Войдя в его кабинет, я направилась к столу, пока Хантер закрывал дверь. Все здесь было массивным, начиная с самой комнаты и заканчивая столом из темного дерева, который доминировал в центре пространства. Его черное кожаное кресло с высокой спинкой было сделано на заказ, как и его костюмы.

Справа от меня была целая стена окон, открывавшая ему королевский вид на Голден-Кло. Неудивительно, что Хантер Ривз привык получать именно то, что хотел. Весь мир лежал у его ног, вместе со всей властью и контролем, которыми он обладал.

— Присаживайся, — сказал он, указывая на стул по другую сторону своего внушительного стола. Я погрузилась в чистую роскошь: мягкая кожа обхватила мое тело, словно ласка любовника, с набивкой во всех нужных местах для максимального комфорта.

Хантер сел напротив и позволил тишине повиснуть между нами. Как бы трудно это ни было, я не ерзала, позволяя ему насмотреться вдоволь. Казалось, ни один из нас не торопился нарушить напряжение, хотя воздух между нами буквально трещал.

— Ты не такая, как я ожидал, — наконец произнес он, и я поздравила себя с тем, что переждала его. Да, это была глупая игра в доминирование, но в этой ситуации у меня было очень мало власти, так что я брала то, что могла.

— А чего ты ожидал?

Он оперся на предплечья, все так же наблюдая за мной немигающим взглядом хищника.

— Я ожидал дельту. Ту, у которой более мягкие черты, чтобы уравновесить наше доминирование.

Я нахмурилась, пытаясь понять, разочарован он мной или нет.

— Но я же омега. Нет оборотня с меньшим доминированием.

— Это так, — подтвердил он, — и хотя я мельком видел в тебе мягкость, большинство твоих граней — острые и колкие. Омега ты или нет, в тебе есть энергия альфы.

Твои грани — острые и колкие. Печально, но правда.

— Я закалялась в огне, — снова сказала я слишком правдиво. — Я — продукт своего прошлого и будущего.

Он, вероятно, задавался вопросом, что я имела в виду, говоря о продукте будущего, которое еще не наступило, но я знала, как сложится моя жизнь, задолго до того, как прожила ее.

Я удивилась, когда он сказал:

— Нам нужен твой огонь, маленькая омега. Четыре альфы уничтожили бы дельту, особенно если бы у нее был тот милый, мягкий характер, который я себе представлял. Теперь, встретив тебя, я не могу представить никого более идеального для нас.

Мои руки задрожали, когда я прижала их к краю стола.

— Ты обещал, что не будет принудительной связи.

Напряжение в голосе Хантера спало, и он откинулся на спинку кресла.

— А я всегда держу свои обещания. Давай поговорим о том, какую работу ты ищешь?

Это была резкая смена темы, но я была ей рада. Возможно, я и совершила ошибку, согласившись жить в их стайном доме, но я не могла забыть, зачем вообще сюда пришла. Работа была моим билетом к свободе, и поскольку он согласился позволить мне оставлять себе весь заработок, я смогу усердно трудиться и еще усерднее копить.

— У меня в основном опыт работы в барах и закусочных.

— Ты не хочешь работать здесь, в офисе? — спросил он, не выглядя особо удивленным. — Лучший график, зарплата и не нужно таскать тяжелые подносы.

От мысли о том, что я застряну за столом на восемь часов, мне захотелось выброситься из этих впечатляющих окон.

— Я знаю свои сильные стороны, и поверь мне, когда я говорю, что буду наиболее полезна в сфере обслуживания.

Он уступил без спора, что было совсем не по-альфачьи с его стороны.

— Нам принадлежат два ночных клуба и четыре ресторана в Голден-Кло. Везде не помешал бы персонал.

— Я возьму один клуб и один ресторан. Меня устроит смена дневных и ночных смен. Где больше всего работы и нужнее всего люди.

Он этого не показал, но у меня возникло ощущение, что мой ответ его удивил.

— Хорошо, я передам тебе расписание завтра, когда переедешь. Тебе нужно что-нибудь еще, Эммелин?

