Дверь на лестничную площадку была уже близко. Я распахнул её и столкнулся с гоблином почти лицом к лицу. Он тоже не ожидал встречи, но всё равно чисто на рефлексах начал поднимать короткое копьё. Я вскинул револьвер и выстрелил.

Выстрел я произвёл снова почти в упор. Пуля ударила гоблина в грудь, отбросив того на перила.

«Три».

Вот теперь я окончательно безоружен. Сверху тоже уже слышались быстрые шаги, а из коридоров ясно приближались остальные. Я побежал вниз, цепляясь свободной рукой за перила. Ноги плохо держали равновесие, пятки горели под пластырями, а дыхание то и дело срывалось на хрип. В одной руке остался зажат пустой револьвер, а костяной нож лежал возле Артура этажом выше.

На этой площадке в параллельные коридоры также вели две двери. Первая была приоткрыта всего на несколько сантиметров и упёрлась во что-то тяжёлое. Через узкое стекло я за доли секунды смог разглядеть заднюю стенку холодильника. Люди с той стороны намеренно завалили вход.

— Да, сука!

Ответом мне стали распалённые вопли тварей и шлепки их босых ног по бетону. Я, не думая, бросился ко второй двери.

К счастью, она открылась сразу. Я проскочил внутрь, развернулся и захлопнул створку перед первым гоблином. Удар его тела прошёл через металл и отозвался в руках. В щель просунулась серая ладонь, но я навалился спиной и выдавил её обратно.

Гоблины, что всей гурьбой толкали дверь плечами, били копьями и дёргали ручку, бесновались всё сильнее и сильнее. Я упирался ногами в кафель и удерживал её всей своей массой, чувствуя, как подошвы медленно скользят по полу. Ещё немного — и либо они проломят стеклянное окошко и затыкают меня копьями, либо у меня закончатся силы, и они так же затыкают меня копьями, как рульку шпажками.

Я в панике замотал головой в поисках чего угодно, что может помочь мне спастись. И с шоком уставился в лицо женщины лет тридцати, что с распахнутыми от удивления глазами уставилась на меня, выглядывая из-за приоткрытой двери в одну из квартир.

— Сюда! Быстрее! — прокричала она, призывно замахав мне рукой.

До неё было несколько метров. Я оттолкнулся от двери на лестницу и побежал. Гоблины тут же продавили створку, за спиной раздались визг и топот. Женщина продолжала держать квартиру открытой и даже протянула мне руку, словно собираясь при первой возможности заволочь мою тушу в квартиру, наплевав на нашу грандиозную разницу в габаритах. На секунду мне даже показалось, что я спасён.

Но не тут-то было. Из темноты за спиной женщины показался мужчина, схватил ту за плечи и с силой рванул назад.

— Ты с ума сошла, идиотка?!

— Но там же человек!

— Там чудовища! Закрой дверь, дура!

Она попыталась вырваться, но мужчина оказался сильнее. Я протянул руку в надежде всё же успеть. И у меня даже почти получилось, до края двери оставалось совсем немного, но она всё равно захлопнулась прямо перед моим носом. Щёлкнул один замок, потом второй. И этот звук показался мне громом смертельного приговора.

Я ударил ладонью по неодолимой преграде. За дверью женщина продолжала кричать, мужчина отвечал, что из-за одного незнакомца погибнут все.

Сзади послышалось рычание и визги. Гоблины уже вышли в коридор. Они не торопились: назад мне не пройти, квартира заперта, впереди оставалась только центральная перемычка с пассажирскими лифтами.

Я поднял револьвер и нажал на спуск. Бесполезный щелчок заставил ближайшего гоблина дёрнуться, а потом хищно оскалиться.

— Да знаю я, — прохрипел я и побежал.

Впереди находились двери на площадку пассажирских лифтов. Я знал, что их можно закрыть изнутри. Если успею проскочить, тяжёлая створка хотя бы ненадолго задержит преследователей.

До перемычки оставалось метра два, когда я увидел одинокую точку света вдалеке. И это был не блик и не каким-то чудом ожившее аварийное освещение, нет, горела кнопка вызова грузового лифта.

