Фраза, произнесенная мамой, выбила из колеи. После нашего разговора не смогла сесть за руль и приехать домой. Бросила все дела на работе и отправилась пешком по городу. Пять лет уговариваю ее приехать жить ко мне, а она все отнекивается. И в последнем разговоре ничего не обсудили.

Надо, видимо, самой ехать туда. Всё продать и увести её. Сама она на это не решиться, да и не сможет продать там всё. Обманут ещё.

Пока обдумывала возникшую ситуацию, несколько раз звонил телефон, но мне не хотелось ни с кем разговаривать. Для начала, надо успокоиться.

Сколько времени бродила по городу, даже не знаю. Поток мыслей, представляющий и перебирающий варианты, прервался, когда кто-то, неожиданно, взял за руку. Нет, не напугало, удивилась, скорее всего. Но что он тут делает? Как меня нашел?

— Тебя и на машине не догонишь, — Эрик обнял, его размеренно-спокойный голос звучал нежно и уверенно. — Что случилось? Ну, только не молчи, пожалуйста. Объясни.

— Мама, — только и смогла выговорить и уткнулась в него.

Приобнял за плечо и не торопясь повел к машине, я же обреченно шагала рядом. Открыл заднюю дверь машины и подтолкнул слегка. Когда устроилась, сам сел рядом.

— А теперь, рассказывай, — выговорил спокойно, усаживая меня на колени и обнимая.

Но не смогла рассказать ему всего, надо успокоиться самой. А как? Он терпеливо ждал. Хотя, о каком спокойствии может идти речь после таких слов? Вылила на него все свои мысли, предположения и страхи. Он молчал, тяжело вздыхая.

— Сколько раз тебе говорил: забери её. У тебя квартира, будет где ей жить. Неужели она думает, что мы не сможем позаботиться о ней.

— Ты не понимаешь! — возмущенно восклицаю, глядя на него. — Она будет считать себя обузой. Сама не решится на переезд.

— Тогда мы поедем и заберём её, — подвёл он итог.

— Как!?! — не моргая, уставилась на него.

Вздохнул, полез в карман плаща и вытащил телефон. Представил его мне, как доказательство. Нажал две кнопки и в салоне автомобиля раздались тихие гудки.

— Тео, — так звали его секретаря, — я беру отпуск недели на две. Если задержусь, сообщу позднее. Да, пожалуйста, забронируй два билета., хотя нет... это позже. Перезвоню, — он отключился и внимательно посмотрел на меня. — Мы летим или нет!? — немного возмущенно спрашивает он.

— Ты полетишь со мной? — удивляюсь, но осознание поддержки приятно, возвращаться в родные земли не осмелилась бы. Да и мама видела его только на фотографии, — подумалось вдруг, — познакомяться.

— Одну не отпущу, — тоном не принимавшим возражения заговорил он, да я и не против. — А потом, не был в отпуске четыре года и все по твоей вине — трудоголик!

— Эта поездка мало похожа на отпуск.

И, в принципе, оказалась права. Во-первых: он не представлял в куда едет. Во-вторых: он не представлял условия жизни. Хотя за эти шесть лет моего отсутствия часто слышала что-то весьма положительное и лестное. Улучшились условия жизни и так далее, и тому подобное. Я-то прекрасно знаю, в основном, это на словах, на деле же все несколько не так как хотелось бы.

Аэропорт встретил нас запахом загаженного воздуха, отчего мой муж сморщил нос. А чего ожидал? Страна, так называемого, третьего мира, в его понимании.

Полностью отстранила его от разговоров с водителями, прекрасно зная как наживаются таксисты на иностранцах. Здесь, я была своим человеком. Странно, но язык ворочался, на родном русском, с трудом. Отвыкла?

Вещей мы взяли немного, только по чемодану, благо они на колесиках. Эрик долго возмущался моим препирательствам с водителями по поводу цены. Ладно, об этом не стоит долго рассказывать.

Уже апрель, середина весны, но температура поднимается как французское лето: +15, +20, а то все +27. Но в отличие от умеренно-континентального климата Парижа и его пригородов, здесь климат резко-континентальный. И если там, за бугром, весна набирает сочность и краски постепенно, то здесь, все может распуститься и зацвести за неделю.

