— Тьерри... – вздохнула, намереваясь объяснять непреложные истины.

— Катú, не торопись. Я действительно ехал за тобой, поверь мне. Да, наговорил многое, пытаясь тебе всё объяснить и возможно запутал и напугал. Но сейчас, когда ты сидишь у меня на коленях, нисколько не сомневаюсь в своих желаниях.

— Тьерри...

— Мы не чужие друг другу. Дай мне шанс, пожалуйста. Дай шанс нам двоим.

Смотрела в его карие глаза и понимала, что легко не будет, с таким-то грузом как у него. Спрашивала себя: смогу ли я отбросить его прошлое?

— Тьерри! — почти разозлилась и слегка толкнула его. — Пойми, если ты изменишь мне с другой женщиной — я пойму, но не прощу! А если изменишь с мужчиной — не пойму и простить не захочу! И вообще, сложно для меня всё это. Отношения — это всегда сложно.

— Катú, я все понимаю. Но не хочу быть просто другом. Торопить не намерен, а вот учить водить — да! — произнес почти торжествующе.

— Сначала мне нужен от тебя анализ на СПИД, — никогда в жизни так не краснела.

— Его я сделал ещё перед поездкой. Отрицательный, — серьёзно выговорил он, смотря в глаза, а вот я уже не могла выдерживать его взгляд. — Давай сделаем друг другу подарок на Рождество. Будет время всё обдумать и даже школу вождения закончить.

Подарок на Рождество...

Готовились мы с Тьерри тщательно и серьезно к этому дню и всё должно было закончится или скорее начаться именно тогда, но совсем не так как произошло на самом деле.

Сказать по честному, никогда не желала Тьерри зла и его неожиданная смерть потрясла. Да, мне трудно было принять его жизнь гея и почему "было", я так и не приняла его прошлое. В моей голове это не укладывалось. Поэтому так и получилось, что дальше френд-зоны наши отношения не продвинулись. А намеченного Рождества не случилось. Он оставил мне, по завещанию, как своей жене, весь семейный бизнес и тот стал для меня одновременно и непосильной ношей, и спасительным кругом.

Стресс после событий сказался на здоровье. И сама толком разобраться не могу как это получилось. В мозгу, что ли, переключилось что-то. Не сказать, что я заработала серьезное заболевание, просто с определенного дня у меня возникла необходимость строго следить за питанием, а иначе пришлось бы колоть инсулин. Одно только упоминание об этом повергло в шок, все что угодно, но не уколы.

Строгая диета и ежемесячное посещение врача — норма настоящей жизни.

После смерти Тьерри сделала в квартире ремонт, чтобы воспоминания странной семейной жизни, длившейся пять месяцев, потихоньку стирались из памяти. Многое переделала и в студии. Вещи его выкинула, кроме тех, которые покупала сама и он не успел воспользоваться ими. Дидье предлагал избавиться от всего, что может вызвать воспоминание и настоятельно советовал обратиться к психологу. Внимала всем наставлениям врача, кроме последнего. К психологу не пойду — я не сумасшедшая.

Уходила в работу с головой. Мечтать — некогда. Реальность, только она существовала в моей жизни. Домой возвращаться не очень-то и хотелось. Нет, там уютно, но как-то пусто и тихо, а поэтому — холодно. Тут-то я и сдалась. Бороться уже не за что. Живу за рубежом. Все у меня прекрасно.

Честно сказать, заводить близкие отношения побаивалась. Никогда не думала, что придется делать это в другой стране. К тому же, привычка появилась — все просчитывать и сканировать наперёд. Подвернется какой-нибудь «хороший человек», а у меня в голове уже «все включено». Нет, не нравились мне французы. Поверхностны. Конечно, обо всех так говорить неправильно. А чего я хотела! Любовники с многовековым стажем! Хотя, отговорки всё. Страх мешал.

Так и пережила новое тысячелетие. Полный раздрай внутри и почти глянец снаружи, но себя обманывать последнее дело.

