Я посмотрела на него.

— Сера рассказывала про книжные шкафы.

— Это была только часть.

— Вы сердились?

— Постоянно.

— И позволяли?

— Это был ее дом тоже.

Он сказал это просто.

Я неожиданно почувствовала тот самый неприятный укол.

Ревность.

Опять.

На этот раз она была сильнее, потому что я уже знала, как выглядит его лицо, когда он смеется. Знала тепло его пальцев. Знала, как он стоит за моей спиной, удерживая тяжелую раму, и как близко оказывается его дыхание.

Эвелина знала гораздо больше.

Восемь лет.

Я положила вилку.

— Вы очень ее любили?

Дарен не сделал вид, что не понял.

— Да.

Ответ был мгновенным.

Я ожидала именно его.

И все равно внутри что-то неприятно сжалось.

— Долго?

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Это странный вопрос.

— Почему?

— Потому что любовь не закончилась в один конкретный день.

Я кивнула.

— Хороший ответ.

— Я не пытался подобрать хороший.

— Тем лучше.

Дарен отпил воды.

— Первые годы были счастливыми.

— А потом?

— Потом болезнь стала сильнее. Исследования заняли почти все ее время. Я начал давить. Она начала скрывать.

— Вы ссорились.

— Много.

— Любовь осталась?

Он долго молчал.

— Да. Но стала другой.

Я смотрела на свечу между нами.

— Вы злитесь на нее?

— Иногда.

— Даже сейчас?

— Особенно сейчас.

Я подняла глаза.

Дарен не улыбался.

— Она умерла, а вы все еще злитесь.

— Смерть не делает человека безупречным.

— И не отменяет любовь.

— Нет.

Я почувствовала, как напряжение внутри немного отпустило.

Если бы он сказал, что Эвелина никогда ничего для него не значила, я бы ему не поверила.

Если бы сказал, что после смерти простил все, тоже.

— Спасибо, — сказала я.

— За что?

— За то, что не пытаетесь сделать первую жену чудовищем, чтобы мне было удобнее.

Дарен посмотрел на меня слишком долго.

— Я не хочу, чтобы вам было удобно за счет лжи.

Я подняла бровь.

Он понял.

— Да. После нашего последнего разговора это звучит особенно неудачно.

— Очень.

— Но я учусь.

— Медленно.

— У меня строгий преподаватель.

Я улыбнулась.

Дарен тоже.

И в эту секунду я впервые почувствовала не просто притяжение.

Опасное желание приблизиться.

Не к красивому мужчине.

К нему.

К человеку, который все еще любил умершую жену, злился на нее, боялся повторить собственные ошибки и пытался научиться говорить мне неприятную правду раньше, чем я сама ее найду.

Я первой отвела взгляд.

После ужина Дарен предложил показать мне северную часть внешнего защитного контура.

Подозрительно безопасная тема.

Я согласилась.

Мы вышли на крытую галерею. Снег уже перестал, воздух был холодным и сухим.

Вдалеке над черными деревьями поднималась белая линия гор.

На дальнем конце галереи серебряная защита уходила вниз по каменной стене.

Я проверила соединение.

— Здесь все нормально.

— Я знаю.

Я выпрямилась.

— Тогда зачем вы меня сюда привели?

Дарен оперся ладонью о каменный парапет.

— Вы третий день смотрите на меня так, будто хотите задать вопрос.

— Я задаю очень много вопросов.

— Другой.

Я помолчала.

— О драконьей форме?

Он кивнул.

— Вы никогда меня не видели.

— Нет.

— И хотите.

— Профессионально.

— Разумеется.

— Мне действительно интересно, насколько сильно меняется источник тепла после превращения.

— Только это?

Я посмотрела на него.

— Нет.

Дарен чуть улыбнулся.

— Честно.

— Вы сами начали требовать честность.

— Тогда идемте.

— Куда?

— Во внутренний двор.

— Сейчас?

— Вы передумаете?

— Нет.

— Тогда сейчас.

