— Несправедливо… — Вырвали меня из раздумий чьи-то слова. Вернее даже шепот. Едва слышимый. Но я уловил это колебание воздуха. Этот звук. Пускай породивший его и стоял уже за сотню метров.

— Чем несправедливо, старик? — Толпа дрогнула от моего голоса. Вспыхнули покровы. Трава и кустарники пожухли, начав обугливаться. А я с неудовольствием отметил, что стихии начали выходить из-под контроля. Одного момента задумчивости хватило, чтобы вместо просто вопроса я надавил на целую толпу мастеров. И хвала небу, здесь не было никого слабее. Отбор мы проводили за городом. Хотя и в Эдеме средний уровень сил зашкаливал. Столица дистрикта. В ней собирали только самых… На удивление, не самых богатых, ибо богатство в современном мире исчезло как термин. Ты или был силен. Или был ничтожеством. Но помимо этого ценились и личные качества и умения. Лекари, артефакторы, умельцы, редкие обладатели крайне специфических стихий и умений. Пускай артефакторы, те, что без умений, пока что максимум могли делать светящиеся кристаллы, были и не так полезны. Но в них был потенциал. Поэтому им и дозволяли жить здесь.

— Несправедливо заниматься отбором только по внешнему виду и формальным параметрам. Звезды решают не все. Как и стихии. — Ни сколь не смутившись, ответил мне пожилой мастер, которого я отбраковал. Он не прошел лишь чуть. Но не прошел. А я не собирался раздувать свою гвардию сверх меры. Их контракты и так значили многое. Они рисковали. Рисковали тем, что я мог в любой момент забрать их в кольцах, неся на миссию. И даже не говоря про риски умереть в бою, они рисковали собственной свободой, если я умру, так и не выпустив их. За это полагалось платить. И платить немало. И даже если для многих граждан, хотя и чаще только тех, кто жил в «привилегированных» городах, был даже безусловный базовый доход в кристаллах низкого грейда, мне из своей доли тоже пришлось выделять часть.

Это я еще долго думал над тем, почему бы мне не вложиться кристаллами четвертого этапа в самых перспективных, чтобы провернуть с ними такой же финт ушами, что и Саманта со мной. План выглядел надежным, как швейцарские часы, пока я в долгих разговорах снова не убедился, что становление владыкой считалось чем-то из ряда вон выходящим. Весь мой опыт, личный, и даже наблюдение за бандитом-молниевиком, было исключением из правил.

Большинство же, даже застыв в верхней точке мастера, даже сжирая кристаллы четвертого этапа, скорее травились ими, получая травмы. Но не возвышались. Правда, у меня был еще и золотой песок. И можно было рискнуть им. Зачем? А все для того же. Для прибыли. Один флаер уже прибыл вчера, высыпав мне гору «зарплаты». Гора состояла из одной капли четвертого этапа, нескольких сотен третьего. Ну и многих тонн кристаллов поменьше, если бы они хоть что-то весили, а не парили вопреки законам физики.

Размер «зарплаты» был прямо пропорционален размеру дистрикта и соответственно тому, что добывали дроиды и артели охотников в паутине, входя туда с моей территории. Так что еще один вассальный владыка мог бы поднять мне доходы, как и я сейчас поднимал доходы Саманте, отдавая половину. Это было тяжело. Разбираться во всех этих хитросплетениях, интригах и политике. И хотя мой разум с легкостью вмещал все это. Но мне было тяжело чисто психически. Ведь я привык к свободе. К битвам. К тому, что вся добыча достается нам с Нелл. Правда, и жалеть о решении я не мог. Ведь продолжай мы быть одиночками, и наши заработки бы начали сильно падать.

