— Комната, открыть створки.

Металл разошёлся.

Лена тут же бросилась ко мне.

Я отступил так резко, что спиной ударился о стену кабины, а револьвер сам направился в сторону потенциальной угрозы. Да, у нее не было в руках учебника по квантовой физике, но я все равно был начеку.

— Не подходи! — очень спокойно сказал я

Девочка остановилась, а на её лице появилось такое выражение, будто она испугалась, что я ее ударю.

— Просто показывай дорогу, — добавил я тише. — Не надо на меня бросаться. Хорошо?

Лена быстро закивала, вытерла нос рукавом ночнушки и повернулась к коридору.

Только теперь я смог рассмотреть куклу в ее руках.

Она была новой. Это становилось понятно по чистой ткани и ещё не успевшим растрепаться ниткам. Тело сшили из разных лоскутов, платье перекосилось набок, один пуговичный глаз находился выше другого. Тёмные волосы выглядели слишком настоящими и удивительно точно совпадали с волосами самой Лены.

Девочка прижимала игрушку так, будто та могла её защитить.

— Сюда! — крикнула она и побежала.

Я вышел из Комнаты и услышал, как за спиной закрываются створки.

Путь до «плохой» квартиры оказался коротким. Лена двигалась быстро, несмотря на один тапок, и всё время оглядывалась, проверяя, иду ли я следом.

— Мама сказала ему уйти, — тараторила она на ходу. — Он обещал, что уйдёт, а потом начал говорить, что мы без него умрём. Мама сказала, что лучше без него. Тогда он разозлился.

— Он раньше её бил?

— Не бил. Ну… почти. Он трогал.

— Как трогал?

Лена остановилась возле открытой двери.

— Так, что больно.

Из квартиры донёсся глухой удар.

Следом — женский хрип.

Все сомнения закончились.

Я вошёл. Внутри было темно, душно и тесно. Окна завесили одеялами и плотными шторами. В прихожей стояли бутылки с водой, пустые банки, пакеты и коробки. К входной двери придвинули комод, но сейчас его оттащили в сторону.

На полу возле дивана лежали куски ткани, нитки, набивка и раскрытая швейная коробка. Среди катушек блеснули большие металлические ножницы.

«Наверное, здесь и делали куклу», — отметил я мысленно.

Из дальней комнаты снова донёсся шум потасовки.

Я поднял револьвер.

— Останься тут, — сказал я Лене.

Она отрицательно замотала головой.

— Будь здесь!

Голос прозвучал жёстче, чем я хотел.

Лена прижала куклу к подбородку, но всё же осталась возле двери.

Я пошёл дальше.

В следующей комнате оказалось светлее. Слабый дневной свет просачивался через щели между шторами. На полу валялся опрокинутый стул, возле стены лежала разбитая чашка.

Посреди комнаты стояли двое.

Женщина была высокой и крепкой. Светлые волосы растрепались, домашняя кофта сползла с одного плеча. Даже сейчас, с подкашивающимися ногами, она казалась физически сильнее мужчины, удерживавшего её перед собой.

Сам Валера выглядел почти смешно.

Невысокий мужичок с небольшим пузиком, залысинами и мягким, ничем не примечательным лицом. На нём были спортивные штаны и серая майка. Руки казались непропорционально длинными, будто принадлежали человеку на голову выше.

Одной Валера обхватил женщину за шею.

Вторую ладонь держал у неё на боку.

Женщину трясло. Рот был открыт, но вместо крика из него выходил только тихий сип. Ноги то и дело подгибались, и Валера почти удерживал её на себе.

Я навёл револьвер.

Сработали бонусы оружия и постера. Запястье выровнялось, ствол перестал гулять, прицельная линия легла Валере на лоб.

Проблема заключалась в том, что между нами находилась женщина.

— Отпусти её.

Валера повернул голову. Он не вздрогнул от чужого голоса и даже, кажется, не удивился моему появлению. Просто посмотрел сначала на револьвер, затем на перевязанное плечо, живот, лицо и снова на оружие.

Оценивал.

— Убери ствол, — спокойно сказал он. — Она просто истерит.

— Валера… — выдохнула женщина.

