— Это сработало, — закончил за него я. — Какие новости со стороны Моралеса?

— Молчат. Им нечего сказать, — Максимо, судя по голосу, это совершенно не беспокоило.

— Думаю, ещё пара дней, и сами придут, — предположил я.

— Уже пришла пара сетевых прокатчиков, — вспомнил он. — Но я, как ты и просил, отправил их к Марии. Эх, хороша она у тебя… Как вспомню этот аппарат, так…

— Могу дать её номер, — ехидно предложил я.

— Что я тебе такого сделал? — искренне возмутился Максимо. — Она же как самка богомола. В лучшем случае откусит голову до койки, а в худшем — после.

— Почему в лучшем? — тут же уцепился я за нестыковку.

— Потому что работает на тебя, — почти по слогам объяснил Максимо, как будто разговаривал с особенно медленным ребёнком. — И теперь я понимаю, что за этим стоит. Ты же кладезь идей. Она в рот тебе заглядывает, а отношения будут отвлекать её от работы. Если отвлекут сильно, ты уже мне голову откусишь. Верно?

— Верно, — согласился я, расхохотавшись. — И уж точно до постели. Точнее, никакой постели не будет.

— Что у нас дальше по планам? — Максимо заметно посерьёзнел. — Реклама работает превосходно, залы битком. Думаю, сетевики дадут нам выход на остальную Валентию. Главное, чтобы теперь не передумали.

— Дадут. Я решу этот вопрос, — спокойно ответил я. — Всё, до связи.

— Э-э-эй, постой! — тут же донеслось из трубки. — Нам надо отметить успех.

— У меня работа, — коротко ответил я. — Ты со своей закончил, а я ещё нет. Отпразднуем позже, тем более это пока только прелюдия.

Я положил трубку и несколько секунд постучал пальцами по столу.

На ловца и зверь бежит.

В кабинет вошла Мария.

Да, ходит она и правда интересно. Бёдрами качает ровно настолько, чтобы это замечалось, но не выглядело намеренно. Красивая чертовка, что ни говори. Принципы уже начинали трещать в штанах, но память пока держалась крепко. Я прекрасно помнил, до чего обычно доводят интрижки на рабочем месте. Либо работа, либо отношения, третьего не дано. Работу я дать могу, а вот в отношения…

Как показывает практика, точнее уже две практики, тот мозгоправ всё-таки был прав. Что-то со мной действительно не так.

— Звонил Максимо, передавал привет.

Мария фыркнула.

— Пф.

— Что по кинопрокату?

— Почти готова начать. Договор практически собран, осталось продавить несколько пунктов.

— Это хорошо.

Мы оба вернулись к работе. Мария правила договор с сетевыми прокатчиками, а я в который раз изучал подноготную дэ Мачадо. У неё задача была проще — выбить больший процент в пользу Максимо и не отдать прокатчикам лишнего. Я же искал тонкое место, потянув за которое можно было бы наконец разорвать несчастную семейку домашних боксёров на две части.

Активы дэ Мачадо постепенно таяли, но на плаву они всё ещё держались уверенно. Страховой бизнес оставался крепким, влияние никуда не делось, связи тоже. Однако общая картина уже начала меняться, и в голове постепенно складывалось несколько неприятных для них вариантов.

Ну-ну.

Посмотрим.

Телефон Марии зазвонил. Она коротко переговорила, несколько раз уточнила детали и тут же поднялась, направляясь ко мне.

— Есть минутка?

Я посмотрел на неё поверх экрана ноутбука.

— Давай.

Мария присела на край стола и протянула телефон.

— Рафаэль докладывает, что нашёл подходящее место под резервный дата-центр на Сарде. Сумма получается выше, чем рассчитывали, нужно ваше одобрение. Поговорите?

— Да, Рафаэль, — сказал я, принимая трубку.

— Сеньор Виктор, рад вас слышать, — тяжело дыша произнёс он. — Тут возникла небольшая проблема. Хотя, если посмотреть с другой стороны, возможно, и большая.

Я прикрыл глаза.

— Говори уже.

— В общем, Сарда подходит отлично. Но это всё-таки остров, и государство тут немного странное и довольно закрытое. Я не сразу понял, откуда у них вообще такая инфраструктура. Сеть шикарная, пропускная способность великолепная, канал хороший, цены разумные… почти.