Сирень уже отцветает. Вишня и яблони в самом разгаре цветения. Весь город утопает в яркой, сочной весенней зелени. Вот только воздух не очень чистый. Постоянный сизый дымок, несмотря на близость гор. Хотя, весной ветра и частые дожди очищают воздух, а вот летом пекло неимоверное.

Эрик едет в такси и глазеет по сторонам. Замечаю, что делаю тоже самое. Не узнала собственный город. Много всякого понастроили. И, как всегда, автомобильные салоны, магазины, аптеки — все держится на купле-продаже. Не страна — огромный базар, их, кстати, тут несчетное количество.

Маме не сообщили о своём приезде, естественно — последствия спонтанных решений. Поэтому увидив нас на пороге квартиры она не то что обрадовалась, скорее удивилась. Первые минуты только молчала и смотрела, то на меня, то на Эрика. Обнимала тоже молча, даже разговаривать не могла. Вот так сюрприз.

Ещё по дороге пыталась объяснить мужу, что в гостинице мы жить не будем. Я то прекрасно сознаю «непонимание» мамы, а вот ему такое в новинку. Но обидеть её не хотел. Поэтому смирился.

Что интересно, все две недели, проведенные вместе, она разговаривала с Эриком по душам, на кухне, вечерами, естественно, по-русски. Он слушал внимательно, кивал, но ни черта не понимал, хоть и старался. Искренне восхищалась его терпеливостью и желанием помочь.

Да и мама его полюбила и приняла, даже больше чем Тьерри. Всегда целовала его в щечку, когда он уходил. Даже крестила. В спину, чтобы не видел.

Удивляться приходилось на каждом шагу. А цены на квартиры? С ума сойти! В самом центре города, почти такие же как в Париже!?

Я уезжала отсюда, можно сказать, нищей.

Эрику предстоит разъезжать по городу: регистрации, посольства, документы. Он, естественно, плохо ориентируется в чужом городе, к тому же, нанимать такси каждый день — дорого. Благо, живы старые соседи, которые помнят меня. Дядю Гришу, соседа напротив, уболтала на почасовую работу водителем, по договорной цене. И ему — прибыль, и мне спокойнее.

Квартирой занялась сама. Маклером оказался бывший одноклассник, звали его Саша Косых. Впрочем, не узнала его, он первый.

— Карабельникова! Катька! Ты!?! Ну, мадама, даешь!

Только вот мне не очень хотелось со всеми встречаться. Да, «встреча с прошлым» оказалась спонтанной, незапланированной, но никак не приятной. Поэтому-то, до сих пор, меня нет ни в одной социальной сети. Ни в «одноклассниках» не найдёшь, ни в Фейсбуке и ВКонтакте.

Ну, вот такая я, нет меня, уехала — все концы в воду.

В общем, за одной встречей «с прошлым», последовали другие. Бывшие женихи — и откуда только взялись? при жизни в городе детства не имелось ни одного! — почувствовали себя лохами и взъелись. Один даже напился и пришел выяснять отношения с Эриком, да так, что мы вынуждены были вызывать милицию.., полицию, конечно же.

Одно хорошо — прошлые знакомства пригодились — быстро управились со всей волокитой по квартире.

Летели обратно... все же, вдвоём.

В последний момент, уже в аэропорту, перед посадкой к отлету, мама передумала уезжать. С самого начала и ждала подобного спонтанного решения, и боялась его. Но понимала, трудно ей решиться на такой шаг. Нам, молодым, легче порвать путы, тем более, когда их изначально не имелось. Пришлось переносить рейс. Заново покупать квартиру.

Вот только, принять её решение оказалось непросто — отпустить — так же, как когда-то ей... меня. Нелегко.

За три недели вымоталась невероятно, да и эмоций хватило, через край, после экскурса в прошлое.

Теперь для меня, пятница — день особый, даже приучил себя и Катрин не задерживаться на работе. Подъезжаю к ее офису, усаживаю рядом с собой в машину и везу в какой-нибудь ресторанчик. Не, как приучил, просто пятницу старался превратить в маленькое приключение и отдых.