— Нет, но никто не может остановить Хантера Ривза, если он что-то решил. Он предупредил, что будет за тобой присматривать, и хотя я чуял его запах на территории, я никогда не давал ему разрешения вторгаться.

Его лицо оставалось открытым и умоляющим, и, немного прочувствовав на себе ураган по имени Хантер, я не могла его винить.

— Спасибо за честность. Я ценю это.

Он коротко склонил голову, и от этого уважительного жеста у меня в груди потеплело. Попрощавшись, я направилась к Слэйду, который о чем-то увлеченно говорил со своим отрядом.

В «Летном» отряде было восемнадцать мужчин и две женщины, и все они ловили каждое слово дракона. Я замерла в нескольких шагах и удивилась, когда Слэйд обратился прямо ко мне:

— Я разбиваю их на пары для спарринга. Можешь подождать вон там.

Он указал на скамейку под одним из немногих деревьев, и я, не споря, пошла ждать. К тому времени, как я села, «Летный» отряд уже разделился на пары и приступил к тренировке.

Следующие двадцать минут я забыла обо всем, наблюдая за самым завораживающим боем, который когда-либо видела. Они двигались в быстром, смертоносном танце — выйди я против любого из них, меня бы убили за секунды.

Сначала Слэйд ходил между парами, давая указания и поправляя стойки, но затем сам вступил в спарринг с темкожим альфой. С такого расстояния я не могла определить, что за зверь был у того оборотня, но двигался он невероятно быстро, нанося удары со смертельной силой.

Вернее, они были бы смертельными для кого угодно, кроме Слэйда Риверсона.

Слэйд отбивал эти удары, словно они были легкими облачками, а когда наносил ответный, я морщилась от громкого хлопка. Другой оборотень выругался, отшатнулся на несколько шагов, но устоял на ногах и стряхнул с себя оцепенение от удара.

Они обменялись еще несколькими ударами, но с этого ракурса ни один, казалось, не достиг цели. Как боец, Слэйд был бесподобен — он перетекал из одного движения в другое, словно был соткан из жидкости. Он перескакивал от одного стиля к другому, уклоняясь, блокируя и нанося удары, пока другой оборотень не рухнул на землю, вскинув руки в знак сдачи.

Слэйд расслабился, и его отряд зааплодировал. Когда мне удалось оторвать взгляд от дракона, я увидела, что все остальные отряды тоже наблюдали за боем. Я смотрела на их восхищенные лица и впервые поняла, что уважение, которое внушал Слэйд, было связано не только с тем, что он дракон. Он внушал его, потому что был натренированным и смертоносным оружием, которому даже не нужно было менять облик.

Волна гордости, которую я испытала из-за его победы, встревожила меня. Ещё сильнее меня смутило то, насколько этот бой меня заворожил. Я не могла отвести глаз от Слэйда. Его тело было отточенным оружием, а игра мышц при каждом быстром ударе казалась чем-то очень близким к прелюдии. Мало того, что я вела себя как жеманная, нуждающаяся в ласке дурочка с Хантером и Келланом, так теперь я еще и втюрилась в чертова дракона.

Дракона, который, вероятно, хотел сожрать меня, и совсем не в приятном смысле.

Казалось, будто у меня — или у моего тела-предателя — было желание умереть.

Честно говоря, в последнее время я даже не могла винить свою волчицу за половину своих чувств и поступков.

Эта жажда альф была целиком на моей совести.

Слэйд закончил тренировку, и к тому времени, как он подошел ко мне, я уже взяла себя в руки. Он не произнес ни слова, и это молчание показалось мне утешительным.

Молчаливый и смертоносный — такой вариант меня устраивал, потому что он никогда не стал бы настаивать на узах пары.

Пожалуй, находиться рядом со Слэйдом было безопаснее всего.

Глава

Тридцать

ХАНТЕР

Я набрал его номер. После двух гудков он ответил. Я не стал делать обычную паузу для приветствия, потому что от Слэйда его все равно не дождешься.

— Она нормально добралась до клуба?

Внезапный взрыв музыки на заднем плане привлек мое внимание… Он все еще был там.

— Да. Уже работает. Обучение, видимо, не требуется.

