Бравые молодцы уводили их всех под свист и улюлюканье толпы.

Вельбор стоял неподвижно, лишь брови его удивлённо приподнялись, а губы сжались в тонкую линию.

— Это что сейчас было? — спросила Аня, поёжившись, переводя взгляд с Добронеги на Вельбора.

Царевич посмотрел на пустой кубок в руках стражника, потом на Аню. В его глазах на мгновение мелькнула искорка смеха, но тут же погасла.

— На зелье правды похоже, — пожала тётушка плечами. — Одного не пойму, какого чёрта он его принял?

— Я думаю, зелье не ему предназначалось, — весело улыбнулась Веста, глядя с обожанием на царевича.

Когда все, кроме Антипкиной семьи, вернулись в терем, Аня была полна решимости. Она поймает Вельбора прямо сейчас и поговорит с ним.

— Вельбор! — окликнула она его в прихожем зале.

Он обернулся, глядя на девушку со смертельной тоской в глазах.

— Не сейчас, Аня. — тихо сказал он и не давая сказать ей больше ни слова, буквально растворился в тенях одного из коридоров.

— А когда? — прошептала она в пустоту.

До Нового года оставалось чуть больше суток

Глава 22

Ночью Аня спала урывками, постоянно просыпаясь. Ей в разных вариациях снилось, что она опоздала. Каждый раз она наклонялась и поднимала с земли потрёпанную мягкую игрушку — плюшевого зайчика с пуговицей вместо одного глаза. Зайчик смотрел на неё с грустью, и сердце девушки даже во сне разбивалось на тысячи маленьких кусочков.

Мучительные сны прекратились только с рассветом, и Аня смогла хоть немного отдохнуть. Поэтому, проснувшись, она ужаснулась, глядя на высоко стоящее за слюдяным окном солнце.

— Велик! — вскочила она и принялась быстро одеваться. — Нужно срочно его найти.

Девушка выскочила в коридор и побежала к покоям царевича.

В тереме кипела жизнь: слуги под руководством Добронеги и новой экономки развешивали по стенам пушистые хвойные гирлянды, в воздухе плыл сосновый запах, смешиваясь с ароматом сдобы с корицей. Всё сияло, намывалось и наряжалось к празднику.

— Простите, а где Вельбор? — Аня поймала Добронегу в коридоре после того, как не обнаружила его в покоях. — Мне с ним срочно поговорить нужно!

— Ушёл куда-то, — мягко ответила та, поправляя на себе праздничную ленту. — Всё утро его не видела. Но ты не волнуйся, детка, он вернётся. Не просто ему сейчас.

А если не вернётся? — с ужасом подумала она и помчалась дальше по терему.

Нигде царевича не было.

Веста, облачённая в нежно-голубое платье, пыталась отвлечь сестру рассказами о родителях, о доме, но та слушала вполуха. До полуночи осталось не так много времени.

— Я на улицу хочу выйти, — оборвала на полуслове сестру Аня. — Вдруг Велик в конюшне. Составишь мне компанию?

Вместе они сбегали в конюшню, но старый Прохор уверил их, что царевича сегодня не видел, правда, лошади одной не было. Может, в город подался?

В город Аня не поехала. Девушка побоялась, что они могут разминуться. Оставалось только вернуться в терем и ждать.

На праздничный ужин прибыл только волшебник Светозар, больше гостей не было. Он, тётушка и сёстры расселись за нарядным столом. Разговор не клеился.

Вельбор появился, когда солнце уже давно скрылось за горизонтом, а Белолесье погрузилось в прозрачные сумерки. Он вошёл в украшенную трапезную внезапно: обветренный, со следами инея на воротнике кафтана и снежинками в волосах. В голубых, как лёд, глазах застыла тихая решимость.

— Велик! — Аня облегчённо выдохнула и вскочила. — Где ты был? Нам нужно…

— Подожди, Аня, — прервал он её. — У нас мало времени. Прошу, сначала выслушайте меня.

Он обвёл всех присутствующих взглядом и заговорил. В голосе его звучали прощальные нотки.

— Власть и престол я оставляю тебе, тётушка.

— Иш чё удумал! — поджала тонкие губы старуха. — Если ты забыл, то я в соседнем царстве государыня.

Велик слова её проигнорировал и перевёл взгляд на Аню.

— Но тётушка не сможет править вечно. Да к тому же двумя государствами.

