За два часа он окучил большую часть уцелевших после схлопывания купола деревьев. Ему уже хотелось завершить это дело, привести Яну в чувство и, воспользовавшись знаниями дракона, отправить эту принцессу обратно в её мир. Пусть там занимается своей магией, общается со своими эльфами — в общем, делает что угодно, лишь бы подальше от Макса. В конце концов, ему завтра на работу, а он ещё даже до страховой не добрался. Хотя, в свете новых отношений с отцом Яны, может, и не придется никуда ходить самому — тот поможет всё оформить в лучшем виде. Или вообще пригонит новую тачку.

Он как раз закончил с одним деревом и перешел к следующему, когда зазвонил телефон. Макс достал трубку. «Вспомни черта».

— Да? — спросил он, с тоской осматривая оставшийся фронт работ.

— Максим, это Кузнецов.

— Да, конечно, я вас узнал. Что-то случилось?

— Да ничего особенного, — голос Кузнецова звучал как-то зажато. — В первую очередь хочу сказать, что больше стрелять по вам не будут.

— Это… хорошо? — осторожно поинтересовался Макс.

— Ну, неплохо, — было слышно, как Кузнецов усмехнулся. — Так что можете проводить свой ритуал в любое время. Только есть одна просьба… от очень серьезных людей. Из Москвы, — многозначительно добавил он.

— Серьезные, говорите…

Макс вытянул левую руку и немного напрягся. Магия проявилась, и стала заметно, как её избыток буквально стекает с его пальцев, падая на землю. Там, куда лился этот ручеек, сразу же начинали расти чудные травы и цветы — в принципе, по этому следу можно было увидеть весь путь, который Макс проделал, когда оживлял рощу. Чего-чего, а магии в нем сейчас было дофига. И именно магия в первую очередь должна была заинтересовать «серьезных людей», о которых упомянул Кузнецов. С другой стороны, если птица такого полета, как отец Яны, не стал трепыхаться и принял предложение, которое ему явно сделали, то не Максу отказываться от сотрудничества, которое может стать очень плодотворным. Особенно для него.

Ведь кем он был до всех этих событий? Бывший вояка, который так и не стал настоящим воином, потому что слишком равнодушно относился к смерти. Нынешний сторож, у которого было совсем немного интересов — пожрать, выпить, иногда познакомиться с какой-нибудь девчонкой ради ночи-другой, больше они его не выдерживали. Или не выдерживал он — и выгонял внезапных подруг из своей квартирки. Искать своё место в жизни оказалось очень непросто, и Макс временами думал, что никогда и ничего не найдет.

Магия же давала ему смысл существования, и если она поможет вырваться из замкнутого круга, в который он попал ещё в школе, то и хорошо. Что там для этого надо? Этот вопрос он и переадресовал Кузнецову.

— Они хотят увидеть магию лично, — немедленно ответил тот.

— Но… — Макс запнулся. — Но купол никого не пропустит. Попробовать они, конечно, могут, но пока что, насколько я знаю, никому этого не удавалось.

— Кроме тебя, — напомнил Кузнецов.

— Кроме меня, — согласился Макс. — Но я не очень понимаю, как им поможет эта моя особенность.

— Нужно снять защиту, — быстро ответил Кузнецов. — Обещаю, что к вам подойдут два человека, и они будут без оружия. Будет только видеофиксация и наблюдение. Ну и опрос, когда всё закончится.

— Эм…

Макс не представлял, что нужно сделать для того, чтобы снять купол. Его ставил дракон — он же, наверное, должен знать, как его выключить. Но просить Остеденте об этом не хотелось. Макс также не представлял, как поведут себя те самые «серьезные люди», если им обеспечить беспрепятственный доступ в рощу. Он бы на их месте просто дал очередь из станкового пулемета, а потом зачистил бы тех, кто уцелеет.

Правда, говорить это Кузнецову было нельзя — Макс почему-то был уверен, что главный у «серьезных людей» прямо сейчас сидит рядом с отцом Яны и с нетерпение ждет, чем закончится этот разговор.

— Я попробую их уговорить, — наконец сказал он. — В смысле — Яну и дракона. Купол — это по их части, я к нему отношения не имею. Но они могут и отказаться, у меня нечем на них давить. Присутствие посторонних обязательно? Если что, я могу на телефон снять, как всё будет происходить.