— Так в чём проблема?

На том конце повисла короткая пауза.

— Это военная база.

Я нахмурился.

— Что?

— Бывший узел связи. Хороший, кстати. Помещения крепкие, линии заведены, территория охраняемая. Они готовы продать нам комплекс, но есть одна маленькая деталь.

— Какая ещё деталь?

Рафаэль вздохнул так тяжело, будто заранее извинялся за сам факт существования этой информации.

— В нагрузку они отдают военный корабль.

Я несколько секунд молчал.

— Что?

— Корабль.

— Какой ещё нахрен корабль?

— Большой такой, — пояснил Рафаэль совершенно серьёзно. — Даже с орудиями. Старый, правда. По сути они просто решили скинуть на нас барахло. Всё у них не как у людей. Нет бы просто взятку попросить.

Я откинулся в кресле и потёр переносицу.

— Ты там на солнце не перегрелся?

— Так было бы гораздо проще, — мрачно признался Рафаэль. — Я уже несколько раз переспросил. Они действительно продают базу только вместе с кораблём.

— И что мне с ним делать?

— Я примерно то же самое сказал. Знаете, что они ответили?

— Ну?

Рафаэль хмыкнул.

— Что они тоже не знают, что им с ним делать.

Я посмотрел на Марию. Она стояла рядом и по выражению моего лица уже явно понимала, что разговор идёт куда-то совсем не туда.

— Покупка базы ещё укладывается в бюджет, — продолжил Рафаэль. — Даже с переоборудованием. А вот корабль уже нет. Там отдельно обслуживание, стоянка, экипаж, документы. Я пока даже не хочу знать, сколько это будет стоить.

— Не надо, — сразу согласился я. — Я тоже пока не хочу.

— Поэтому и звоню.

Я снова потёр переносицу и посмотрел в окно.

Военный корабль, надо посмотреть на него лично, выбора нет. Да и дата-центр оценить не помешало бы.

— Он на ходу?

— На полном, старенький да удаленький, — живо подтвердил Рафаэль.

— Экипаж есть?

— Можем найти.

— Поищи, хочу посмотреть на него в действии, буду на днях, как освобожусь.

Гильермо дэ Мачадо.

Дождь кончился в понедельник ночью, и к утру вторника Фавора просохла, что Гильермо разрешил себе выехать за город.

Водителя он держал для города, для встреч и переговоров, а дорогу на холмы всегда проезжал за рулём, с тех пор как отец впервые взял его в клуб пятнадцатилетним. Это было отдельное удовольствие. Полированный капот ловил солнце, шины шуршали по еще влажному асфальту, за окном тянулись оливковые рощи, а над ними, на самом гребне, уже показалась черепица главного корпуса.

Клуб «Ла Сьерра» стоял на холмах западнее города, выше гольфовых полей, там, где земля стоила дороже, чем в Верхнем городе. Полторы сотни семей, корты, конюшня и бассейн с водой из собственного источника. Членство передавалось по наследству и обсуждалось за закрытыми дверями. Дэ Мачадо состояли в клубе со дня основания.

Гильермо опустил стекло. В салон вошёл запах мокрой сосновой хвои и остывшей за ночь земли, и он вдохнул поглубже. От одного вида стриженых газонов на плечах становилось легче. Здесь никто не считал загрузку отелей. Здесь считали очки и ставили на лошадей.

Юристы и отец настрого запретил говорить о ситуации в доме дэ Фуэго, во избежания лишних слухов.

У шлагбаума охранник вышел из будки, взглянул на машину, узнал её и поднял стрелу. Гильермо кивнул ему, не сбавляя хода.

Стоянка перед главным корпусом оказалась забита. Вторник после дождя, все выбрались разом. Он поставил машину под старым дубом, на своём привычном месте, взял с заднего сиденья сумку с формой и пошёл к дверям.

За стойкой в фойе стоял администратор, молодой человек в тёмном пиджаке с эмблемой клуба, и при появлении гостя выпрямился чуть больше, чем требовала вежливость.

— Добрый день, сеньор дэ Мачадо.

— Добрый. Корт на два часа. Кто сегодня из наших?

Администратор опустил глаза к журналу и снова поднял, и Гильермо заметил, что журнал он так и не открыл.