Он протянул мое имя, медленно растягивая его, и я едва сдержала желание заерзать на стуле. Поток ощущений, который он вызывал, был слишком сильным, и я была совершенно не готова с ним справляться.

— Нет, думаю, это все. — Я вскочила на ноги. — Ты и так сделал более чем достаточно, и… спасибо.

Мне было больно произносить эти два слова, потому что я не просила оказываться здесь, на милости этой стаи. Но тем не менее я была здесь, и он вел себя на удивление разумно.

Не то чтобы я собиралась в ближайшее время терять бдительность. Хантер был альфой, у которого имелся план, и, похоже, я оказалась прямо у него на прицеле. Эта маска благоразумия, которую он демонстрировал, без сомнения, была уловкой, чтобы ослабить мою защиту и позволить стае Ривз проникнуть в мою жизнь, пока они не станут незаменимыми.

Чего никогда не случится.

Мое пребывание в Голден-Кло было не более чем короткой передышкой от жизни в бегах.

Жизнь в стае не для меня. Неважно, насколько привлекательной она казалась в своих дизайнерских костюмах.

Глава

Одиннадцать

ХАНТЕР

Я никогда не был оборотнем, который любил сладкое.

В детстве мои братья уплетали десерты нашего шеф-повара, в то время как я почти всегда довольствовался основным блюдом. Но с той секунды, как я учуял свою пару на другом конце зала совета, меня охватила такая тяга к шоколаду и меду, что я просто сходил с ума.

Оказаться с ней в одном лифте, окруженным ее сладостью, было достаточно, чтобы поставить оборотня на колени. Не то чтобы я когда-либо преклонял колени перед кем-то другим, но, черт… чтобы попробовать Эммелин на вкус, я, возможно, сделал бы исключение.

Я проводил ее до первого этажа своего здания, чувствуя вибрирующее удовлетворение от того, что она согласилась жить с нами. А следом — досаду, что мне пришлось отпустить ее обратно к подруге. Я хотел заявить на нее права. Притащить ее сюда, сорвать с нее одежду и раствориться в своей паре.

Скрепить нашу связь, предначертанную запахом, своим укусом.

Это была первобытная потребность, ведомая моим зверем.

Я усмирил свою ярость, когда она вышла за дверь, оставив после себя свой соблазнительный аромат. Ее отказ в тот первый день едва не заставил меня потерять контроль над зверем. Я не терял контроль с тех пор, как был гребаным щенком, но она умела действовать мне на нервы. Осознание того, что завтра она будет в моем доме, под моей властью, впервые успокоило меня с того момента, как наши запахи совпали.

Когда я вернулся в свой кабинет, энергия Слэйда уже просачивалась в коридор, и я не удивился, обнаружив его стоящим у панорамных окон и смотрящим на город внизу.

— Почему она была здесь? — прорычал он, и его раздражение свободно выплеснулось в этих четырех резких словах. — Я же сказал тебе не приводить ее ко мне.

Самый угрюмый оборотень в нашей стае никогда не ходил вокруг да около, если вообще утруждал себя разговором.

— Она наша пара по запаху, — напомнил я ему, усаживаясь в кресло. С кем-либо другим мне пришлось бы стоять, но мы давно прошли этап игр в доминирование. Даже несмотря на то, что этот угрюмый засранец был единственным оборотнем, на которого мне когда-либо приходилось смотреть снизу вверх. — С завтрашнего дня она будет жить в нашем доме, так что тебе придется привыкнуть к ее присутствию.

Его зверь издал гортанный рык из глубины груди, и я напомнил себе, что то, что он уступил мне мантию полноправного альфы в нашем квинтете, еще не означало, что я был самым сильным. У Слэйда не было ни времени, ни терпения на политику, поэтому роль представителя в городском совете досталась мне, но он бы уничтожил меня, если бы дело дошло до драки. Отсюда и отсутствие необходимости в играх.

Мне придется довольствоваться званием второго по силе оборотня в Америке, потому что мне его никогда не одолеть.

— Только не убей ее, — сказал я со вздохом. Управлять альфами — это, черт возьми, работа на полную ставку, а у меня и так было полно других дел.