[Цель: Маршрут Ликантропа зафиксирован]

— Сюда, — коротко бросил Арден, возвращая миру привычные цвета.

Ива и остальные двигались следом, бесшумно ступая по бурелому. В глазах эльфийки читалось искреннее удивление: ведьмак вел их через дикий, заваленный буреломом подлесок так уверенно, словно сам прокладывал эту просеку. Юлиан пыхтел в самом хвосте, то и дело цепляясь бирюзовыми рукавами за колючие ветки и тихо чертыхаясь.

Спустя полчаса петляния по зарослям чутьё вывело отряд к глубокому, заросшему оврагу. Дно его было завалено вековыми, рухнувшими от старости елями. Логово было замаскировано очень тщательно. Узкая расщелина между серыми скалистыми глыбами полностью скрывалась под густым кустарником дикого малинника и плотным навалом из старых сухих веток.

Арден вытащил из подсумка факел, чиркнул кремнем, и блеклый оранжевый огонь разогнал сырую темноту расщелины.

Они осторожно, пригнув головы, пробрались внутрь пещеры. Воздух здесь был спертым, холодным и насквозь пропитан тяжелым, железистым запахом свежей крови. Под ногами что-то хрустнуло. Арден опустил факел ниже: на грязном полу пещеры валялись разорванные, смятые купеческие пожитки, выпотрошенные узлы с сукном и расколотые стальные кирасы наемников из охраны каравана. Чуть дальше, в глубине грота, чернела куча обглоданных, наспех разгрызенных костей.

Самого оборотня внутри не было. Пещера казалась пустой.

Юлиан нервно сглотнул, косясь на окровавленные обломки ребер, и поспешно сделал шаг назад, ближе к Ардену. Его голос в тишине грота прозвучал жалко и натянуто:

— Так, ладно… Мы нашли его логово. Миленько, скромненько, все дела. Хозяина, как я вижу, нет дома. Может, это… оставим записку на стене и зайдем к не в чуть позже? Часиков в пять? Когда у него обед закончится?

Эльфы даже не улыбнулись на шутку барда. Галаэль и Киран мгновенно рассредоточились по краям пещеры, прижавшись спинами к влажным каменным стенам и взяв под контроль входы и выходы. Ива замерла у стены, наложив стрелу на тетиву.

И тут серебряный медальон на груди Ардена, который до этого лишь лениво и тускло подрагивал, резко взбесился.

Одновременно с этим у Ардена и у трех эльфов буквально встали дыбом волосы на затылке.

Из кромешной темноты, прямо за их спинами, со стороны узкого входа в пещеру, в затылок отряду ударил чужой взгляд полный ярости и желание убить. Ни единого звука. Ни хруста ветки, ни рычания, ни тяжелого дыхания. Только абсолютное, давящее присутствие хищника, который запер их в собственной норе. Ловушка захлопнулась.

Юлиан, стоявший спиной ко входу, ничего не почуял и продолжал тихо, раздражающе бубнить под нос, переминаясь с ноги на ногу:

— Арден, ну правда, пошли отсюда, тут воняет как на скотобойне в Вышегороде, у меня уже голова раскалывается…

Эльфы замерли как каменные изваяния, боясь сделать даже мимолетный вдох. Пальцы Кирана и Галаэля застыли на тетивах натянутых луков, глаза расширились от напряжения.

Арден медленно начал разворачивать корпус назад, к выходу. Его левая рука, не издав ни единого шороха, плавно двинулась за левое плечо, нащупывая холодную обмотку рукояти серебряного меча.

Оборотень стоял в проходе, полностью перекрывая выход из расщелины. Огромная, покрытая жесткой бурой шерстью туша едва не задевала плечами каменный свод грота. В полумраке его глаза горели словно фосфор, а с длинных клыков на заляпанную кровью грудь капала густая слюна. Тварь не рычала. Она тяжело, хрипло дышала, заполняя пещеру запахом псины и мяса.

Юлиан, продолжая что-то бубнить, медленно обернулся на этот хрип. Наткнувшись взглядом на жуткую клыкастую морду, бард оцепенел. Его челюсть мелко задрожала, лицо в секунду стало белее мела. Он сглотнул, прижал к себе лютню и выдал тонким голосом:

— Ой… А вы, походу, не в ту дверь вошли. Тут закрыто… на спецобслуживание…

Договорить он не успел. Глаза Юлиана закатились, ноги подкосились, и бард плашмя брыкнулся в глубокий обморок прямо в угол, на груду обглоданных купеческих костей. Лютня со звоном легла рядом.