Внутренний северный двор находился за хозяйственными постройками. Зимой им почти не пользовались. Пространства между стенами хватало даже крупному дракону.

Я остановилась у каменной арки.

Дарен снял сюртук.

Потом жилет.

Я подняла брови.

— Что?

— Ничего.

— Одежда не превращается вместе со мной.

— Я понимаю.

— Судя по лицу, вы только сейчас об этом подумали.

— Я думала о магической стороне вопроса.

— Конечно.

У стены стоял закрытый деревянный шкаф.

Дарен сложил туда одежду.

Остался в рубашке и брюках, затем посмотрел на меня.

— За аркой есть теплая комната.

— Вы хотите, чтобы я ушла?

— На минуту.

— Очень деликатно.

— Я стараюсь.

Я вошла в небольшую комнату и закрыла дверь.

Через несколько секунд снаружи донесся тяжелый звук.

Потом еще один.

Камень под ногами едва заметно дрогнул.

Никакого грохота магии.

Никаких вспышек.

Только движение большого тела там, где секунду назад стоял человек.

В дверь постучали.

Один раз.

Я открыла.

И остановилась.

Я видела драконов раньше.

Издалека.

На военных парадах, над столицей, однажды на берегу моря.

Но расстояние совершенно меняло представление о размере.

Дарен занимал почти треть двора.

Темная чешуя была не черной, как показалось сначала, а графитовой, с теплым металлическим оттенком по краям. Длинная шея, мощная грудь, сложенные вдоль тела крылья. Голова находилась выше крыши галереи.

Он не выглядел сказочным существом.

Слишком тяжелый.

Слишком настоящий.

Под передней лапой снег просел почти до камня.

Дарен повернул голову.

Темно-серые глаза остались узнаваемыми.

Только зрачок стал уже.

— Это вы? — спросила я.

Дракон медленно моргнул.

— Очень убедительно.

Из ноздрей вышел теплый пар.

Я подошла на несколько шагов.

Он не двигался.

— Можно ближе?

Дарен опустил голову.

Я решила считать это согласием.

Чем ближе подходила, тем сильнее чувствовала тепло.

Не жар печи.

Температуру живого тела.

У основания шеи между крупными пластинами чешуя становилась мельче.

Я остановилась на расстоянии вытянутой руки.

— Можно коснуться?

Дарен повернул голову чуть в сторону, открывая участок шеи.

Я подняла ладонь.

Первое прикосновение оказалось совсем не таким, как я представляла.

Чешуя не была холодной и твердой, как металл. Верхняя пластина действительно была плотной, но между отдельными сегментами ощущалась гибкая теплая кожа.

Я провела пальцами вдоль края одной чешуйки.

Под ладонью двигалась мышца.

Дарен тихо выдохнул.

Теплый воздух прошел по моим волосам.

— Вы чувствуете это?

Он моргнул.

Я улыбнулась.

— Глупый вопрос.

Дракон осторожно опустил голову ниже.

Я коснулась места за костным выступом на шее.

Температура здесь была выше.

— Значит, после превращения жар распределяется по всему телу.

Дарен издал низкий звук.

Не рычание.

Скорее недовольство.

— Что? Я действительно исследую.

Он снова выдохнул.

— И мне любопытно.

Еще один звук.

Я рассмеялась.

— Хорошо. Очень любопытно.

Я убрала руку.

Почему-то не хотелось.

— Обратно?

Дарен отступил.

Я вернулась за дверь теплой комнаты.

На этот раз превращение заняло чуть дольше.

Когда он постучал, я подождала несколько секунд, прежде чем выйти.

Дарен стоял у шкафа уже в брюках и рубашке, но не успел застегнуть ее полностью.

Я посмотрела.

И сразу поняла, что профессиональной частью этого вечера больше прикрыться не получится.

На груди осталась легкая краснота после превращения. Кожа была горячей, волосы влажными у висков.

Он заметил мой взгляд.

Я подняла глаза к его лицу.

Золотистое кольцо вокруг зрачков стало ярче.