Она буквально просияла, поспешно обойдя прилавок и взяв меня под руку.

— Ну, тогда решено. Теперь мы с тобой лучшие подруги. Пойдем, оставим их заниматься делами.

Когда Келлан запрыгнул за прилавок, Соренсон хлопнул его по плечу, словно их недавняя ссора была полностью забыта.

— Они не пропадут из нашего вида, — успокаивающе сказал он. — Можешь не волноваться.

Келлан не выглядел убежденным и еще долго не сводил с меня взгляда, пока наконец не переключил внимание на витрины с выпечкой.

Челси повела меня к угловому диванчику и села первой, так что я оказалась с краю.

— Ладно, рассказывай мне все о своей жизни, — сказала она, расслабляясь на розово-бирюзовых подушках. — Где ты выросла? Ты знаешь других омег? Как ты здесь оказалась?

Мысль о том, чтобы рассказать этой миниатюрной, хорошенькой омеге с нежными руками и еще более нежными глазами о своей испорченной жизни, вызвала у меня по всему телу метафорическую крапивницу.

— Рассказывать особо нечего. Моя мама была омегой, но она умерла больше десяти лет назад, и с тех пор я сама по себе. Да и до этого я никогда не жила в городах стай. Все это для меня — огромный, поразительный опыт, хотя я и боюсь того, что со мной может сделать близость к стае, подобранной по запаху.

Она нахмурилась, подперев подбородок руками и наблюдая за мной.

— Почему ты боишься своей стаи?

Понизив голос, я наклонилась ближе.

— Каково это — быть омегой в твоей стае? С тобой хорошо обращаются? Бывают ли какие-то проблемы с… разделением силы или… чем-то подобным?

Морщинка на ее лбу стала глубже, и она моргнула в явном замешательстве.

— Ну, я еще не связана узами с полным квинтетом, но мы все подходим друг другу по запаху. — Она прижала руку к метке укуса, и ее взгляд смягчился. — Моя стая обращается со мной как с принцессой. Меня балуют, защищают и любят. У меня есть свобода, но есть и поддержка. Это лучшее, что могло со мной случиться.

— Вы не делитесь силой?

Она сузила глаза и решительно покачала головой.

— Нет. Стаи не могут делиться силой друг с другом. Мы можем чувствовать энергию и зверей друг друга, иногда даже общаться мысленно, если связь очень открыта, но наша сила связана с нашей жизненной энергией. А она принадлежит только нам.

Я и не ожидала другого ответа, но все равно должна была спросить.

— Ясно. В этом есть смысл. Я просто слышала слух, что омеги могут делиться силой.

При этих словах ее подозрительное выражение лица сменилось спокойствием.

— Может, это потому, что ты раньше не жила в городах. У меня есть несколько книг об омегах, если хочешь почитать, и, кажется, в городской библиотеке их еще больше. Не знаю, насколько полным было твое образование, но мои книги станут хорошим началом.

— Совсем не полным. Любая информация поможет мне понять, как все это устроено.

Она легонько коснулась моей руки.

— Мы скоро занесем книги в твой домик охраны. О, и в следующем месяце у меня день рождения. Я устраиваю большую вечеринку в саду и очень хотела бы тебя на ней видеть. Думаю, твоя стая уже подтвердила участие, так что я добавлю тебя в список.

Я понятия не имела, буду ли я еще в Голден-Кло к тому времени, но не было ничего плохого в том, чтобы согласиться сегодня.

— Звучит здорово! С нетерпением жду.

Тут мой взгляд поймал Келлан, вышедший из-за прилавка с большой белой коробкой в руках.

— Готова идти домой, красавица? Хантер будет ждать нас к ужину.

Уже пуская слюнки при виде содержимого коробки, я размышляла, смогу ли убедить его сразу перейти к десерту.

— Ага, готова. — Снова повернувшись к Челси, я тепло улыбнулась. — Было приятно познакомиться, Челс. Я скоро снова зайду.

— Мне тоже было приятно! Я как можно скорее передам тебе книги.

Поднимаясь на ноги, я поняла, что забыла задать самый важный вопрос.

— Ты когда-нибудь слышала, чтобы омега была связана узами со стаей, состоящей только из альф?

