Двое молодых, но уже израненных жизнью людей сейчас стояли на крыше, а где-то внизу под ними простирался такой сложный, неидеальный, но все же прекрасный мир!

Я вернулась домой. В голове ульем жужжала смесь противоречивых мыслей, чувств и эмоций. Винила ли я себя за то, что уехала? Да, безусловно. Поступила бы я так еще раз? Ответа у меня не было.

Первым делом мне хотелось обнять дочь. Но в дверях меня встретила Светлана Дементьевна. Не в кресле, а на ногах и без бокала. Ее всегда идеальная укладка сейчас была помята. Это пугало больше любой истерики.

– Что случилось? – едва слышно спросила я.

– Забрали Мирослава! – без предисловий, ответила свекровь. Она, глухо всхлипывая, рассказала, что в дверь позвонили. На пороге стояли двое неизвестных мужчин. Вежливо, но не оставляя выбора, они сказали, что приглашают Мирослава «на беседу». Светлана Дементьевна звала Ростислава, но он был в наушниках и не слышал. Мирослав вышел сам. Женщина пыталась грудью блокировать дверь, но эти двое просто отодвинули ее и забрали парня.

– Оля, где ты была? Что нам теперь делать? – спрашивала меня свекровь, а я не знала, что ей ответить.

– Где Маша? – только и смогла сказать я.

– Она с отцом, – кивнула женщина в сторону спальни, – Оль, он очень виноват! И чувствует себя скверно! Прости ты его! Ведь такая семья у вас замечательная, всем на зависть! Нам сейчас нужно объединиться перед таким горем и придумать вместе, как помочь вашему брату! – в ее глазах были слезы надежды, что я дрогну и не стану разводиться с Ростиславом, что все будет по-прежнему.

Я тихо приоткрыла дверь в нашу с мужем спальню. Передо мной открылась редкая картина: муж читал дочери книгу, она лежала у него на плече и задавала вопросы, тыча пальчиком в картинки. Ростислав никогда раньше не читал Машеньке сказки! Его голос был напряженным, неестественно ровным. Наверное, муж пытался заглушить чтением вслух гул своей паники и собственного бессилия. Он знал, что он нужен дочери. И сейчас старался для нее сделать все. Это был громогласный аргумент в его арсенале убеждений.

Теперь максимально скверно себя почувствовала я. Закрыв дверь, я прислонилась к ней и беззвучно заныла. Нет, я не смогу разрушить этот маленький, детский мир, просто по своей эгоистичной прихоти! Я не смогу!

– Что делать-то, Оля? – послышалось за спиной.

Свекровь глядела на меня глазами побитой собаки. А я знала только одного человека на свете, который смог бы сейчас помочь. И набрала его номер.

– Сейчас приедет один человек. Это с моей работы! Он нам поможет, – пояснила я.

Через сорок минут Тимофей был у нас дома. Его массивная фигура заполнила дверной проем. Мужчина приветственно кивнул мне, холодно скользнул взглядом по Ростиславу и бегло, оценивающе посмотрел на Светлану Дементьевну.

– Приветствую! – сказал Тимофей.

– Это Тимофей Кармацкий. Мой коллега, – представила я гостя.

Все почему-то надеялись на помощь этого мужчины! Светлана Дементьевна с выпученными глазами стояла прямо, вцепившись в полотно двери побелевшими костяшками пальцев. Мой муж, который только усыпил дочь, почесываясь, стоял спокойно. И я, слегка смущенная, жестом пригласила гостя пройти на кухню.

Расположившись за столом, мы все испытали легкую неловкость. Затем я кратко рассказала, что случилось с Мирославом. Светлана Дементьевна не перебивала. Она молча встала и достала из холодильника запотевшую бутылку с прозрачной жидкостью.

– Это сейчас лишнее! – сказал, обратившись к ней, Тимофей. Женщина послушно убрала горячительное и села на свое место.

Тимофей немного помолчал и весьма обстоятельно рассказал нам все, что знал.

– Когда я вытащил Мирослава из клуба, понял, что парень ищет легких денег. Я предупреждал его, что связываться с этими ребятами – последнее дело. Но он был не в себе и не слушал. Недавно он взял партию на реализацию. Деньги продул или проиграл – не суть сейчас. Теперь он должен крупную сумму людям, которые не прощают долгов! – пояснил мужчина.

– И вы, зная об этом, не сочли нужным оповестить семью? – отозвалась Светлана Дементьевна.