Тут еще появился «чертик из табакерки». Конечно, внешне, он мало похож на «чертика», разве только хитрый прищур серых глаз, было в этом что-то. Почему так назвала его? Да потому, что появился он неожиданно, а это всегда пугает. Правда только в самом начале.

Первый раз я на него внимание даже не обратила. Ну, подвёз человек до работы — спасибо огромное, таких добряков миллион, тем более за мои наличные, о которых я в то время чуть не забыла.

Ничего в нём, собственно, шикарного и сверхестественного не наблюдалось. Симпатичный, на мой взгляд, не красавец с журнала мод, но всё же. Светленький. Лёгкий загар. Обаятельная улыбка. Ростом не очень высок, я, в своих туфлях с каблуком в десять сантиметров, с ним наравне, даже малость выше. Еле заметная ямочка на подбородке, взгляд хитрый, а вот в глубине серьёзность. Весь из себя. Хороший костюм. Дорогая машина.

Да и во вторую нашу встречу я его не заметила если бы не Франсуа. У того имелась дурная привычка по сторонам пялиться. Вот человек. Всё замечал.

— Кто это? — произнёс Франсуа, отвлекая меня от мучительных размышлений, как избавиться от него самого.

— Где? — принялась вертеть головой по сторонам.

— Да вон, за соседним столиком. На тебя глазеет!

Ну, какое мне дело до сидящего за соседним столиком человека? Там мог расположиться кто угодно.

Официантка подошла вовремя. Видите ли, мсье, сидящий за соседним столиком, заказал для меня коктейль. Вот здесь-то я испугалась, по-настоящему. Откуда ему тут взяться?

Сидит себе спокойно, кофе пьет. Самый обыкновенный человек, а в глазах что-то эдакое, непонятное. Забеспокоилась.

Ну, сами посудите. Выхожу с работы — он ждёт. У меня коленки от страха дрожат, но, всё равно, сажусь к нему в машину и он увозит меня ужинать. Прощаемся же мы всегда смеясь. Чем не «чертик из табакерки». Интересно. Страшно. Весело. Даже, свой «сканер» забывала включать.

— У тебя наклевывается что-то серьёзное? — интересуется Лили. — Неужели лучшей подруге ничего не скажешь?!

— Пожалуйста, — умоляюще смотрю на подругу, — еще сама ничего не знаю, а ты говоришь о чём-то серьезном.

— Держать меня в неведении не честно! Познакомь нас!

— Лили!

— Раньше до восьми часов засиживалась, а теперь в пять — тебя нет. Уже третью пятницу с ним уезжаешь!

Это заставило серьезно задуматься. Да, так долго я еще ни с кем не встречалась. В основном все кончалось в первый же день.

В ту пятницу, я задержалась. Не сказать, что много работы, нет. Думаю. Решаю. Что делать? Как поступить? Смотрю в окно на его, одиноко стоящую на обочине, машину. Вздыхаю.

Выходить — страшно. Остаться в офисе? — тоже как-то не солидно. Он же может и сам зайти, несколько раз уже выходил и прогуливался, заглядывая в окно. Измучила себя тяжелыми думами. Решилась. Взяла сумочку и выхожу, не торопясь.

Почему в жизни всё так запутано и непонятно? Может, зря плохо думаю о человеке? Должны же и здесь жить нормальные люди.

Что интересно, он замечает моё настроение. Спрашивает, что случилось, а у меня в душе борьба. Что поделаешь? Такой человек. Все обдумать надо. Просчитать. Нет, нормальный он, — успокоилась, вроде, но предложение заехать к нему и посмотреть фильм меня насторожило. Начинается! Отказалась. Он не настаивал. Увёз в кафе. Заказал ужин и вино. Я пью потихонечку и не замечаю, что выпиваю целую бутылку. На душе скверно, противно. Чёрные мысли не дают покоя.

Должны же и здесь жить нормальные люди!