Хреново.

Наверное, со стороны я тоже выгляжу довольно забавно.

— Справилась, справилась, — проворчал я. — Зато теперь появилась ещё одна головная боль. Найти придурков, которые за этим стоят. Слишком мощно и слишком организованно.

Мария резко кивнула. Ничего не сказала, но выражение лица было настолько красноречивым, что перевод не требовался.

У-у-у. Уроды. Кранты вам.

Я невольно улыбнулся.

— Отдыхай. Уже поздно, а здесь ты всё равно ничем не поможешь. И подключи завтра Еву. Пусть работает удалённо, пока не вернулась.

— Она и так помогает, — неожиданно сообщила Мария.

Я поднял бровь.

— С каких пор?

— С тех пор как узнала, что произошло. Она уже несколько часов разбирает письма и отвечает сотрудникам.

Вот ведь зараза.

Мария некоторое время ещё сомневалась, но в конце концов всё-таки собралась домой. Время действительно было позднее, да и смысла держать её здесь не существовало. Когда дверь закрылась, я вернулся к столу и занялся подведением итогов дня.

Фонд пока откладывался. Влезать туда вслепую я не хотел. Сначала нужно понять, через кого вообще можно приблизиться к ним. Значит, следующим пунктом оставался квартал.

Офис Виды располагался далеко не в самом благополучном районе Фаворы. Когда мы покупали старый завод, это было преимуществом. Огромная площадь стоила смешных денег, никому особенно не нужная промышленная территория позволяла расширяться сколько угодно, а властям было глубоко плевать, что здесь происходит. Теперь всё выглядело иначе. Компания росла, работников становилось больше, рядом появлялись кафе, магазины и съёмное жильё. Если удастся направить государственный аппарат на реконструкцию района, дороги, освещение, благоустройство и социальные программы, политически это будет выглядеть прекрасно.

Новый квартал, рабочие места, инвестиции, безопасность.

Плюсик в карму для нужных людей.

Ну и чего греха таить, лично мне это было невероятно выгодно. Стоимость земли вокруг завода после такого неизбежно пойдёт вверх, а условия для сотрудников улучшатся.

Значит, надо заниматься.

Следующим пунктом шли ёмкостные сенсорные экраны и технология распознавания нескольких одновременных касаний. Мысль снова напомнила о себе как больной зуб. Нужен человек, который будет заниматься технологическим скаутингом. Постоянно. Не программист, которого я сегодня выдерну из Виды, чтобы он нашёл одну технологию, а через месяц снова заставлю искать совершенно другую. Нормальный специалист или небольшая группа, которая будет следить за университетами, патентами, лабораториями, стартапами и тем, что происходит за границей.

После истории с Ютубом необходимость такого человека стала ещё очевиднее.

Найти его в общем-то было несложно. Гиков в мире хватало. Просто задача постоянно проигрывала чему-то более срочному.

Я дважды подчеркнул пункт в блокноте.

Теперь не проиграет.

Дальше на глаза попалась папка с газетными вырезками. Мария оставила только публикации, связанные с дэ Мачадо. Судя по толщине папки, процесс наконец сдвинулся с места.

Статьи были разные. Где-то журналисты рассказывали о серии пищевых отравлений в гостиницах на Сапфировом побережье. В другой заметке разбирали резкий рост цен в высокий сезон. Дальше шёл материал об ущербе природе после расширения курортной зоны, затем судебный спор из-за земли, санитарные проверки, пожарная безопасность и несколько нарушений, обнаруженных уже после ввода новых корпусов.

По отдельности ничего смертельного.

Вместе выглядело неприятно.

Тайрон действовал медленно. Совсем не в моём стиле, но весьма продуктивно. Он не пытался ударить один раз так, чтобы здание рухнуло. Он сжимал гостиничный бизнес Гильермо как огромный удав и явно собирался продолжать до тех пор, пока у того не закончится воздух.