— Ты остался? — Я знал, что давить на него не стоит, но это было крайне необычное поведение. Мне нужно было понять, что у него на уме после того, как он провел с ней полдня.

— Она знала каждую машину в нашем гараже, — в его голосе прозвучало легкое недоумение. Такой тон я слышал от него только тогда, когда он бился над особенно сложной загадкой, будь то в сети или внутри нашей стаи.

— Многие оборотни разбираются в марках машин, — заметил я.

Его рычание было скорее растерянным, чем угрожающим.

— Не просто в марках, брат. Она знала производителя и модель. Рискну предположить, что, если бы ее попросили, она назвала бы год выпуска большинства из них. Из всех омег мы нашли ту, что выросла над гаражом и искренне любит мотоциклы и машины.

Я запомнил это, добавив к той скудной информации, что у нас была об Эммелин Андерс.

— Ты узнал о ней что-нибудь еще за это время?

Например, какой мертвый ублюдок оставил этот шрам на ее спине. Когда я увидел этот выпуклый, похожий на веревку рубец на ее загорелой коже, я был на грани потери контроля над своим волком. Не то чтобы я стал смотреть на нее по-другому или желать ее меньше, но знание, что кто-то причинил ей боль, пробудило во мне низменные инстинкты. Защищать, охотиться, уничтожать, убивать.

— Я узнал очень мало нового, — проворчал Слэйд, — но я знаю достаточно, чтобы, собрав еще несколько частей ее головоломки, разгадать эту тайну.

Его намек на то, что Эмми — не более чем загадка, которую нужно разгадать, взбесил меня, но, учитывая, что мои собственные намерения по отношению к нашей омеге не были полностью альтруистичными, я сдержал раздражение.

— Келлан приехал?

Вздох Слэйда был отчетливо слышен в трубке.

— Десять минут назад. Сидит в ее секторе, сорит нашими деньгами на чай и следит, чтобы другие оборотни не подходили слишком близко.

Этот маленький засранец обвел вокруг пальца полгорода, заставив всех думать, что он — хороший парень, хотя на самом деле он мог быть таким же дьявольски хитрым и опасным, как и все мы. Единственное отличие — улыбка на его ангельском личике, когда он вонзает тебе нож в спину. Я испытал облегчение узнав, что он присмотрит за ней во время смены.

— Это хорошо. До дальнейших распоряжений эта омега принадлежит стае Ривз, и скорее ад замерзнет, чем я позволю кому-то трогать то, что принадлежит мне.

Послышался еще один вздох, но на этот раз он не стал оспаривать мое заявление. То, что он все еще сидел там, пытаясь собрать последние части ее головоломки, говорило о многом. Драконы по своей природе собственники, и я задался вопросом, не нашел ли Слэйд наконец оборотня, от которого он не мог просто отмахнуться и уйти.

Послышался треск, когда его ботинки коснулись земли.

— Я сваливаю. Это пустая, блядь, трата моего времени.

Или нет.

Сжав переносицу, я проклял гребаных идиотов, считавших эту неблагодарную работу честью. Положение привилегированного альфы сведет меня в могилу — не то чтобы я собирался уступить контроль кому-то другому. Не пока я дышу.

— Ладно, увидимся дома через пару часов. Мне нужно проконтролировать финальное тестирование нового продукта, который пошел не совсем по плану, а потом разобраться с этим косяком с поставками между британским и австралийским филиалами.

Слэйд повесил трубку, а я рассмеялся; он всегда был последователен в своем мудачестве.

Два часа спустя мой новый продукт работал как надо, а я уволил шестерых из лондонского топ-менеджмента, повысив одного молодца, который сумел вытащить голову из задницы и помочь мне спасти около пятидесяти миллионов долларов, доставив груз в нужное, блядь, место, вовремя.

Быстрый взгляд на мои Jacob & Co подсказал, что уже почти полночь. Я был вымотан. Это была бы не первая ночь, когда я работал до тех пор, пока не отключался прямо за столом, но мне хотелось попасть домой и узнать, как прошла первая смена Эмми. Брэдли, который покидал Голден-Кло с двумя синяками под глазами и без единого шанса когда-либо вернуться, был, надеюсь, единственным оборотнем, которому мне придется преподать урок в первые дни работы нашей омеги.