В трубке повисло неприятное молчание — наверное, Кузнецов отключил микрофон и обсуждал с тем самым человеком, допустимо ли такое изменение планов.

— Они спрашивают, насколько опасен этот ритуал?

Фух.

— Да совсем не опасен! Он высосет всю магию из этого места — и всё. Принцесса отправится домой, надеюсь, вместе с драконом, а Яна останется здесь.

Макс говорил как можно убедительнее, но чувствовал, что это не совсем те слова, что нужны в данных обстоятельствах. «Серьезные люди» на такое не клюнут.

— Хорошо, они дают добро, — сказал Кузнецов. — Вам там ещё долго?

Макс прикинул количество оставшихся деревьев.

— С час ещё. Потом, по идее, всё заработает, — ответил он.

— Хорошо. Не подведи меня, парень.

Макс едва успел нажать на кнопку отбоя, как по куполу растекся бутон огня, а до его ушей донесся приглушенный взрыв. Он дернулся было куда-то бежать, потом замер на месте, не зная, что делать — то ли спасаться, забыв о девушке, то ли попытаться всё-таки довести рощу до полной готовности.

— Она очнулась! — раздался крик дракона. — Скорее сюда!

Макс оглянулся. У центрального дерева Яна с трудом подняла голову и посмотрела прямо на него.

— Что за хрень⁈ Вы за кого меня держите⁇

Кузнецов был в ярости, прекрасно осознавал это, но не мог остановиться. Его разговор с Максом оказался обычной подставой — подчиненные Виктора за это время подтащили на прямую наводку пушки, ну а он сам выяснил, сколько времени у них есть, чтобы помножить на ноль всю магию, захватившую городской парк.

Виктор встал и подошел к разбушевавшемуся собеседнику. Он ловко выхватил из его рук стул, который тот уже был готов разбить о стол, и поставил мебель на место. А потом сжал в железном захвате локоть Кузнецова.

— Послушайте меня, — жестко сказал Виктор. — Исходя из того, что я узнал от вас и других людей, вашей дочери уже нет. Кто-то занял её тело — пусть это будет принцесса из магического королевства. И там, под куполом, сейчас два совершено чужих для вас человека и один дракон, и каждый из них представляет неопознанную угрозу безопасности. Которую я должен ликвидировать, как человек, состоящий на службе у страны. Любыми доступными мне средствами. Так что успокойтесь. Хотите коньяку? У хозяина этого кабинета был в заначке неплохой «Лотрек», — кузнецов покачал головой. — Зря, зря… Кстати, все остальные мои слова были правдой. Ваши местные компаньоны останутся на своих местах. Ну а о том, как извлечь из этого выгоду, вы наверняка знаете лучше меня.

Он налил себе полстакана коричневой жидкости из вычурной бутылки, выпил элитный напиток залпом и занюхал рукавом.

— Ну а теперь, Юрий, мы с вами отправимся на место событий. Посмотрим на эту вашу магию из первых, так сказать, рядов. Пошли.

Последнее слово он произнес так жестко, что Кузнецов подчинился, даже ен задумавшись, а в себя пришел лишь сидя рядом с Виктором на заднем сиденье всё того же «мерседеса».

— Но… зачем так жестоко? Мы же уже договорились.

— Вы ни о чем не договорились, — отрезал Виктор. — Этот паренек не собирался снимать купол и давать нам доступ к магии. А опасность этого ритуала… всё непонятное слишком непредсказуемо. Возможно, последствия будут сравнимы с испытаниями царь-бомбы… помните, при Хрущеве, на Ноовой Земле? Я там был, кстати, совсем желторотым сержантом. Бог знает, зачем мы, срочники, там были нужны, но нагнали. Неприятное место… и я бы не хотел, чтобы ваш город — да и любой другой город России — ждала бы участь тамошних скал. Вы знаете, что под бомбой образовался просто ровный стол? Представьте себе нечто подобное здесь и сейчас. Никого эвакуировать не успеем. При Сталине успели бы, но сейчас нет. Демократия… — это слово он произнес так, словно это было страшное ругательство.