— У вас что-то было?
Щёки моментально начинает жечь. Можно соврать. Наверное. Только Лере я никогда нормально врать не умела.
— Ну… не то чтобы.
— Значит было, — довольно заключает она, и я киваю. — Всё? Прямо всё?
Она хватает меня за руку, а мне хочется провалиться сквозь пол, потому что вот это «после» рассказывать совсем не хочется.
— Лер…
— Всё, поняла. Молчу.
Она улыбается ещё шире, и вот теперь я точно красная до ушей.
— Как?
— Нормально.
Сестра смотрит на меня с таким возмущением, словно лично готовила меня к этому событию девятнадцать лет.
— Это всё, что ты можешь сказать?
Невольно улыбаюсь. Если честно, сказать могу много. Только половину из этого я даже мысленно произносить стесняюсь.
Перед глазами почему-то снова возникает Макс утром. Сонный. Без футболки. Его руки на моей талии. Поцелуй перед уходом.
Улыбка исчезает сама.
— Он даже проводить меня не пришёл.
Лера перестаёт смеяться.
— В смысле?
Пожимаю плечами, стараясь показать, что ничего страшного не произошло.
— Сказал, что проводит. Утром ушёл, обещал позвонить. И всё. Вчера весь день не звонил. Сегодня тоже. Я уже на вокзале сама набрала, но его телефон для меня был недоступен.
Последнюю фразу произношу особенно легко. Почти получилось.
Лера несколько секунд молчит, а потом лицо у неё меняется.
— Вот же кабелина.
— Лер…
— А что «Лер»? Получил своё и испарился. Классика.
И вроде я сама вчера в поезде пришла примерно к такому же выводу. Но слышать это от другого человека почему-то неприятно.
— Может, у него действительно работа.
— Конечно. Секретное задание государственной важности: не написать девушке два слова.
От этого я всё-таки смеюсь.
— Да и плевать на него, — Лера тут же приобнимает меня за плечи. — Зато всё. Нет больше твоего великого ужаса перед первым разом. Теперь можешь спокойно записываться к гинекологу, а не переносить это каждый год.
— Очень стоило ради этого стараться.
— Между прочим, да, — совершенно серьёзно кивает сестра. — Встретишь своего единственного и хотя бы не будешь от каждого прикосновения в обморок падать. Мужчины любят, когда женщина понимает, что делает.
— Отличный совет.
— Я плохого не посоветую.
Вот здесь уже не выдерживаю и смотрю на неё.
— Ты мне именно его и посоветовала.
Лера на мгновение зависает, потом начинает смеяться.
— Ну и как минимум один плюс был?
Макс снова всплывает перед глазами. Бережный. Настолько, что после даже отругал меня за то, что не сказала ему о невинности. И утром был совсем не похож на мужчину, который собирался исчезнуть.
— Наверное, — отвечаю тише.
Лерка не успевает ответить. Стандартная мелодия дверного звонка затапливает квартиру. Лера подскакивает так резко, что едва не сносит коленом журнальный столик.
— Он! Господи, он пришёл. Сюда. Сам.
Она моментально оказывается у зеркала, проводит руками по волосам, поправляет кофту и уже через секунду несётся к двери.
— Лера, ты платье-то…
— Потом! Я даже переодеться не успела. Хотя какая разница? На твоём фоне после поезда я всё равно выгляжу прекрасно.
— Спасибо большое!
— Я любя!
Дверь комнаты захлопывается.
Вот зараза.
Смотрю на себя в зеркало. И действительно — великолепно. Два часа в поезде сделали из меня женщину, которая очень хочет душ, кофе и чтобы все вокруг хотя бы полчаса её не трогали.
Быстро собираю волосы в хвост, смотрю на футболку и джинсы.
Ну и ладно. В конце концов, это же не мой праздник. Моему зятю не со мной жить, а с Лерой.
Натягиваю улыбку на лицо и выхожу из комнаты. В коридоре доносится звонкий голос сестры. Мама что-то спрашивает, Лера смеётся. Делаю ещё несколько шагов и останавливаюсь в дверях.
Сначала вижу только спину.
Высокий мужчина с коротко стриженными волосами стоит ко мне спиной. Чёрная футболка обтягивает накачанный бицепс.
Сердце пропускает удар.
— Алёнка, ну чего ты там встала? — подскакивает ко мне Лера, выталкивая прямо в центр комнаты. — Макс, знакомься, это моя младшая сестра Алёнка. Алён, это Макс.
Господи! Меня лишил невинности жених моей сестры. Абсурднее ситуации быть не может.
Конец первой части.
