила книгу, и быстро нагнала Дена.

— Как ты связан с этой книгой? — Лиля схватила парня за край толстовки, заставляя посмотреть на неё.

Ден упорно молчал, сжав челюсти так, что заныли зубы.

— Сама открою! — Девушка двинулась прочь, махнув на него рукой, будто он редкостный зануда, который боится своей же тени.

— Стой! — Рявкнул Ден.

Лиля обернулась, с удивлённым лицом, как у ребёнка, которого сначала отругали, потом поманили конфеткой.

— Если я расскажу, обещай, что твоя сестра ничего не узнает.

Брови девушки поползли вниз: — Елизавета здесь причём?

Ден с досадой выдохнул, и вспомнил, как его пальцы, будто по какому — то молчаливому приказу отчаянно пытались коснуться волос, цвета вороново крыла.

— Причём. — Слово застряло в воздухе.

Горечь увязла в горле девушки, всё, что ей удалось — это кивнуть, пряча горячие слёзы. Тело отчего — то стало ватным, но она заставила себя сделать шаг, и пойти прочь.

Смахивая жгучие слёзы, Лиля остановилась, пряча фолиант под объёмную толстовку. Как же ей хотелось разобраться в себе: кто же она? Хамелеон, который отчаянно хотел стать гиеной, или гиена, усердно прятавшая огонь внутри себя?

А Ден? Поцеловала его первая в который раз. Дура!

Стыдно.

Больно.

Позорно.

Совестно.

Девушка не заметила, как оказалась в коридоре, освещаемым тусклым светом свечей.

— Дитя. — Послышался мелодичный голос за спиной, проникая не приятным холодком под самую кожу.

Лиля медленно развернулась, до боли сжимая книгу под толстовкой.