– Какую семью? Ни вас, ни его брата рядом не было в тот момент. Пострадала в этой ситуации только Ольга, – смерив мою свекровь взглядом, ответил Тимофей. – Я стал присматривать за Мирославом, так сказать, по-дружески.

– Вы нас в чем-то хотите упрекнуть? – удивилась Светлана Дементьевна.

– Хватит! – резко оборвала я женщину. Сейчас не время для выяснений! Время – наш главный враг! Тимофей, что они с ним сделают? – спросила я.

– Сначала будут пытаться выбить деньги из вашей семьи. Пока убивать его никто не собирается, – ответил он.

– Какие деньги? У нас ничего нет! – закричал мой муж и осекся, глянув на мать.

– А что значит «пока»? – спросила побелевшая свекровь.

– Если поймут, что денег нет, то предложат отработать. То есть, втянут во что-то еще более грязное, откуда ему не выпутаться. А если он не справится – избавятся от балласта, – мрачно пояснил Тимофей.

– И откуда вы владеете такой информацией? – подозрительно подбоченилась Светлана Дементьевна. – Ольга, ты хорошо знаешь этого человека? Может быть он сообщник! – не унималась свекровь.

– Да перестаньте же! Нам пытаются помочь! – ответила ей я. Затем обратилась к Тимофею:

– Как нам помочь Мирославу?

Тимофей достал телефон, пролистал галерею и показал всем фото. На нем был Мирослав. Он брал из рук неизвестного мне мужчины какой-то конверт.

– Как я уже говорил, я и один мой хороший знакомый присматривали за ним. Он получил оплату. То есть у него было довольно много наличных денег. Вопрос в том, куда они делись? Кому он их передал? Когда успел?

Ростислав закашлялся и заерзал на месте. Все резко посмотрели на него.

– Что? Я ничего не знаю! – замешкался он.

Мы все продолжали смотреть в упор на него.

– Ростик, ты что-то знаешь об этом? – спросила мать мужа.

Муж поморщился и сказал:

– Да! Я взял у него деньги! Мне нужно было срочно отдать долги! Я же не знал, что все так обернется и откуда у него эти деньги. Я думал, что быстро отыграюсь и отдам ему обратно…

Светлана Дементьевна медленно поднялась. Она посмотрела на старшего сына не с гневом, а с леденящим душу разочарованием.

– Ты предал своего брата! Ты предал свою семью! – ее глаза окончательно потухли, лицо словно состарилось лет на пять, а голос был тих, как шелест погребального савана.

Возникла пауза. Я закрыла лицо руками.

– Ну что ж! Ситуация прояснилась! Они просто взяли не того парня! Надо поменять ребят и миссия по спасению Мирослава будет завершена! – наигранно весело произнес Тимофей.

– Ты же это не всерьез сейчас? – переспросил Ростислав.

– Очень даже всерьез! – ответил Тимофей и встал. – Вот номер! Звони им и говори, кому отдал деньги, – Тимофей швырнул моему мужу какой-то клочок бумаги.

Ростислав с минуту покрутил в руках листок с наскоро записанным номером телефона.

– То есть ты знаешь, кто сейчас удерживает Мирослава? – спросила я Тимофея.

– Я догадываюсь, город у нас небольшой, ребята в клубах орудуют одни и те же, – ответил мужчина. – Всего сейчас сказать не могу, это лишь мои предположения. Но уверен, если Ростислав сейчас наберет номер и расскажет, кому передал деньги Мирослава, парня могут отпустить.

– А если не отпустят? – переспросил Ростислав.

– Ты можешь предложить себя для обмена, – хмыкнул мужчина. – По крайней мере, на том конце будут знать, что деньги не у вас, – уже серьезно добавил Тимофей.

– Подождите! – замотала головой Светлана Дементьевна. – Если я правильно понимаю, вы знаете, где находится Мирослав и кто конкретно стоит за этим? Почему мы не звоним в полицию, а должны связываться с преступниками?

– Очень хороший вопрос! – поддержал мать Ростислав.

– Я не знаю, где конкретно сейчас Мирослав. Повторю, есть лишь мое предположение. Парень сам, возможно, совершил серьезное преступление и первое, что заинтересует органы – это степень его вины во всем этом. Не думаю, что кто-то кинется немедленно его искать, даже трех суток не прошло с момента его исчезновения, – ответил Тимофей. – Что вы можете сейчас сообщить полиции, кроме того, что ваш сын сам ушел с приятелями из дома? Что вам кажется, что его похитили? Что он, возможно, торговец? Или что у вас есть номер телефона и догадки? – резонно заметил мужчина.