29 апреля частями бригады было уничтожено: противотанковых пушек – 2, танков – 2, бронетранспортёров – 1, автомашин – 5, пулемётных точек – 12, солдат и офицеров – 230. Бригада потеряла 7 танков, из них сгорело – 4. За 29 апреля бригада с 57-й сд очистила от противника три квартала и вышла в район Кохштрассе, Вильгельмштрассе.
В 7 часов 40 минут утра 30 апреля бригада, по приказу командира 4-го ск, выступила из района Кохштрассе (юго-западнее Потсдамского вокзала) с задачей: во взаимодействии с частями 47-й сд, захватить мост через Ландвер-канал в районе Потсдаммерштрассе, перейти на северный берег канала и в дальнейшем развивать наступление в северо-западном направлении к западной окраине парка Тиргартен.
Противник отдельными отрядами автоматчиков, вооружённых фаустпатронами, при поддержке противотанковых орудий и миномётов, оказывал упорное сопротивление нашим частям на подступах к Ландвер-каналу. Мост в районе Флотвельштрассе немцы разрушили, мост в районе Потсдаммерштрассе заминировали и держали под огнём артиллерии. На северной стороне моста был устроен завал.
После рекогносцировки и увязки вопросов взаимодействия с пехотными частями, бригада в 15.00 30 апреля сосредоточилась южнее канала, в районе Потсдаммерштрассе, Лютценштрассе и завязала огневой бой с противником. Было принято решение: дорогу, идущую к переправе, задымить, лишить противника возможности вести прицельный огонь, стремительным броском выйти к переправе и захватить её. Одновременно стрельбой по наземным целям из четырёхствольных зенитных установок прикрыть передовые части, действовавшие по захвату переправы. Под прикрытием дымовой завесы танки двинулись за боевыми порядками пехоты и подошли к переправе. Один батальон 57-й сд переправился на северный берег Ландвер-канала и закрепился в первых домах по Потсдаммерштрассе. Под огнём противника сапёры бригады разминировали мост. Пехота 57-й сд разрушила завал на мосту. К утру 1 мая проход был сделан, и на северный берег канала переправилось ещё до роты пехоты и шесть танков.
В течение всего дня 1 мая и в ночь на 2 мая части бригады вели тяжёлый бой с противником, пытаясь полностью овладеть переправой. Буксировка подбитых и сгоревших танков с моста, с целью освобождения прохода для дальнейшей переправы, предпринималась под прикрытием дыма. Несмотря на это, противнику дважды удавалось поджечь буксирующие танки и тем значительно усложнить освобождение прохода через мост. Неоднократное прочёсывание прилегающих к северному берегу канала домов не дало желаемых результатов. После прочёсывания, когда казалось, что получена возможность свободного передвижения вперёд, вновь оживали огневые точки в других местах, и противник огнём из фаустпатронов снова поджигал наши танки. Попытка поджечь дома, в которых засел противник, при помощи бутылок с горючей смесью ни к чему не привела, так как дома были превращены в развалины и зажечь их не удавалось. Для прочёсывания домов требовалось достаточное количество пехоты, что, вследствие понесённых потерь, не могла обеспечить 57-я сд.
После 4.30 2 мая огонь противника начал ослабевать. В 6.30 появились отдельные группы немцев, которые стали складывать оружие и сдаваться в плен. В 11.00 мотострелковый батальон автоматчиков овладел крупным домом, превращённым в опорный пункт на северном берегу канала. Этот дом, кроме приспособлений для ведения огня в стенах, имел огромный подвал с большим количеством выходов. В этом подвале взято в плен до 300 солдат во главе с полковником и двумя майорами.
После взятия этого опорного пункта всякое организованное сопротивление противника на этом участке было сломлено. В течение дня 2 мая 1945 г. частями бригады было взято в плен свыше 1000 солдат и офицеров противника. В 14.00 2 мая бригада выполнила поставленную задачу и вышла на западную окраину Тиргартенштрассе. Этим боевые действия бригады по взятию Берлина закончились. Бой на подступах к Берлину и в самом Берлине явился наиболее трудным и решающим испытанием для наших войск. Вполне сознавая, что битва за Берлин знаменует собой окончание войны, солдаты и офицеры дрались до последней минуты с неослабевающим упорством. Это обеспечивало победу над врагом в такой предельно короткий срок, несмотря на исключительную сложность ведения боя в крупном городе.
