Благо ещё деньги хоть на эту карту зачисляются регулярно и такими суммами, что о дороговизне поездки именно на такси и заморачиваться не стоит. Я мог бы и целиком автобус снять, но смысл? Светлану пришлось ждать минут пять-шесть, мне как раз удалось коротенько позвонить домой, ещё раз сообщив родителям, что со мной всё в порядке, и пообещав более обстоятельно рассказать всё вечером. Афродита выпорхнула из своей комнаты ровно в ту секунду, как старик Церберидзе доложил мне, что заказанная машина ждёт напротив главного входа.

На этот раз девушка была одета в тонкий полупрозрачный сарафан, чуть выше колен, с открытыми плечами, но умеренным декольте. Волосы собраны в простой хвост, косметики минимум, а сексуальности и обаяния на три ядерные бомбы. Если вы понимаете, о чём я…

– In amore forma plus valet quam auctoritas! – процитировала она мне, прежде чем я успел открыть рот для дежурного комплимента. – В любви красота важнее репутации, не так ли?

– В вашем случае и то и другое равноценно, – как мне казалось, очень удачно выкрутился я, но Гребнева на миг нахмурилась:

– Мне всегда хотелось быть именно красивой, а не задумываться о том, что говорят о моём поведении. Бабушек у подъезда никто не переубедит. Вы бы знали, сколько раз на дню меня называли проституткой!

– Надеюсь, они все горят в аду?

– Не проверяла, но Феоктист и Мила всегда готовы помочь с банальным избавлением от трупов, – Светлана улыбнулась мне столь обезоруживающе и безмятежно, что я уже и не обращал внимания на сам подтекст. А ведь стоило бы…

Когда уже подъехало такси, я спросил, куда конкретно мы едем. Моя спутница доходчиво объяснила, что с конкретной целью – куда надо – едут только мужчины, а женщины идут гулять, попутно заглядывая во все магазинчики, которые вдруг вызвали их интерес. Что именно она собирается купить, ей на данный момент неизвестно. Но как только она это увидит, то сразу же мне скажет. Какие ещё вопросы? У меня не было, у пожилого таксиста тоже. Нас отвезли на «гулятельную» набережную, где мы первое время просто фланировали, наслаждаясь чудесной погодой и освежающим ветерком с моря. Народу было довольно много, хотя, как предупреждал тот же водитель, к вечеру будет втрое больше. Естественно, в жару севастопольцы сидят дома под кондиционерами…

Мы выпили кофе в маленьком уютном заведении почти напротив памятника затопленным кораблям. Рассчитывался я, и, надо признать, современные правила феминизма, когда «каждый платит сам за себя», наша сотрудница не принимала категорически.

С её точки зрения, если рядом с красивой женщиной идёт мужчина, то он ДОЛЖЕН иметь на кармане достаточную сумму для поддержания подобной красоты рядом. Тем более если речь о такой роскошной девушке. Короче, у неё с собой даже кошелька не было, не говоря уж о банковской карте и так далее.

А потом впереди показались маленькие бутики, и вроде бы мы направились в их сторону, но тут ей на глаза попался фирменный магазин вин «Золотая балка». Светлана захотела посмотреть ассортимент вин, вот тут-то всё и началось. Да, собственно, как говорила моя мама, всё не самое хорошее по жизни как раз таки и начинается с посещения винных магазинов.

– Нам непременно нужно взять вот это: два сухих, одно полусладкое, но самое дорогое – для шефа – и можно ещё три полусухих, под настроение.

– Итого семь бутылок.

– Восемь! Нет, девять, всегда лучше взять про запас. На «Золотую балку» в своё время заманили французских виноделов, и они оправдали свою зарплату. Александр, всё это надо немедленно брать!

– Если мы возвращаемся в музей, то да, – задумался я, поскрёбывая подбородок. – Но если вы планируете ещё куда-то зайти, то тащить с собой девять бутылок шампанского на жаре – это не лучшая идея…

– Вы сильный, я в вас верю!

– А если оно тупо рванёт?

– Нет проблем, рыба моя, у нас есть холодильник, – неожиданно прервал хрипловатый голос сзади.