Сначала медийный шум. Газеты, телевидение, разговоры о качестве отдыха. Это портит репутацию и бьёт по бронированиям. Следом проверки, судебные процессы, задержки разрешений и дополнительные расходы. Если новые объекты выходят на сезон с неполной загрузкой, расчётная выручка падает. Дальше уже начинают нервничать кредиторы.

А вот после этого становится интересно.

Я бы действовал быстрее. Но это я.

Тайрон десятилетиями варился среди золотой сотни и лучше меня понимал местные неписаные правила. Он не торопился, не оставлял слишком заметных следов и никогда не вкладывался в конфликт больше, чем рассчитывал получить обратно.

Примерно через час я понял, что начинаю клевать носом. Последние дни получились слишком насыщенными даже для меня. Но прежде чем ехать домой, всё же прошёл обратно в отдел разработки.

Там стало немного спокойнее. Большой экран всё ещё показывал повышенную нагрузку, но линия теперь находилась далеко от критической отметки. Несколько программистов сидели молча, кто-то разговаривал по телефону, а Матео продолжал носиться между столами, хотя двигался уже заметно медленнее.

— Линию расширили, — отчитался он, увидев меня. — Сейчас работаем над ограничениями и оптимизацией. Первый провайдер фильтрует нормально, со вторым тоже договорились.

— Отправь половину людей отдыхать.

Матео нахмурился.

— Но что-то ещё может пойти не так.

— Может. И если пойдёт, тебе понадобятся люди, которые способны думать.

Я хлопнул его по плечу.

— Люди и есть твой главный ресурс. Сервер можно заменить за несколько часов. Программиста, который вторые сутки смотрит в экран и начинает путать цифры, заменить сложнее. Раздели смены.

Матео немного подумал и всё-таки кивнул.

— Хорошо.

— И сам хотя бы несколько часов поспи.

На его лице появилось выражение человека, которому предложили предать Родину.

Я решил не спорить.

На следующий день первым делом я проверил работу сети.

Ночной сбой, разумеется, вызвал волну возмущений. В официальном сообществе Виды появились сотни сообщений от людей, у которых не открывались фотографии, пропадал поиск или тормозила лента. Но оперативное объяснение многое изменило. Мы прямо сообщили о масштабной сетевой атаке, коротко объяснили причину ограничений и пообещали восстановить все функции.

Удивительно, насколько легко правильно направить человеческое раздражение.

Ещё ночью люди ругали Виду.

К утру они уже ругали тех, кто её атаковал.

Некоторые пользователи даже начали желать неизвестным злоумышленникам настолько причудливых болезней, что даже посочувствовал им. Кто бы ни стоял за атакой, сегодня они наверняка должны были умереть от икоты.

Это решило бы массу наших проблем.

Мария принесла утренний кофе и поставила чашку передо мной значительно резче обычного. Лицо её выражало такое неодобрение, что я сразу понял, что DDoS здесь ни при чём.

— Уборщица нашла женское бельё.

Я поднял глаза.

— Поздравляю уборщицу.

— Она принесла его мне, — Мария была возмущена уже сильнее. — Подумала всякое!

— Выброси.

Ответил я не задумываясь.

Мария продолжала стоять.

— Между вами и Евой что-то было? — уже гораздо мягче спросила эта лиса.

Вот оно что.

— Думаю, это тебя не касается.

Мария недовольно засопела.

— Но я ваша помощница.

— И что из этого следует? Мне следовало сначала переспать с тобой? Спросить разрешения? Или добавить секс в рабочий календарь? — ехидно спросил я.

— Нет, но…

Она впервые за утро потеряла дар речи.

Я отпил кофе.

— Я не сплю с Евой и не планирую.

Мария ещё несколько секунд изучала моё лицо, видимо пытаясь определить уровень лжи, затем наконец сдалась.

Допрос был завершён и изрядно поднял мне настроение.

— Звонил сеньор Тайрон, — уже деловым голосом сообщила она. — Просил напомнить, что вы обещали заехать домой.

— Передай, что буду к обеду. У меня на это время что-нибудь стоит?

Мария открыла ежедневник.

— Да. Подписание новых контрактов с интернет-провайдерами. Представители приедут как раз к обеду.