Оборотень издал оглушительный, утробный рев, от которого со сводов пещеры посыпалась каменная крошка, и рванул вперед.

Драться в этой тесной, заваленной валунами норе было сущим самоубийством. Про себя Арден видел, как интерфейс заливает красным, оценивая шансы в замкнутом пространстве как критические — маневра не было вообще. Ива, Киран и Галаэль просто не могли натянуть свои длинные луки, рискуя в темноте зацепить друг друга или ведьмака. Тварь перла напролом, круша всё своей массой.

Арден рванул серебряный меч из-за спины. Клинок со свистом рассек воздух. Оборотень уже летел на него, выставив вперед когтистые лапы. Ведьмак сработал на чистых рефлексах. Короткий финт, жесткий блок — сталь со скрежетом встретила костистые когти зверя, высекая снопы искр. Сила удара Ликантропа едва не вбила Ардена в скалу, шкала выносливости просела, выдав про себя цифры урона.

— Назад! Наружу, живо! — рявкнул Арден эльфам, с трудом удерживая навалившуюся тушу. — В этой норе он нас всех перебьет!

Эльф быстро среагировали. Сражаться с этим зверем, в этом месте было не лучшей идеей и они быстро рванули к выходу.

Арден остался один на один со зверем в узком створе. Оборотень сделал молниеносный рваный выпад правой лапой, целясь ведьмаку в горло. Арден резко присел, пропуская когти в паре сантиметров от маски, и тут же нанес обманный рубящий удар снизу вверх. Серебряный клинок с хрустом полоснул Ликантропа по предплечью. Тварь взвизгнула, брызнув кровью на камни.

Пользуясь секундной заминкой, Арден резко разорвал дистанцию. Он сложил пальцы левой руки в Знак Аард и ударил спрессованным воздухом прямо в морду чудовищу. Оборотня качнуло назад. Этого мгновения ведьмаку хватило — он развернулся и вместе с эльфами буквально выкатился из узкого, душного зева пещеры наружу.

Они оказались на открытом пространстве каменистого оврага. Здесь, под блеклым лунным светом, туман казался серым и не таким плотным, давая простор для полноценного боя.

Отряд тяжело дышал, мгновенно рассредоточившись по краям вырубки. Галаэль и Киран взлетели на огромные валуны, беря овраг под прицел. Ива замерла внизу, наложив стрелу и натянув тетиву до самого уха. Арден встал в центр, перехватив длинную рукоять серебряного меча обеими руками. Полоса здоровья Ликантропа над входом в пещеру обновилась в его обзоре, мигая багровой угрозой.

Из темного, узкого прохода пещеры, низко пригнув голову к земле, медленно вылез разъяренный Оборотень. Шерсть на его загривке стояла дыбом, из раненой лапы на серые камни хлестала кровь, а в глазах горела жажда мести. Тварь зарычала — низко, вибрирующе, готовясь к новому прыжку.

Юлиан остался внутри, без сознания и защиты.

Тетива запела над ухом Ардена. Ива сходу всадила стрелу зверя прямо в левое плечо. Наконечник глубоко ушел в мышцы, но Ликантроп даже не замедлил шаг. Зверь проигнорировал боль, концентрируя всю свою слепую ярость на молчаливом противнике в черной маске.

Галаэль и Киран коршунами сорвались со своих валунов. Эльфы технично заходили с флангов, выхватив длинные изогнутые кинжалы, чтобы подрезать твари сухожилия. Арден взял на себя лобовую атаку. Серебряный меч ведьмака со свистом рассекал морозный ночной воздух. Фиолетовый след клинка заставлял оборотня осторожничать — инстинкты подсказывали чудовищу, что эта сталь несет в себе смертельную дозу жгучего яда.

Тварь сделала резкий выпад вперед, заставив Ардена уйти в глухую защиту, но это был обманный маневр. Оборотень неестественно, со звуком рвущихся связок крутанулся на задних лапах и совершил боковой прыжок в сторону Кирана.

Эльф не успел вовремя среагировать. Оборотень наотмашь полоснул парня тяжелой когтистой лапой. Удар пришелся точно в грудь. Раздался страшный, отчетливый хруст ломающихся ребер и кольчужных колец. Киран со свистом выдохнул воздух, пулей отлетел спиной в скалистую стену оврага и бесформенным мешком свалился на землю. Без сознания.