Глава 1

Я сидела на постели и читала любовный роман. Красавец аристократ, умевший превращаться в дракона, с нежностью смотрел на миленькую оборотницу со второй ипостасью лисицы. Они только что поклялись друг другу в любви, боги благословили их союз. Теперь, по замыслу автора, следовала первая брачная ночь. И затем — эпилог. С детками, угу. Целых три, а то и пять, наследников. Причём, судя по намекам, детишки должны были родиться уже к следующей главе, потому что драконы, видимо, не знают слова «декрет», а лисицы — «токсикоз». Я даже как-то позавидовала: у них там, в книжке, всё по щелчку пальцев — и любовь, и магия, и дети-погодки, а у меня даже фикус на подоконнике и тот засох, потому что я забыла его полить ещё в прошлый вторник.

Я расстроенно хлюпнула носом, дочитав последнюю строчку. Ну вот, очередная книга подошла к концу. И что теперь читать, спрашивается? Опять придется идти в книжный, выбирать что-нибудь интересное среди любовных романов… А там, как назло, все обложки одинаковые: либо мускулистый торс в тумане, либо девица в платье с глубоким декольте, которая почему-то всегда стоит на фоне грозового неба. И ни одной книги про то, как обычная женщина тридцати с хвостиком героически пытается не уснуть на работе после обеда.

Нет, я, конечно, могла купить себе читалку, ну эту, электронную, накачать кучу книжек туда и потом наслаждаться жизнью. Но я так любила переворачивать страницы, настоящие, бумажные! Особенно когда они слегка пахнут типографской краской и чужими мечтами. А ещё я обожала загибать уголки — да-да, я из тех монстров, которые портят книги, и мне за это ни капельки не стыдно. Ну, почти.

Я посмотрела на часы. Девять вечера. Детское время. ну, и чем теперь заняться? Квартира блестела чистотой, еда на неделю была приготовлена. Интернет надоел. Что осталось? Разве что телик. Хотя какой там телик — у меня из каналов только «Первый», «Россия» и какой-то загадочный «Пятница», где вечно показывают, как люди едят что-то подозрительное в прямом эфире.

Я пощелкала пультом, нашла какую-то слезливую мелодраму для домохозяек и уставилась в экран. Там героиня, почему-то в вечернем платье и с идеальной укладкой, рыдала в подушку из-за мужчины, который, судя по сюжету, уехал в другой город и забыл ей даже открытку отправить. Я хмыкнула: вот у меня в прошлом году сосед по лестничной клетке тоже уехал, но я не рыдала, а просто выдохнула — наконец-то перестанет сверлить по субботам.

Завтра, в полшестого утра, мне надо было вставать под звон будильника и топать на работу в соседний магазин, находившийся через пять домов от моего дома. Там, за прилавком, я должна была стоять с семи утра до шести вечера. Потом — организационные моменты, как говорил наш директор. И домой я попадала часов в восемь. И знаете, что самое обидное? В книжках героини в это время уже третий раз выходят замуж за драконов, а я — стою в очереди за просроченным кефиром и слушаю, как тётя Люба из отдела молочных продуктов рассказывает, что её кот опять сбежал на дерево. И ведь не поспоришь — судьба у всех разная. Драконы, лисицы, а я — человек, и у меня даже фикус не оборотень.

Я выключила телевизор, даже не досмотрев, как героиня на экране наконец-то встретила своего «единственного» — он оказался её же бывшим мужем, который просто потерял память, а теперь вспомнил всё, включая долги по алиментам. Ну и ладно, всё равно спать пора. Я кое-как доплелась до кровати, упала лицом в подушку, даже не сняв носки, и накрылась одеялом с головой, как делаю всегда, когда хочу спрятаться от всего мира, включая собственные мысли о завтрашнем будильнике. Уснула я мгновенно, и, что удивительно, без всяких там снов про драконов и лисиц — видимо, организм решил, что на сегодня фантазии достаточно.

