— Госпожа Андерсон, спускайтесь. – назойливый Руслан отталкивает пьяного подростка, который вознамерился прикоснуться ко мне. — Алиса, вам пора прекратить это, ваш муж будет недоволен. Сейчас же.

— От-ва-ли! – кричу по слогам, чувствуя женские губы, скользящие по голому плечу и дергаюсь. Поворачиваю голову, встречая дьявольский взгляд Элизабет, которая, прежде бросив взгляд на мужа, подалась вперёд и столкнулась с моими губами.

Странное чувство овладевает телом. Будто есть отторжение, а будто мне и нравится. Её губы мягче, чем у Алекса; они не причиняют боль, не вспарывают душу, просто скользят по рту, не пытаясь даже нырнуть глубже. Черт, это возбуждающе, но точно недостаточно, для более сильных эмоций. Чего не скажешь об остальных. Толпа заулюлюкала, пока мы, танцуя, не отрывались друг от друга. А потом нас разнимают.

Точнее.

Руслан резко дёргает меня за руку, от чего я, потеряв равновесие, падаю прямо в его руки, цепляясь за все, что попало. Назойливая нянька немедленно ставит жену своего хозяина на пол, практически не прикасаясь к моему телу. Его внезапная нервозность вызывает волну истерики. Такой взрослый мужчина, в два раза больше меня, сейчас старался отгородиться от моего тела, будто оно заразно и каждое прикосновение равносильно уколу ядовитого шипа.

— Я думаю, мне нужна уборная. – Элизабет помогают спуститься вниз и она срочно бежит в туалет.

— Проследи за Женей, пожалуйста, я буду в порядке. – прошу Руслана, но по его непоколебимому выражению лица понимаю, что он скорее снесёт голову моей сестре, чем оставит меня. Упрямый индюк!

Бросаюсь вслед за Элизабет, проталкиваясь сквозь стольких людей, едва не сбивая их с ног. Мне приходится извиняться перед каждым, слыша проклятия в свой адрес, но плевать. Бегу за новой подружкой, которая уже успела спрятаться в одной из кабинок туалета, где стояла длинная очередь. Спрашиваю у девушек куда подевалась Элизабет, и, получив вразумительный ответ только от одной, стучусь в дверь кабинки. Она открывается практически сразу.

— У меня получилось! – выкрикнула я, как только Алекс подхватил моё летящее на землю тело, — По-лу-чи-лось! – продолжила с истерическим смехом, обвивая могучую шею своего мужа руками, прижимаясь ближе к нему, пока он нес меня. — Да я сегодня в ударе! Удача впервые отвернулась от вас, господин Андерсон! – мы входим в лифт; следом плетется Грейсон, который бережно держал Женю под локоть, помогая ей проделывать этот длинный путь, — Просто нонсенс какой-то! Я гнала под максимальную скорость! – воспоминания заставляют вновь засиять моё лицо от радости, — Боже, кажется, я даже обгоняла сам ветер! – начинаю вслух хвастаться своими победами, игнорируя, что все мои слушатели были одновременно и свидетелями моего триумфа, — Сколько же штрафов написалось бы, ух ты! – продолжаю самозабвенно, мотая ногами в воздухе, — Да я просто шумахер! Найдите кого-то круче меня, я подожду. – Грейсон хмыкнул, даже не смотря в мою сторону, что было весьма оскорбительным, — Грейсон! Ты не смеешь смеяться надо мной! Тебе же самому понравилось! И Жене тоже понравилось бы, не будь она в таком состоянии!

— О да, дорогая невестка, нам всем понравилось дважды чуть не попасть в аварию и нестись по дороге с твоими отстойными песнями!

— Что ты сказал?! – вспыхиваю моментально, подскакивая на руках у своего мужа, — Да что ты понимаешь в истинной музыке! Это называется к-поп, в переводе для старых или тех кто не в курсе, корейский поп! Да только под эти песни можно и гнать по городу, не смотря на время и... Вообще ни на что!

— Правильно, под них можно только гонять, ничего большего в них нет.

— Да в них смысла больше, чем в твоей жизни! – перехожу на визг, дергаясь в крепких объятиях, готовая драться с самим великим Андерсоном за честь своего музыкального вкуса, — Опусти меня, Алекс, я его слащавое личико сейчас по этой белоснежной стене лифта размажу! Ну-ка, отпусти, я ему сейчас покажу "под них можно только гонять, ничего большего в них нет"! – перекривляю его фразу, бесполезно пытаясь выбраться из рук Алекса, — Сам то что слушаешь? Шансон?!