Девушка замерла в попытках понять, что же он имеет в виду.

— Так как наследников, кроме тех, что сейчас сидят под замком, у нас нет, то я прошу тебя стать приёмницей Добронеги. И в будущем — Царицей Белолесья.

Аня от такой новости почувствовала, как волосы на её затылке встали дыбом.

Он всё решил.

— Ты сильная, ты видела жизнь с самых неприглядных сторон и знаешь ей цену. Кто, как не ты, сможет сделать народ счастливее? Ты… ты лучшее, что я могу пожелать моей земле и моим подданным.

Он говорил так искренне, с такой горькой любовью, что у Ани перехватило дыхание. Он правда прощался. Она вдруг разозлилась.

— Не хочу я быть царицей без царя! — девушка топнула ногой и упёрла руки в бока. — И приёмницей быть не хочу!

Царевич осёкся, и взгляд его совсем потух.

— Не хочешь… — выдохнул он.

Тут до Ани дошло, что Вельбор её не понял и подумал, что она с его царством вообще дел иметь не хочет, и она звонко рассмеялась. Добронега со Светозаром сидели как мышки, затаив дыхание, и пялились на молодых людей.

— Ну ты и тормоз! — девушка сделала шаг к царевичу. — Я без тебя ничего этого не хочу. Ни короны, ни царства. Ты мне… ты мне не безразличен. О боже! Почему самый первый раз я должна говорить это при всех?! Я женой твоей стать согласна.

Добронега радостно ударила кулачком по столу, напугав при этом волшебника.

До Вельбора доходило медленно. Он стоял, приоткрыв рот, и в его глазах забрезжил крохотный огонёк надежды.

— Что там для обряда нужно? — Аня обернулась к Светозару. — Тётушка с Вестой свидетелями будут и гостями заодно.

Царевич наконец отмер, сгреб девушку в охапку и закружил по трапезной, едва не снеся угощение со стола.

— Как же я люблю тебя! — он остановился и посмотрел Ане в глаза. Лицо его вдруг стало надменным, как в день, когда они встретились. — Я не позволю, чтобы свадьба наша прошла без гостей и гуляний!

Девушка опешила и сделала шаг назад, но Велик тут же рассмеялся.

— Поехали в город, на площадь! Разделим торжество и радость с нашим народом.

Сборы были молниеносными, и вскоре все уже сидели в карете, которая неслась по заснеженным улицам как угорелая. Тётушкин попугай кряхтел в клетке, накрытой тёплой шалью. Его клёкот выражал всё, что он думает о зимних ночных поездках непонятно куда.

На площади вовсю шло гуляние: горели костры, люди смеялись и пили медовуху. Когда на вчерашний помост поднялся царевич с Аней, толпа замерла.

Светозар вышел вперёд. Его голос, необычно громкий, разнёсся над городом. Обряд был коротким, но торжественным. Вельбор вручил Весте, как единственной родственнице, часть выкупа за невесту — мешок золота. Остальную же часть решили отдать тогда, когда прибудут родители девушки. Добронега распустила волосы Ани, разделила на две части и ловко заплела ей две косы — символ замужней женщины. Затем надела на голову расшитый жемчугом и самоцветами головной убор.

Когда волшебник велел им скрепить союз, Вельбор притянул Аню к себе и впервые поцеловал, не встретив сомнений и сопротивления.

Народ кричал и кидал шапки в небо, поздравляя молодожёнов.

— И всё-таки, Светозар, — шепнула девушка старику, когда царевич выпустил её из объятий, — вы были жестоки. Закинуть парня в чужой мир, рисковать им… Я ведь могла и не найти его.

Волшебник хитро прищурился, поглаживая бороду.

— Эх, девочка… Я ведь с самого твоего рождения знал, что вы друг другу предназначены.Сон мне был вещий. Вельбор-то тогда уже игрушкой был, я его у себя держал, ждал, когда срок заклятия подойдёт. — Он снял очки и протёр их полой кафтана. — А как ты случайно в другой мир провалилась, отправил суженого за тобой. Знал, что найдёте друг друга.

В этот момент над площадью пронёсся глубокий звон колокола. Полночь. В больших песочных часах последние песчинки упали вниз. Вельбор замер, его лицо напряглось. Он медленно расстегнул пуговицы кафтана и задрал край рубахи.