Насколько я знала, динамика в стае у всех была своя. Не существовало никаких строгих и незыблемых правил, и, похоже, эта пятерка нашла идеальный баланс.

— Мне не положено любить оборотней или находиться в городе стаи, — проворчала я, не понимая, почему испытываю такое сильное чувство дома и безопасности, хотя в буквальном смысле никогда не была в большей опасности. — Оборотни опасны, а вы делаете все, чтобы к вам не привязаться было невозможно.

Уоррик не стал разубеждать меня в том, что оборотни опасны, и я подумала, не думает ли он о стае альф, что ждет меня снаружи.

— Об этом будешь беспокоиться завтра, — наконец сказал он, открывая свою дверь. — Наслаждайся этими несколькими днями передышки, прежде чем реальный мир о себе напомнит.

Выпрыгнув из машины, я на секунду задумалась, не станет ли Уоррик моим союзником, когда я решу сбежать из страны. Прямо сейчас он мне не поможет, но, может быть, если мы выстроим настоящее доверие, я смогу рассказать, что случилось с моей мамой.

У меня никогда не было союзников. Я никогда ни на кого не полагалась, даже когда мама была жива, и просьба о помощи претила всем моим инстинктам.

Но в одиночку мне было не справиться, не теперь, когда стаи обо мне узнали.

План был — выжидать и смотреть, так что я решила последовать его совету и насладиться несколькими днями, отгородившись от реального мира.

Глава

Шесть

К тому времени, как Уоррик открыл входную дверь и вошел внутрь, ему на шею уже бросилась женщина. Кора. От нее исходило тепло, пока она шептала, как сильно по нему скучала, прежде чем наконец заметила меня, неловко стоящую в дверях и старающуюся не выглядеть так, будто я впитываю всю любовь и счастье, которые они излучали.

Меня никогда так не обнимали.

Даже когда мама была жива, она была холодной и жестокой, и я привыкла к жизни без физических прикосновений. Кожа зачесалась, пока я смотрела на пару; внутри меня бушевали эмоции, разрывая между раздражением и завистью.

Я не просила, чтобы меня сюда привозили, чтобы я становилась свидетельницей того, чего в моей жизни быть не могло. Меня устраивало мое существование до того, как стаи вытащили меня с улиц. Меня все, черт возьми, устраивало.

А это — не устраивало.

Кора отстранилась от Уоррика, и выражение ее лица осталось теплым, когда она повернулась ко мне. Я разглядела ее светлую кожу, темные волосы, собранные в высокий пучок, открывавший изящные плечи и шею, а также укус-метку. Она вся была воплощением грации и красоты, когда двинулась ко мне.

— Привет, я Кора, очень приятно познакомиться. — У нее был легкий, едва уловимый британский акцент.

Когда она протянула руку, я заерзала, жалея, что на мне паршивые спортивные шорты и потрепанная футболка. На ней же была изысканная розово-фиолетовая богемная юбка, струящаяся до щиколоток, и белый топ с оборками, открывающий живот и демонстрирующий ее изгибы и безупречную кожу. Она не выглядела такой же взрослой, как Уоррик, но у меня возникло ощущение, что она просто хорошо сохранилась, потому что в ее темно-синих глазах чувствовалась зрелость.

Взяв ее протянутую руку, я улыбнулась в ответ искренне. Кора мгновенно располагала к себе.

— Я Эмми, и мне тоже приятно познакомиться. Простите, что Альфа Уоррик привез меня без предупреждения, и обещаю, что не задержусь дольше пары дней.

Я понятия не имела, рассказал ли он ей, почему я здесь, но предположила, что она о чем-то догадывается, раз ничто в моей бессвязной речи не изменило ее открытого выражения лица.

— Можешь оставаться столько, сколько потребуется. — Она отпустила мою руку, легонько сжав ее. — У нас много места, и я не могу представить, каково это, когда твоя жизнь вот так переворачивается с ног на голову. Позволь нам помочь тебе встать на ноги.

Эти оборотни полностью разрушали все мои предвзятые представления о жизни в стае. Они были до странности милыми, что, конечно, лишь заставило меня еще больше уйти в себя.

— Пожалуйста, не делайте ничего сверх того, что необходимо. Мне это не нужно.