— Фанк. – невозмутимо отвечает Грейсон и выходит из лифта, когда двери открываются, — Невестка, тебе очень повезло быть женой моего брата, ибо такие угрозы я, обычно, не спускаю. Тебе, так уж и быть, позволительно слегка дурачиться, особенно когда ты в таком состоянии. Не то, чтобы меня это раздражает, напротив, повышает настроение, но не злоупотребляй этим. Все, пока баиньки. – он открывает дверь моей комнаты и втаскивает туда, молчавшую Женю, которая только потирала виски и периодически хмурилась, — Разрешаю кричать в постели моего брата.

— Какой ты ублюдок, Грейсон! – кричу ему в след, позволяя Алексу отнести меня в его комнату, — Убирайся из постели моей сестры, Андерсон младший, иначе я тебя на харакири пущу! Футболистская сволочь! – мне бы Оскар, за умение придумывать новые слова. Хорошо, что русский такой лавирующий язык, как бы не спрягались слова, все равно все понятно.

Алекс ставит меня на ноги, лишь когда дверь за нами прикрылась, а мои возмущения касательно распущенности Грейсона закончились. Слегка шатаюсь на каблуках и резко даю ход назад, вовремя схватившись за шкаф, стоящий у стены. Мой муж прищурился, но я ему ободряюще улыбнулась, так и говоря, что все под моим контролем, не стоит волноваться. Однако, я осознала, что волноваться как раз таки стоит, когда он скрылся за дверью в ванную, а у меня перед глазами поплыла картинка. С трудом, обещая дать моей выдержке утром медаль, наклоняюсь и освобождаю ноги от плена дурацких каблуков. Стон освобождения срывается с губ как раз в момент очередного появления моего мужа из ванной. Он не был голым, лишь рукава его рубашки были закатаны и это, почему-то, разочаровало меня. Я была бы счастливее, если бы у меня была возможность лицезреть его идеальное тело без верхней одежды.

Замираю на месте; Алекс большими шагами сокращает расстояние между нами, вновь подхватывает меня и заносит в ванную. Неужели у нас будет совместный душ? Нет, я на это не подписывалась. Трахаться, спать в одной постели, ублажать друг друга это одно; но вот вместе купаться это совершенно другое дело!

— Я не уверена, что готова к ещё одному новому опыту с тобой. – произношу шепотом, никак не препятствуя снятию пиджака с моих плеч, под звуки воды; мой муж молчит, продолжает медленную распаковку моего тела, — Не смотря на то, что я довезла нас в целости и сохранности, душ с тобой слегка посложнее. Совсем слегка. – большие ладони скользят по бедрам, задирают платье и швыряют его на пол, оставляя меня только в трусиках. Вскоре и они отправляются к платью, — Ну вот опять. Ты меня совсем не слушаешь! Знаешь, чтобы сохранить отношения, многие пары прислушиваются друг к другу и только потом что-либо предпринимают. У нас, кажется, слегка все сложно с переговорами. И вообще, почему... Ауч, холодная! – выкрикиваю, всячески стараясь избежать соприкосновения холодных капель воды с горячей кожей. Алекс силой удерживает меня на месте, даже не потрудившись переключить градус воды, — Знаешь, я п-передумала. Давай вместе. П-пожалуйста. Она слишком холодная, Алекс. – продолжаю с мольбой, вцепившись пальцами в его идеальную рубашку, превращая её в мокрое месиво. — Иди ко мне. – смотрю прямо в глаза, произнося эти слова, — Ну же, пожалуйста, Алекс. Н-нельзя заставлять страдать жену в одиночестве. Д-давай разделим эту участь.

Мягко высвобождаюсь и начинаю расстегивать его рубашку скрюченными от холода пальцами, слегка сбиваясь из-за дрожи в конечностях. Мой муж стягивает с себя штаны, следом и боксеры, после чего встаёт под душ вместе со мной. Весь холодный напор воды начинает бить по его спине, не задевая меня, чему я несказанно рада. Прячусь за его могучим телом, скромно улыбаясь прищуренному взгляду. Если он думал, что я не воспользуюсь это ситуацией, то ошибся на все сто процентов, даже на двести.