Челси несколько раз моргнула, склонив голову набок, словно обдумывая.

— Нет, на самом деле, не думаю, что слышала. В какой-то степени это логично, потому что мы можем выдерживать сильное доминирование. Хотя в стае, подобранной по запаху, это гораздо сложнее.

Да, сегодня я узнала это на собственном горьком опыте.

Челси заметила сменяющиеся на моем лице эмоции, и легкая тень беспокойства легла на ее изящные черты.

— С тобой хорошо обращаются?

Не в силах сдержаться, я поискала взглядом Келлана, который ждал у двери.

— Слишком хорошо, — проворчала я.

Ее легкий, воздушный смех развеял всякое беспокойство.

— Понимаю, Эмми. Я мало кому из оборотней завидую, но, думаю, твоя стая заставит нас всех мечтать о паре лишних альф. Наслаждайся ими.

Ее ни капли не беспокоило, что моя стая может лишить меня силы оборотня, пока мой сосуд не будет сломлен и опустошен. Нет. Она, будучи омегой, чувствовала себя в безопасности и любимой.

Может, я неверно истолковала то, что случилось с мамой, потому что была слишком мала, чтобы понять? Или омеги в квинтетах из одних альф были настолько редки, что никто не знал об опасностях? Был ли кто-то еще, кто знал маму и ее стаю и мог бы рассказать больше? И если да, то как мне их найти?

Глава

Двадцать пять

СЛЭЙД

— Есть хоть какой-то шанс, что ты сегодня почтишь нас своим присутствием на работе?

Хантер был одним из немногих оборотней в мире, кто оставался в живых после подобных слов в мой адрес, но это не означало, что я не надеру ему задницу в качестве своевременного напоминания о нашей истинной иерархии.

— Я нашел ее мать, — мое заявление прервало его очередную язвительную реплику. Он подошел к кухонному острову, где я сидел, прислонившись к столешнице, и пил чай.

— Что ты о ней узнал?

Я позволил ему немного помучиться в тишине, сделав еще один глоток. Травянисто-землистый вкус чая «Вилд Бэйн» напомнил мне о доме. Одно из немногих напоминаний, которое не вызывало желания стереть с лица земли целые цивилизации.

— Ее звали Морган Андерс. Родилась вне городов стаи, у двух одиночек.

Лицо Хантера помрачнело, а в его взгляде зажегся тихий огонек ярости.

— Значит, Эмми и правда никогда не была частью стай.

— Полагаю, в детстве они то появлялись в них, то исчезали, но без какой-либо официальной регистрации или записей.

— Что случилось с ее матерью?

Мои пальцы сжались, и хотя я почти не приложил усилий, кружка треснула в моей руке.

— Третья за неделю, — со смешком, разрядившим напряжение, заметил Хантер.

Выбросив осколки в мусор, я вытер пролитую жидкость.

— Информация о матери и ее дочери ограничена. Ограничена так, как я еще не встречал за все свои годы взлома систем. Но я нашел пару членов старой стаи ее матери. Двое, что пробились через мою базу данных, — альфы, и они состоят в совете в Силвер-Сити. У них должны быть ответы, так что, возможно, я смотаюсь туда и немного поболтаю с ними.

Хантер приподнял бровь.

— И у тебя есть план, в котором они остаются в живых?

— Нет. Не особо.

Покачав головой, он взял кружку и налил себе кофе — видимо, кофеин был ему необходим, чтобы выдержать этот разговор.

— Почему бы нам не послать кого-нибудь другого их допросить? Уверен, есть способы получить нужную информацию, не разрывая их на куски.

Уголки моих губ дрогнули в усмешке.

— Возможно, но где тогда веселье?

Мой старейший друг прекрасно знал, что я — монстр в человеческом обличье, а не наоборот. Я никогда не мыслил как другие, но научился тому, что приемлемо в этом мире, а что нет, и это позволяло мне оберегать своих братьев.

— Уверяю тебя, никто по ним скучать не будет.

Сведений об этой стае было мало, но я откопал одну больничную запись на дочь с травмами, слишком серьезными для исцеления оборотня.

— А что насчет ее отца? Он из бывшей стаи ее матери?