Катастрофически, я бы сказал. Ибо я успел уже и посмотреть сотни видеозаписей с дроидов, показывающих «охоту». И надо сказать, зрелище это было удручающее. Пугающее тем, что человечество выжигало намертво все окружающие миры, делая это слишком быстро. Наша экспансия прокатилась волной по тысячам локусов. Не без трудностей. Не без проблем. Законы Неба наказывали и дроидов, и тех, кто ими управлял. Говорят, в начале многие высокопоставленные практики тоже распадались в пыль, пока не был нащупан «условно безопасный путь». Так что большинство миров сохраняли свою экосистему. Законы неба были интуитивно понятны. Выжигать лес ради охоты на зайцев нельзя. Но вот прицельно расстрелять каждого зайца? По пути сломав половину леса? Вполне себе. Это законы дозволяли. Как и дозволяли применять сколько угодно ядерных зарядов против сильных врагов, если целю была победа, а не геноцид. И с этим тоже была беда. Дефицит боеголовок. Такой дефицит, что тот шок в глазах Саманты в ответ на мою жадность теперь мне был абсолютно понятен. Человечество исчерпало свои стратегические запасы. А производить даже термояд в условиях апокалипсиса было откровенно сложно. Именно поэтому мои личные запасы в тридцать пять зарядов можно было счесть невероятным расположением и щедростью.

— Артур лично проверял наши силы в бою. Оценивал возможности. Ведь и тогда пол сотни пиковых мастеров смогли его напрячь, заставив выложиться на полную. А ведь он был сильным владыкой. — Закончил свой манифест старик. И с явным намеком на то, что моими действиями он был недоволен.

— Считаешь, я вас недооцениваю? Считаешь, я преувеличиваю свои силы? Считаешь, я тщеславен? — Мой голос прокатился по округе. И во взглядах многих адептов я снова это увидел. Недоверие. Презрение. Та непонятная гамма чувств, что испытывают к новому начальнику, когда прошел слух, что он выскочка и будет устанавливать новые порядки. А я действительно принялся кое-что менять, не стесняясь плевать на чужое мнение. Они пытались это скрыть. Но адепты… Мы не привыкли прятать свои эмоции. Ведь наши эмоции и стремления и становились нашим «Путем». Другие, те кто заткнулись бы вовсе, вряд ли бы достигли такой силы.

— Многие здесь так могут думать… — Уклончиво ответил Педро. Хотя и это было откровенно смелым поступком. Перечить владыке могло оказаться опасно для здоровья и жизни.

— Я ценю честность. Так что сделай одолжение. В следующий раз говори все открыто и сразу. Ведь остальные тут, кажется, вообще маленькие девочки и мальчики, что стесняются сказать о своих чувствах. Стоят, застенчиво, мнутся… Может быть, копят обидки… — Мой голос стал настолько презрительным, насколько это вообще было возможно. Ведь я в идеале мог скопировать любую интонацию. Снизу, словно бы вскипая, поднялась волна стихий. Каждый себя сдерживал. Вокруг каждого сила колыхнулась лишь едва-едва. Но и этого хватило, чтобы от почти сотни адептов вверх поднялся хаос энергий.

— Говоришь, Артур проверял вас боем? Хорошо. Как насчет боя меня против вас всех. Я не буду применять атакующие техники кроме покрова. Не буду выплескивать стихии. И не буду даже держать оружие. — На этих словах в моих руках появился посох. Просто деревянная палка, которую я окружил аурой энергий. После чего рухнул вниз, оказываясь почти в центре толпы. И все, кто стоял рядом, напряглись, готовые атаковать. Но не начиная.

— И чего вы мнетесь? Думаете, если застенчиво переступать с ножки на ножку, то вы сможете стать сильнее? Нифига. Тогда вам лучше вообще уйти отсюда. Мне не нужны слабые адепты. А сила дается лишь тем, кто готов пойти до конца. И выйти за грань, отбросив сомнения… — Только я договорил последнее слово, упавшее набатом. И мир вспыхнул. Один из адептов смазанной тенью оказался рядом, обрушивая на меня сразу шесть ударов мечами. Один настоящий и пять фантомных, сотканных из ци.

Хлопок! — Тело отреагировало само. Подчиняясь единственному приказу. Перестать сдерживаться. Перестать сдерживаться так же, как и в том бою, воспоминания о котором до сих пор захлестывали меня. Дух внутри вспыхнул. На самую малую мощность. Лишь чтобы своим отсветом напитать всю энергосистему, осветить ее, как лампочка освещает комнату. Энергетический экзоскелет включился в работу, хотя я и сам не особо понимал, как он сейчас работал. Но в итоге воздух просто вскипел под моей рукой, с хлопком рвясь. А адепта куклой отбросило куда-то, промяв его покров насквозь. Наверняка он получил серьезные травмы. Вот только я-то планировал продемонстрировать свою силу без смертей…