Электричества в здании не было, остальные панели оставались мёртвыми, но эта кнопка светилась ровно и тепло. Вместе со светом пришло странное чувство: будто я потерялся в чужом городе и внезапно увидел дверь собственной квартиры. Дом звал меня.

Двери на площадку пассажирских лифтов были рядом. Нужно было только нырнуть внутрь и захлопнуть их. Это выглядело разумно, но я пробежал мимо.

— Совсем дебил, — выдохнул я.

Добежал до грузового лифта и ударил по светящейся кнопке. Ничего не произошло. Я нажал ещё раз и обернулся. Преследователи, подпрыгивая и улюлюкая, настигали меня в полной уверенности, что из этого глухого тупика мне уж точно никуда не деться. Впереди шёл широкий в плечах гоблин с белым отпечатком ладони на лице. Пять пальцев закрывали правый глаз и часть лба. Его копьё выглядело лучше остальных: ровное древко, крепкая обмотка и длинный кухонный нож вместо наконечника.

Он выкрикнул что-то похожее на приказ. Один гоблин прижался к стене, другой поднял копьё для броска. Даже сейчас они не неслись бездумной толпой.

— Давай же!

Я снова нажал кнопку. Из глубины шахты донёсся глухой металлический удар, загудел механизм, и створки начали расходиться.

Я ввалился внутрь, но зацепился носком за порог и рухнул на живот. Войти красиво не получилось — я буквально заполз домой на четвереньках. Но, похоже, именно это меня и спасло. Брошенное копьё пролетело над спиной и ударилось о дальнюю стену. Второе чиркнуло по плечу, разорвало рубашку и оставило жгучую царапину.

Я перекатился в сторону, ударил по кнопке закрытия и заорал:

— Закрой дверь!

Словно вняв моей мольбе, створки медленно пошли навстречу друг другу. Старший гоблин подбежал первым и попытался сунуть копьё в проём, что лишь каким-то чудом не дошло до меня, остановившись на середине замаха. Раздались яростные крики, и двери наконец сомкнулись.

С последним металлическим щелчком наступила тишина. Исчезли крики, топот и удары оружия. Внутри кабины лифта было тихо и умиротворённо, не было слышно ничего, что происходит в подъезде. Я несколько секунд лежал на полу и только дышал, всё ещё ожидая, что двери сейчас раздвинут и через них просунется копьё.

Плечо горело. Я нащупал порез: неглубокий, но сильно кровоточащий. Рука двигалась. Рядом лежал пустой револьвер. Костяной нож остался этажом выше, перцовый баллончик закончился. Снаружи ждала группа разумных тварей, а я снова был почти безоружен.

Но я был жив. Так что на данный момент хватало и этого.

Я включил внешний экран. Гоблины тыкали наконечниками в створки, пытались просунуть оружие в стык, цеплялись пальцами за края и растягивали двери. Ничего не получалось. Створки не двигались ни на миллиметр.

Гоблин с белой ладонью оттолкнул одного из подчинённых, осмотрел вход и провёл ножом-наконечником по стыку. Затем обернулся и что-то приказал. Остальные перестали метаться и окружили двери.

Я выключил экран, положил револьвер рядом и откинулся спиной к стене.

— Как кабина оказалась на этом этаже, если...

Не успел я договорить, как перед глазами появилось системное сообщение.

~Разъяснение для владельца: личная территория создана на основе грузового лифта. Возможность вызова является базовой функцией.~

Я прочитал его дважды, снова включил экран и посмотрел на гоблинов по ту сторону створок.

— А раньше сказать нельзя было?

~Запрос не поступал.~

— Гребаные гоблины, — поморщился я, глядя на варварски развороченный холодильник. — Мало того что разбрелись по всему подъезду, так еще и почти всю еду пожрали.

Я продолжил обыск, и на этот раз мне повезло. Застыв перед распахнутым кухонным шкафом, я уставился на несколько запылённых консервных банок как на настоящее сокровище — да оно, по сути, так и было. От одной только мысли о нормальной еде в моих глазах всё поплыло, а желудок свело так сильно, что даже пришлось опереться ладонью о столешницу, отчего та жалобно скрипнула. Мне захотелось вскрыть банку здесь и прямо так, не отходя от "кассы", съесть её содержимое, выковыривая мясо и жир пальцами.