У окна лежал длинный картонный тубус.

Я снял крышку и вытряхнул свёрнутые постеры на кровать.

Первые три заставили меня поморщиться.

Красивые корейские мальчики смотрели в камеру с выражениями людей, которые точно знали, насколько они красивы. Потом попалась целая группа в одинаковых костюмах. Ещё один парень держал у лица цветок. На следующем постере их было уже семеро.

— Это мы оставим хозяйке.

Большая часть содержимого тубуса относилась к прежнему увлечению девочки. Айдолы, концерты, логотипы групп, отдельные участники, коллажи и плакаты с корейскими надписями.

Некоторые были новыми, почти без следов использования. Видимо, подарки молодой жены отца.

Ближе ко дну началось интересное.

Постеры заметно отличались. Бумага была старше, края надорваны, на углах сохранились следы скотча. Те самые подарки подружки Кати и её старшего брата.

Меха на фоне разрушенного города.

Компания персонажей из какой-то ролевой игры.

Девушка с огромным мечом.

Космический корабль.

Снорлакс, мирно спящий посреди зелёной поляны.

И ещё один постер, при виде которого я замер.

«Школа мертвецов».

На переднем плане стоял толстый парень в очках с переделанным гвоздомётом. На него перли живые мертвецы, его товарищи выглядели значительно красивее и спортивнее, но взгляд почему-то сразу цеплялся именно за него.

Я развернул постер полностью.

— Ну привет, коллега.

Сходство было не портретным, но до обидного достоверным.

Толстяк, который во время апокалипсиса неожиданно оказался полезен для группы благодаря знаниям об оружии.

Примерно моя ситуация. Если убрать такую характеристику, как полезность, а так литерали я.

Постер отправился в отдельную стопку.

Следом я выбрал меха, космический корабль, несколько персонажей из игр и спящего Снорлакса. Остальных айдолов свернул обратно в тубус.

Забирать всё не имело смысла. Стены комнаты не резиновые, да и смотреть на десятки красивых корейских мужиков я был не готов даже ради восстановления домашнего уюта.

На перенос всего этого добра ушло несколько ходок, а моя комната окончательно превратилась в склад.

Сундук, пластиковые контейнеры, одежда, инструменты, тяжёлая охотничья сумка, еда, ноутбук и ещё несколько пакетов оставляли только узкий проход посередине. Я постоянно задевал вещи ногами и уже не представлял, куда поставлю четвёртый объект, если каким-то чудом получу новый слот.

Но сейчас мне было плевать на всё. Я был доволен собой, а то, что места мало, так это не проблема. Ничего нет — плохо, всё, что можно, завалено хабаром — тоже плохо, так и похер, главное — живой и сытый, пусть и потрёпан малость, а вот сейчас стены украшу, и тут станет красиво. Пусть кто-то скажет, что это блажь и вовсе незрело, и вообще вокруг умирают ЭТИ, но мне насрать, я хикан, я так вижу.

Прислонив тубус к стене, я выбрал первого кандидата на «повешение».

Снорлакс, что спал на траве, сложив лапы на животе. Вокруг него сияло голубое небо, а на заднем плане несколько маленьких персонажей безуспешно пытались сдвинуть огромную тушу с дороги.

Глядя на его безразмерное пузо, я сразу понял: мы найдём общий язык.

— Вот это правильный образ жизни, братуха. Сон всему голова, и пусть весь мир подождёт.

Повесить постер одной рукой оказалось отдельным испытанием. Бумага постоянно сворачивалась обратно. Куски скотча приклеивались к пальцам, к рукаву и друг к другу, но только не к стене. Один край пришлось прижать лбом, второй — здоровой ладонью, а третий каким-то образом всё равно оказался ниже четвёртого.

Но, как говорится, всё проходит, и это прошло. Через несколько минут кряхтений и матов постер висел.

Криво, да. Но висел же. А всё остальное — это метафизика и вообще от лукавого.

Я отступил назад, насколько позволяли сваленные как попало вещи, и посмотрел на получившийся результат.

— Уже лучше, уже не притон, а что-то похожее на нормальное жильё, не то что...

Перед глазами вспыхнуло сообщение, прервав меня на полуслове:

~Обнаружен совместимый элемент оформления комнаты.~

Я замер.

— Чего?

Постер дрогнул и на моих глазах стал меняться.

Старые заломы начали разглаживаться. Надорванные углы восстановились, следы скотча исчезли, а краски стали ярче. Бумага плотно прижалась к стене, будто была не приклеена, а напечатана прямо на металле.

Появилось новое системное окно:

~Постер «Спящий исполин».

Уровень 1.

Тип: элемент оформления.

Элементы оформления не занимают слоты объектов и могут быть заменены в любое время.

Эффект:

— во время сна скорость естественного восстановления физических повреждений увеличена;

— снижение накопленной усталости во время сна усилено.

Ограничение:

эффект не заменяет лечение и не восстанавливает необратимые повреждения.

Активные постеры: 1/1.~

Я перечитал сообщение.

Потом ещё раз.

— А-а-а-а. Чего-о-о-о, блядь?

— А-а-а-а. Чего-о-о-о, блядь?

Система никак не отреагировала на мой закономерный вопрос. Нарисованный Снорлакс всё так же продолжал спокойно дрыхнуть на зелёной поляне, пока несколько мелких мультяшных персонажей безуспешно пытались сдвинуть его с дороги. И, судя по его довольной морде, происходящее вокруг волновало этого толстяка ещё меньше, чем мои проблемы волновали Систему.

Я снова вызвал окно с информацией.

~Постер «Спящий исполин».

Уровень 1.

Тип: элемент оформления.

Не занимает слоты объектов и может быть заменён в любое время.

Эффект:

— во время сна скорость естественного восстановления физических повреждений увеличена;

— снижение накопленной усталости во время сна усилено.

Ограничение:

эффект не заменяет лечение и не восстанавливает необратимые повреждения.

Активные постеры: 1/1.~

Не занимает слот...

Может быть заменён...

Я перечитал эти строки ещё раз, даже не зная, радоваться мне или расстраиваться. После пластиковой полки, сожравшей один из слотов, возможность просто снять системную вещь казалась тем ещё подарком, хотя и тот факт, что я не могу обойти ограничение на площадь так просто, добавлял ложку дёгтя в эту бочку мёда.

— Снять постер, — сказал я, напрягшись всем телом, но ничего не произошло. Не став паниковать, я сделал новую попытку: — Деактивировать постер.

Изображение чуть потускнело.

~Постер «Спящий исполин» деактивирован.

Активные постеры: 0/1.~

Я осторожно поддел нижний угол ногтем. И бумага легко отделилась от стены.

Никакого звукового оповещения, системных угроз или ещё какого сообщения о недопустимости вандализма. Постер просто оказался у меня в руке. Заломы и надрывы не вернулись, краска оставалась яркой, а старая бумага теперь ощущалась плотнее, почти как тонкий пластик.

— Вот можешь же, когда хочешь.

Я свернул Снорлакса, положил на сундук, потом посмотрел на освободившуюся стену.

Пустая металлическая поверхность снова выглядела уныло.

— Активировать обратно.

Прикладывать постер самостоятельно не пришлось. Он, будто ковёр-самолёт из старого мультика, покатился к прежнему месту, с тихим шелестом развернулся и сам прилип на прежнее место.