Его пальцы слегка сжались. От такой малости женщину выгнуло так, будто ей в бок вошло раскалённое лезвие. Она дёрнулась, ногти заскребли по руке Валеры, но вырваться она не могла.

— Я сказал, отпусти её.

— А я сказал не лезть. Это семейное.

— Мама!

Лена всё-таки вошла в комнату.

Валера даже не повернул головы.

— В комнату, мелкая дрянь, — бросил он.

Девочка застыла.

По её лицу стало понятно: раньше этой команды было достаточно. Но теперь за её спиной стоял я с револьвером. Чувствуя мою поддержку, Лена сделала маленький шаг к матери.

— Не трогай маму.

— Я... сказал... в комнату.

— Пошёл ты! — с несвойственной для ребенка ненавистью выкрикнула Лена.

На мгновение в комнате повисла тишина. Даже я довернул голову в ее сторону. Она застыла и, кажется, сама испугалась собственных слов. Прижала куклу ещё сильнее, но не отступила.

Валера медленно улыбнулся.

— Вот что ты устроила, Наташ. Ребёнок уже чужих мужиков в дом приводит. Как ты дочь воспитываешь.

Женщина, названная Наташей, попыталась что-то сказать, но хватка на шее усилилась.

— Ты совсем охренел? — спросил я.

— Я их спасал, — ответил Валера так, будто продолжал давно начатый спор. — Окна закрыл. Еду нашёл. Пока она сидела и скулила, я работал.

— Ты её сейчас убьёшь.

— Не убью. Я знаю, сколько она выдержит.

Фраза прозвучала слишком буднично.

Я чуть сильнее сжал рукоять.

— У меня класс Ветеринар, — продолжил Валера. — Я могу обездвиживать животных. И людей могу, если придётся. Это больно, но не опасно. Она решила выгнать единственного полезного человека, потому что ей что-то привиделось.

Наташа снова попыталась возразить.

Валера коснулся пальцами её бока.

Женщина захрипела и едва не упала.

— Хватит!

— Видишь? — Валера посмотрел на меня. — Не слушает. Ребёнка на улицу тащит. Там твари, гоблины и хер знает что ещё. А я могу их защитить.

— Отпусти её, и мы поговорим.

— Поговорим? — переспросил он. — Ты кто вообще такой? Жирный пацан с пистолетом? Думаешь, если ствол нашёл, то теперь можешь в чужой дом приходить и командовать?

Говоря это, он медленно смещался к стене.

Пленница двигалась вместе с ним, продолжая закрывать почти всё его тело. Валера держался за ней очень грамотно. Не выставлял колено, не показывал плечо, не давал даже маленького чистого участка.

Постер работал, как говорится, на все деньги, но целится было тупо некуда.

Я мог прострелить ей плечо и надеяться, что пуля заденет Валеру. Мог целиться в ногу, рискуя раздробить женщине кость. Мог зажмуриться и нажать на спуск в надежде, что системная координация каким-то чудом исправит мою дурость.

Но все эти варианты были слишком рискованны.

После Антона я хорошо представлял, что делает пуля с человеческим телом.

Валера, кажется, всё понял. Его взгляд изменился. Всего на секунду. Мягкое лицо осталось спокойным, но глаза стали внимательнее. Холоднее.

— Опусти оружие, — сказал он.

— Отпусти женщину, — сказал я, но при этом совершенно не понимал, что вообще делать в такой ситуации.

— Не отпущу. Мне и так хорошо, — сказал этот мудила и мерзко осклабился.

Я хотел сказать что-то едкое, просто чтобы выплеснуть часть напряжения, но... Всё завертелось слишком быстро. Валера резко ударил Наташу коленом в бедро и обеими руками толкнул вперёд.

Женщина полетела прямо на меня.

Я успел повернуть ствол вниз, чтобы не выстрелить ей в грудь. Наташа врезалась всем телом, прижав вооружённую руку к моему животу. Я отступил, пытаясь удержать равновесие.

Но Валера тоже пришел в движение. Еще секунду назад этот пузатый мужичок стоял неподвижно, и вдруг бам! Буквально исчез из вида и тут же появился вплотную ко мне. Его длинная рука скользнула поверх плеча Наташи и ударила по моему запястью. Пальцы разжались, револьвер вылетел и покатился по полу.