Уоррик сжалился надо мной и, обняв свою пару, почти внес ее в дом.

— Пойдемте, найдем остальных.

Первый этаж их дома был сказочным: удобная мебель, мягкие подушки и ковры, лампы с теплым светом и общее ощущение настоящего дома. Все было качественным и роскошным, но в то же время практичным и обжитым.

— Они во внутреннем дворике, готовят ужин, — крикнула Кора, когда я последовала за ними мимо двух гостиных и красивой белой кухни к двойным дверям, выходящим на большую мощеную террасу.

Здесь до меня донеслись звуки разговора и запах жарящегося на гриле стейка, и меня охватило отчаянное желание сбежать, пока я не привыкла к такой жизни.

Это не для тебя. Напоминание, которое, я знала, мне придется повторять себе снова и снова, чем дольше я здесь пробуду.

Я сосредоточилась на троице, сидевшей на большом диване на улице. Они прижались друг к другу, буквально обвившись вокруг. Мужчина, которого можно было бы принять за близнеца Уоррика, только с более длинными волосами, вскочил на ноги.

— Брат! — поприветствовал он альфу. — Мы надеялись, что ты не пропустишь ужин.

Я медленно шла следом, и Уоррик шепнул ему несколько тихих слов, после чего они оба повернулись ко мне.

— Это Ричард, мой младший брат.

Ричард усмехнулся, подтверждая мою догадку.

— На две минуты, засранец. — Его любопытный взгляд переместился на меня. — Приятно познакомиться, Эмми. Мы рады, что ты здесь. — Он повернулся и помахал двум другим оборотням. — А это мои пары, Сьерра и Маркус.

Энергия оборотня Ричарда была не такой мощной, как у его брата, но он все равно был сильным бетой. Его пары были стопроцентными дельтами. Сьерра, ростом не выше полутора метров, была хрупкой девушкой с ярко-рыжими волосами, кожей намного бледнее моей и поразительными ореховыми глазами. Зелень в них была резкой, хотя коричневые вкрапления и смягчали цвет.

Она улыбнулась, взяв Ричарда за руку и обвившись вокруг него. Он поцеловал ее прямо в шрам от укуса на стыке плеча и шеи. Следующим подошел Маркус; он был примерно моего роста, со средиземноморской внешностью. У него была красивая смуглая кожа, темные волосы идеально уложены, и когда он обнял Ричарда с другой стороны, бета поцеловал и его метку принадлежности.

Не знаю, проверяли ли они мою реакцию на их тройственный союз, но единственной моей мыслью было то, какие они милые, и еще я почувствовала легкую зависть к их очевидной связи и любви.

— Очень приятно со всеми познакомиться, — сказала я, с удивлением поняв, что это искренне. — Простите, что вторгаюсь в вашу стайную жизнь, но обещаю надолго не задерживаться, как бы ни соблазнял меня ваш прекрасный дом.

Они рассмеялись и отмахнулись, впятером уверяя меня, что мне здесь более чем рады. Кора провела меня к дивану в зоне отдыха, и я устроилась на толстых синих подушках с бокалом вина в руке, а она и Сьерра уселись по обе стороны от меня. Мужчины ушли готовить, оставив меня со своими парами.

— Уоррик предупредил нас, что мужские запахи лучше от тебя держать подальше, — сказала Сьерра легким, придыхательным голосом. — А я умираю как хочу добавить еще одну девушку в нашу компанию. Нас, женщин, здесь, в стае Аннандейл, слишком мало.

Кора запрокинула голову и рассмеялась.

— Подруга, ты никогда не жаловалась на меньшинство в своем маленьком трио. Я бы сказала, ты более чем довольна таким раскладом.

У меня вырвался смешок, и я чуть не поперхнулась вином. Это снова заставило Кору и Сьерру рассмеяться. Я почувствовала себя на удивление расслабленно, учитывая, где я находилась и что произошло за последние сутки.

Девушки болтали о каких-то сплетнях в их компании и заставили меня пообещать, что я приду на их следующий книжный клуб. У меня не хватило духу сказать им, что я в жизни не прочла ни одной книги и, по причинам, которые я не собиралась раскрывать, не могла представить, что когда-нибудь буду читать для удовольствия. Но было приятно, что меня приняли.