В боях за Берлин отличились десятки воинов бригады.
Исключительное мастерство, отвагу и героизм проявил гвардии капитан Андрощук[157]. Бывший командир танковой роты, он в начале Берлинской операции принял командование 2-м тб и провёл его с боями до центра Берлина. Андрощук всегда находился в боевых порядках своего батальона и умело руководил подразделениями. Будучи раненым, он не оставил поля боя. С перевязанной ногой, прихрамывая, Андрощук продолжал оставаться в строю. За умелое руководство в боях, проявленную при этом отвагу, мужество и героизм гвардии капитану Андрощуку присвоено звание Героя Советского Союза.
Гвардии старший лейтенант Швец[158], командуя ротой танков, показал себя в уличных боях Берлина мужественным и волевым командиром. Его рота очистила от гитлеровцев 8 улиц и более ста домов. Сам Швец был впереди, своим мужеством и героизмом увлекал подчинённых.
Мужество и отвагу в боях на улицах Берлина показал механик-водитель гвардии старшина Шалопаев[159]. В ночь на 1 мая, когда шли ожесточённые бои с противником, Шалопаев, выполняя приказ, повёл свою машину на горящий мост через Ландвер-канал. На максимальной скорости он проскочил мост, но вдруг неудача: танк остановился. Два прямых попадания зажгли машину. Обстановка сложилась напряжённая: танк горел, а вокруг него градом летели пули из немецких пулемётов и автоматов. Наводчика и заряжающего убило, а командир машины был тяжело ранен, в танке остался противостоять врагу только один механик-водитель. Танк продолжал гореть. Гвардеец Шалопаев выбрал удобный момент (когда было затишье), вытащил из горящего танка раненого командира машины гвардии младшего лейтенанта Лейбина и ползком перетащил его в укрытие. Гранатами, которые Шалопаев захватил при выходе из танка, он отбивался от наседающего противника в течение 30 минут. Подоспевшие на помощь Шалопаеву пехотинцы 57-й сд уничтожили автоматчиков, помогли гвардейцу спасти раненого командира.
Наводчик гвардии сержант Серов расстреливал из своего орудия фрицев на улицах Берлина в упор. Он не жалел снарядов, посылал их один за другим в обнаруженные огневые точки врага. Имея большой опыт и практику в стрельбе прямой наводкой, Серов почти каждым выстрелом поражал цель. По пехоте он стрелял осколочной гранатой, а по танкам и дотам – бронебойными снарядами. Пушка Серова работала безотказно. Подъёмные и поворотные механизмы у пушки работали как часовой механизм. В центре Берлина Серов уничтожил 3 танка, 2 самоходные установки, 6 орудийных расчётов и более 10 других огневых точек противника.
В ночь на 1 мая сапёры бригады, под руководством командира отделения сержанта Егорова, работали по разминированию моста. Егоров как коммунист отвечал за выполнение приказа перед командиром бригады. Не считаясь с жизнью, под шквальным артиллерийским и миномётным огнём он сотни метров полз на животе к месту работы. Егоров заявил: “Пока не выполню приказ командира, отсюда не уйду”. Свою клятву Егоров сдержал. Имея большой опыт, Егоров быстро осмотрел мост и приступил к разминированию. Кипела работа в его умелых руках. Через два часа сапёрами было снято 12 противотанковых мин ТМ-35. Проход танкам через мост был обеспечен. Это был третий по счёту разминированный Егоровым мост в Берлине.
Выводы. В условиях городского боя фаустпатроны превращаются в грозное оружие против танков. Поэтому необходимо танки снабжать антифаустными приспособлениями (сетками, экранировкой с воздушной прослойкой или другими средствами). Пехоту нужно пускать двумя партиями. Первая партия прочёсывает дома и при поддержке огня танков продвигается вперёд, вторая партия, двигаясь с танками, более тщательно прочёсывает дома. Здания, в которых упорно сопротивляется противник, по возможности надо не разрушать, а поджигать, так как разрушенные здания поджечь не удаётся и противник продолжает в них обороняться, а горящие дома противник, как правило, оставляет.