Проснулась я от того, что было как-то слишком уж мягко. И тепло. И пахло не моим обычным «кофе из пакетика и стиральный порошок», а чем-то цветочным, дорогим, вроде тех пробников духов, которые иногда вкладывают в журналы. Я открыла глаза и уставилась в потолок. Потолок был расписной. Там летали какие-то птицы, цвели розы, и, кажется, в углу резвился ангелочек с лютней. Мой потолок, последний раз, когда я на него смотрела, был просто белым, с одним пятном от протечки и подозрительной трещиной в форме Австралии. Я моргнула. Потолок не исчез. Ангелочек, правда, перестал играть на лютне и, кажется, подмигнул.

«Ага, — подумала я, — значит, я всё ещё сплю. Ну и отлично. Сон — это единственное место, где у меня нет начальника и где никто не спрашивает, почему я опять опоздала». Я блаженно потянулась и обнаружила, что лежу не на своей продавленной кровати с пружиной, которая всегда впивается в бок, а на чём-то невероятно широком и мягком. Одеяло было шёлковым, подушки — облаками, а простыни, судя по ощущениям, стоили больше, чем моя месячная зарплата. Я лежала и наслаждалась, решив, что раз уж мне выпал такой роскошный сон, надо выжать из него максимум.

Тут дверь отворилась, и в комнату вошли три девушки в одинаковых платьях, с белыми фартучками и чепчиками. Настоящие служанки, как в историческом сериале. Я приподняла голову и с интересом уставилась на них. «Ого, — подумала я, — сон с массовкой. Неплохо». Служанки, ничуть не смущаясь, подошли ко мне, помогли встать и повели куда-то в сторону. Я не сопротивлялась. Мне было любопытно. Меня привели в ванную комнату — точнее, в целый бассейн с горячей водой, в которой плавали лепестки роз. «Ну, классика, — отметила я про себя, — хотя я бы, честно говоря, не отказалась и от обычной ванны, но раз уж сон такой щедрый, буду наслаждаться». Служанки начали меня мыть. Одна намыливала мне спину чем-то пахнущим лавандой, другая поливала из серебряного кувшина, третья, кажется, массировала мне голову. Я закрыла глаза и расслабилась, думая, что в реальной жизни я бы уже трижды поскользнулась, уронила полочку с шампунем и устроила потоп.

После купания меня вытерли огромным пушистым полотенцем, усадили перед зеркалом и принялись одевать. Платье было невесомым, небесно-голубым, с корсетом, который, к моему удивлению, не перекрывал доступ кислорода, а, наоборот, делал талию тонкой, а грудь — загадочно высокой. Я смотрела в зеркало и видела… не себя. Ну то есть я понимала, что это я, но выглядела я так, будто меня пропустили через фотошоп, причём в режиме «сделать из уставшей продавщицы сказочную принцессу». Волосы, которые я обычно собирала в пучок, чтобы не мешались, теперь падали мягкими золотистыми волнами до пояса. Глаза были огромными, как у той самой лисицы из книги, кожа — сияющей, а губы — цвета спелой вишни. Я даже привстала, чтобы рассмотреть это чудо поближе. Ну и сон! Ну и фантазия! Я, конечно, иногда представляла себя героиней романов, но чтобы вот так, во всех деталях…

Одна из служанок, та, что помоложе, принялась укладывать мои волосы в сложную причёску. Она ловко орудовала гребнем, шпильками и лентами, и я уже почти поверила, что всё это по-настоящему. И тут она, видимо, немного увлеклась, пытаясь заплести особенно хитрую косу, и нечаянно дёрнула меня за прядь. Не сильно, но ощутимо. Я ойкнула, и не потому, что мне было больно, а потому что поняла: во сне не бывает так больно. Во сне не бывает так неожиданно. Во сне не бывает, чтобы кто-то дёргал тебя за волосы, и ты чувствовал это так отчётливо, так реально, будто сидишь не в грёзах, а в самом что ни на есть настоящем мире.

Я замерла. Служанка испуганно отшатнулась и начала извиняться, приседая в реверансах. Две другие тоже побледнели и уставились на меня с ужасом, как будто я сейчас превращусь в дракона и сожгу их дотла. А я смотрела на своё отражение — на эту золотоволосую красавицу с огромными глазами, в шикарном платье, в комнате для принцессы — и медленно, очень медленно до меня доходило: я не сплю. Я не сплю. И это не сон. И я понятия не имею, где я, кто я и как отсюда выбраться.

И самое страшное: где-то там, в другом мире, остался мой фикус, который никто не польёт.