Малая гостинная, где королева принимала самых близких гостей, оказалась неожиданно уютной для замка таких размеров. Это была круглая комната в одной из башен Серебряного Замка, с высокими стрельчатыми окнами, выходящими на три стороны. Сквозь цветные витражи — синие, серебряные, бледно-зелёные — в комнату лился мягкий сумеречный свет, смешиваясь с золотистым сиянием свечей. Стены здесь были не каменными, а обшитыми светлым деревом, и на них, вместо гобеленов с батальными сценами, висели искусные изображения лесных пейзажей: горные водопады, заснеженные вершины, олени у ручья. Всё дышало покоем.

Стол, накрытый на три персоны, был круглым — не длинным, как в пиршественных залах, — и это сразу создавало атмосферу равенства и близости. Его покрывала скатерть из тончайшего серебристого льна, расшитая по краям крошечными волчьими головами. В центре стола стоял невысокий букет из белых цветов, названия которых Лианна не знала, — они светились изнутри, как будто в их лепестках запутался лунный свет. Тарелки были из белого фарфора с золотой каймой — не оловянные, как в Вороньем Гнезде, а тонкие, почти прозрачные на просвет. Кубки — из горного хрусталя, и вино в них переливалось рубиновыми искрами.

Королева Морвейна уже сидела во главе стола. Сегодня она была не в парадном плаще, а в платье из тёмно-зелёного атласа, расшитом золотыми нитями по вырезу и рукавам. Её чёрные волосы, перевитые серебряными прядями, были уложены в высокую причёску, скреплённую золотыми шпильками с изумрудами. На шее мерцало ожерелье — тонкая золотая цепь с крупным зелёным камнем, который, казалось, пульсировал в такт биению её сердца. Она выглядела царственно — но не холодно. В её глазах, устремлённых на вошедших, читался живой интерес.

— Наконец-то, — произнесла она, когда Эйнар и Лианна переступили порог. — Я уже начала думать, что вы заблудились в коридорах. Это случается с гостями. Замок большой, а карту мы не выдаём.

— Мы просто не хотели заставлять вас ждать слишком голодной, — ответил Эйнар, подходя к столу. Он помог Лианне сесть — отодвинул стул, поправил шлейф её платья, — и только потом занял своё место напротив королевы.

— Как ты себя чувствуешь, Эйнар? — спросила Морвейна, и её голос стал серьёзнее.

— Намного лучше, тётя. Пламя почти завершило свою работу. Ещё один-два сеанса — и я буду полностью здоров.

— Хорошо. — Она кивнула и перевела взгляд на Лианну. — А вы, леди Лианна? Как вам ваши покои? Всё ли в порядке?

— Покои прекрасны, ваше величество, — ответила Лианна. — Я никогда не видела такой красоты. И такого внимания к деталям.

— Я рада. И пожалуйста, зовите меня Морвейной. Мы не на официальном приёме. — Королева чуть улыбнулась. — К тому же, как я уже говорила, мы скоро станем семьёй. А семья не должна обращаться друг к другу по титулам.

— Хорошо... Морвейна, — произнесла Лианна, и это имя, такое непривычное для слуха, прозвучало удивительно тепло.

Слуги начали подавать ужин. Лианна ожидала увидеть что-то похожее на пиры в Вороньем Гнезде — горы жареного мяса, истекающие жиром окорока, тяжёлые пироги. Но еда в Верхейме оказалась совсем иной. Первым блюдом был лёгкий суп из белых грибов с лесными травами, поданный в маленьких фарфоровых чашах. За ним последовала форель, запечённая в тонком слое теста с лимоном и можжевеловыми ягодами, — нежная, тающая на языке, с хрустящей корочкой. Потом принесли салат из свежей зелени с козьим сыром, приправленный ореховым маслом и каплей мёда, — Лианна даже не знала, что салат можно есть так, с таким наслаждением. Основным блюдом стала оленина, тушённая в красном вине с кореньями, — мясо было таким мягким, что его не нужно было резать, оно само распадалось на волокна. К нему подали запечённые яблоки с корицей и горный мёд в сотах — густой, золотистый, пахнущий разнотравьем. Вместо тяжёлого эля на стол поставили графины с легким белым вином и кувшины с ледяным ягодным морсом.

— Здесь всё такое... лёгкое, — заметила Лианна, пробуя оленину. — Я привыкла к другой еде. В Вороньем Гнезде подают гораздо больше мяса, жареного, копчёного, и почти нет овощей.