Я обернулся. Гребнева даже не повернула головы: не в её правилах реагировать на каждый сомнительный комплимент. Позади нас стояли четверо классических байкеров, в чёрных безрукавках, банданах с черепушками и скрипучих кожаных штанах. На плечах – странный шеврон в виде многоголовой гидры, пальцы в массивных стальных перстнях.

Причём все парни пьянючие в ту же севастопольскую гавань. Но тот, что начал разговор, выплюнул короткую зубочистку прямо на пол и продолжил:

– Так чо, цыпа, набирай тележку и едем с нами. Этот дрыщ тебе не по классу.

– Александр, вы лично убьёте всех четверых или этим должна заниматься хрупкая, нежная женщина вроде меня?

Я ещё даже не успел ответить, а побледневшая продавщица уже лихорадочно искала сотовый в дамской сумочке. Да, да, срочно вызывайте полицию, пока наша милая Афродита не разгромила вам весь магазин. Как говорили старики латиняне, Аut vincere, aut mori![35]

– Чо зависла, чика? Мы от самого Хирурга, база есть, бабло есть, падай на хвост, и сруливаем!

– Мужики, посмотрите на себя. Вы уже хорошие, – попытался вмешаться я. – Какой Хирург? Если только Золдостанов узнает, что вы прикрываетесь его именем, он вас без наркоза прооперирует на предмет принудительной кастрации.

Байкеры неуверенно переглянулись, но, видимо, количество выпитого на корню топило любую, даже самую банальную логику.

– Ты на кого, козёл, наехал? На Хирурга? На друга нашего, гаранта? Ты охр… х… что ли?!

Вот прямо сейчас доказывать четверым упитым идиотам, что я говорил нечто прямо противоположное, было бессмысленно. Неожиданно для самого себя, я отступил и поклонился, делая рукой приглашающий жест:

– Светлана, они ваши!

Она благодарно кивнула, и далее мне уже не было нужды во что-либо вмешиваться. Иногда и женщинам нужно отводить душу. Разве что, пока шла драка (скорее, некий аналог библейского избиения младенцев), я подмигнул продавщице:

– Не нужно прямо сейчас вызывать полицию, всё будет хорошо. – А через пару минут вынужденно добавил: – А вот скорую, видимо, всё-таки надо… И да, сколько с нас за девять бутылок?

Общий разгром заведения не хотелось уточнять даже в примерных суммах. Возможно, им бы стоило просто поменять по страховке весь дизайн. Я не уверен, но оказывается, наша специалистка по росписи греческих ваз также отлично умеет расписывать какие угодно морды под Гжель в синем цвете, под Хохлому в красно-чёрном, под Китай эпохи Минь в четыре цвета на выбор! Она у нас та ещё игривая затейница…

Хвала всем богам, что такси пришло за нами на полторы минуты раньше, чем полицейский «бобик». Разомлевшая, но даже не вспотевшая от приключений Гребнева на заднем сиденье обнимала коробку с девятью бутылками шампанского от «Золотой балки».

Наш поход по магазинам закончился очень быстро, но возвращались мы с добычей и, более того, с победой! Чего же ещё большего и желать-то, а?

Так вот чего именно – мне подсказал молодой таксист, глядя в зеркала заднего вида:

– А чо там байкеры за нами пристроились?

Три громких выстрела из дробовиков по машине открыли ему глаза. На заднем стекле трещина, одно из боковых зеркал разбито вдребезги…

– Чо за беспредел, бл?.. Я щас с монтировкой выйду!

– Светлана?

– Ой, всё! Дайте уже мне ваш сотовый.

Не знаю, кого она набрала и что кому сказала. Визг шин на резких поворотах стабильно глушил звук, но через минуту яркое солнце фактически развернулось на небе в противоположную сторону, выдав такой световой удар по преследователям, что они все дружно вылетели со склона в овраг. По-моему, парни просто ослепли на месте, но как такое вообще могло произойти, даже не спрашивайте…

Молодой таксист, попеременно матерившийся и молившийся всю дорогу, затормозил напротив нашего музея. Выдохнул, оценив ущерб, категорически – до обиды и слёз – отказался брать с нас плату за проезд, но как только мы вышли, рванул с места так, словно за ним гнались все демоны крымского ада. Я его не осуждаю, скорее даже понимаю чисто по-человечески. Всё-таки здесь временами происходят несколько странные вещи.