— Наш народ живёт в гармонии с природой, — ответила королева. — Мы едим то, что даёт земля, а не только то, что можно убить на охоте. Мясо — это хорошо, но овощи, травы, грибы — они тоже важны. Особенно для исцеления. — Она бросила короткий взгляд на Эйнара. — Тебе, кстати, нужно есть больше зелени. Лекарь сказал, это ускоряет выведение яда.

— Я так и делаю, — ответил Эйнар, поднося ко рту кусочек форели.

— Неправда, — возразила Морвейна. — Я знаю, что ты ешь. Ты всегда предпочитал мясо.

— Меня выдал кто-то из слуг?

— Меня не нужно предупреждать. Я королева. Я знаю всё.

Эйнар усмехнулся и покачал головой, а Лианна, глядя на них, почувствовала, как её губы расплываются в улыбке. Эти двое — королева и принц — говорили друг с другом не как правительница и наследник, а как тётя и племянник, которые любят друг друга и не боятся подшучивать. Это было так непохоже на то, к чему она привыкла в родном замке, где каждое слово было пропитано холодом и расчётом.

Когда подали десерт — воздушный мусс из лесных ягод с карамельной корочкой, — разговор перешёл на дела.

— Пока тебя не было, — произнесла Морвейна, поворачиваясь к Эйнару, — приходило посольство из Каменного Предела. Гномы хотят продлить торговый договор. У них новые рудники в восточных копях, и они предлагают нам долю в обмен на защиту караванов. Я хотела дождаться тебя, прежде чем давать ответ.

— Защита караванов? — Эйнар нахмурился. — Это значит, что на торговых путях неспокойно.

— Да. Разбойники с восточных болот. Несколько нападений за последние месяцы. Гномы потеряли два каравана. Они просят нас о помощи, и я думаю, это хорошая возможность укрепить союз.

— Я займусь этим, — сказал Эйнар. — Роан и Сигурд смогут возглавить отряд.

— Хорошо. — Морвейна кивнула и отпила вина. — Ещё один вопрос. Эльфийский князь прислал письмо. Они хотят обсудить границы Светлого Леса. Там что-то произошло — то ли пожар, то ли вырубка их священных деревьев, — они обвиняют наших охотников.

— Наши охотники не заходят так далеко на юг, — возразил Эйнар.

— Я знаю. Именно поэтому нужно разобраться. Я хочу, чтобы ты поехал туда лично. Как принц, а не как наёмник.

— Я поеду. Но не сейчас. — Эйнар бросил взгляд на Лианну. — Сначала я должен закончить кое-какие дела здесь. Более... личные.

Королева проследила за его взглядом и понимающе кивнула.

— Я не тороплю. Эльфы подождут. Они живут вечно, им спешить некуда.

— А ещё они ужасно обидчивы, — заметил Эйнар.

Лианна рассмеялась — тихо, но искренне. Королева перевела на неё взгляд, и в её зелёных глазах блеснуло что-то, похожее на одобрение.

— Вы смеётесь, леди Лианна, — произнесла она. — Это редкий дар. Мой племянник почти не умеет смеяться. Может быть, вы научите его.

— Я пытаюсь, — ответила Лианна. — Но он слишком серьёзен.

— Я не серьёзен, — возразил Эйнар. — Я просто... сдержан.

— Сдержан, — повторила Морвейна с усмешкой. — Конечно. Именно так это и называется.

Ужин продолжался до позднего вечера. Они говорили о многом: о политике, о предстоящей свадьбе, о том, как Лианна осваивается в Верхейме. Королева расспрашивала её о детстве, о книгах, которые она читала, о мэтре Бейле и даже о Кайле — и слушала с неподдельным интересом. Лианна, поначалу робевшая, постепенно расслабилась и даже рассказала несколько забавных историй о том, как они с Эйнаром учились читать по «Сказаниям о Звёздных Королях».

— Я помню эту книгу, — произнёс Эйнар. — Там был дракон и рыцарь. Я тогда путал «р» и «л».

— Ты и сейчас иногда путаешь, — поддела его Лианна.

— Неправда.

— Правда. Когда устаёшь или злишься. У тебя проскальзывает акцент на нашем всеобщем языке.

— Это не акцент. Это особенность произношения.

— Конечно, — кивнула Морвейна. — Особенность. Именно так это и называется.

Все трое рассмеялись. За окнами уже давно стемнело, звёзды сияли в небе над Лунным Чертогом, а в малой столовой всё ещё горели свечи и звучали голоса. Лианна чувствовала, как в груди разливается тепло — то самое, которое она когда-то давно, в детстве, испытывала рядом с матерью. Тепло дома. Тепло семьи. Здесь, среди оборотней и магии, она была своей.