— Говорить буду я. Я несколько раз выступала у них в разных программах, так что свои люди.

В этом ангаре, в отличие от уже знакомых Питеру, царило оживление. Флаеры взлетали и опускались, целые компании пестро одетых людей проходили мимо, смеясь и болтая. Кто-то, стоя в сторонке, работал с гало-экраном, кто-то махал через весь ангар, приветствуя знакомых.

Когда флаер коснулся пола, Саруватари, не убирая защитное поле, открыла гало-экран. Через несколько мгновений на нем появился высокий человек с копной блестящих вьющихся черных волос — молочно-белая кожа и влажные карие глаза делали его слегка похожим на корову. Питер улыбнулся этой мысли и тут же поморщился. В голове словно шумел водопад, и шум усиливался с каждой секундой.

— Сари, какой сюрприз! — Рок закинул в рот пару салатово-зеленых капсул и смачно прожевал.

— У меня есть кое-что, — быстро произнесла Саруватари, — касается истории с Барьером. Впустишь нас?

— С Барьером? — задумчиво произнес Рок, словно пробуя на вкус это слово. — А что с ним? Ну кроме того, что он прямо сейчас убивает кучу тупых дикарей?

Он прыснул со смеху, и Питер едва не вскочил с места. Инза схватила его за рукав.

— Спокойно, он просто под наркотой.

Саруватари вся передернулась, словно слова Рока причинили ей физическую боль, но тон ее остался ровным, даже слегка шутливым:

— У меня как раз последние новости, просто бомба! На этот раз вы точно всех в рейтинге обскачете! Открывай.

Рок как-то неопределенно повел рукой, и Питер понял, что он к тому же вдребезги пьян. Сердце у него упало. Если даже он выслушает их, как будет выступать по галовиду в таком состоянии?

— Да-а, Джины-то все равно нет. Приходи со своей новостью денька через два…

— Как нет? — растерялась Саруватари. — Где же она?

Рок картинно пожал плечами:

— Сказала, что не может все это выносить, с ума сходит и пойдет поразвлечься. А без нее, сама понимаешь, мы ничего не делаем. Мы же Рок и Джи-ина, как бишь там нас… — Он снова засмеялся странным, лающим смехом.

Саруватари в сердцах свернула гало-экран, даже не попрощавшись, и обернулась к своим спутникам на заднем сиденье флаера.

— Делать нечего, придется ее найти. Разделимся, я дам вам парочку координат, где она обычно «развлекается»…

Внезапно браслет на запястье Инзы издал негромкий победный звук и окрасился в зеленый. Она поспешно вызвала гало-экран.

— Нашла? — жадно спросил Питер, наклоняясь к ней.

— Да, слепая зона есть… — Инза открыла карту и нахмурилась. — Вот черт, это на другом конце Оморона! Туда лететь часа два…

— Полетели! — Питер вскочил и охнул, приложившись затылком о мягкий купол поля.

Инза пролистала еще какие-то данные и покачала головой.

— Уверен? Может, лучше сначала поищем Джину и попытаемся пробиться в канал? Вдруг потратим кучу времени, а там опять обманка?

— Мы должны попытаться, — произнес Питер с неожиданной для себя самого твердостью, — с Фэлри может случиться все что угодно, к тому же ты сама говорила, что без него нас и слушать не станут.

— Питер прав! — поддержала его Саруватари. — Я полечу искать Джину, а вы отправляйтесь за вашим другом. Встретимся здесь, — она взглянула на правый гало-браслет, — через пять часов. Я приведу этих красавцев во вменяемый вид к вашему возвращению.

Инза выбралась из флаера, Питер задержался на секунду и после колебания неловко коснулся плеча Саруватари.

— Спасибо, что помогаешь нам.

— Я просто стараюсь все исправить, — вздохнула девушка, — удачи!

Она махнула рукой, пурпурный флаер поднялся в воздух и, взяв с места неплохую скорость, исчез в распахнутой двери ангара.

Инза и Питер вызвали флаер, и, едва забравшись в него, уснули. Напряжение последних часов страшно их вымотало. Проснувшись, Питер почувствовал себя намного лучше, несмотря на голод, терзавший внутренности.

Флаер перестраивался из потока в поток так мягко, что пассажиры этого совсем не ощущали. Оморон казался нескончаемым, Питер только теперь смог оценить его размеры. За два часа, что они провели в воздухе, пейзаж почти не изменился — все те же ряды башен и зданий невообразимых форм и расцветок тянулись и тянулись внизу, как бесконечное полотно.

Солнце вставало за спиной Питера, а впереди, над Омороном, в вихре синих и розовых тонов клубились бесформенные, тугие облака. На грозу это не походило, но Питеру претила мысль о мирной ясной погоде в такой день. Природа должна взбунтоваться и бушевать, конец его мира должен ознаменоваться бурей, от которой содрогнется Оморон.

Ведь даже если они найдут Фэлри и заставят Рока и Джину говорить, прошло слишком много времени, большая часть населения за Барьером уже погибла…

— Эй, ты как? — Инза подняла голову. Глаза у нее покраснели от усталости, грязные волосы топорщились, как щетка.

— Извини, что втянул тебя в это.

— Я сама втянулась! — Инза села прямо, потерла лицо ладонями и, порывшись в карманах, достала пару пищевых капсул. — Держи, скоро уже будем на месте.

— Спасибо, — Питер взял капсулу и, закинув ее в рот, хмуро взглянул на проплывавший внизу город, — все-таки паршиво, что у нас нет никакого оружия. Кто бы ни похитил Фэлри, он его так просто не отдаст.

Инза покачала головой. В нежном утреннем свете землистый оттенок ее кожи и круги под глазами были особенно заметны.

— В Омороне оружие запрещено. Если поймают с ним, одним внушением не отделаешься, можно и в Трущобы загреметь. — Она поймала взгляд Питера и сердито добавила: — Ну что? Я тебе не криминальный авторитет, чтобы знать, где можно раздобыть оружие! Я просто служащий систем безопасности, который вот-вот лишится работы!

Питер уставился в пол. Какое-то время они молчали, потом Инза пошарила по карманам и издала довольный возглас:

— Не потеряла!

Она легкомысленно покрутила в пальцах красный баллончик.

— Ты, главное, не выхватывай его раньше времени, — посоветовал Питер, но Инза только хмыкнула:

— Не учи ученого… ага, вот оно!

Флаер слегка накренился вперед, как лодка на волнах, и уверенно пошел вниз. Восходящее солнце скрылось за башнями, и чем ниже они опускались, тем больше погружались в густую тень.

Наконец флаер замер перед неприметным зданием — серый прямоугольный брусок без окон, положенный на длинную сторону. С обеих сторон от него возвышалось что-то изогнутое, лазорево-розовое, словно буйство рассветных красок опустилось на землю. По контрасту с новыми зданиями старое выглядело особенно убого.

Питер с досадой посмотрел вслед улетающему флаеру. Если они будут убегать, времени на вызов нового может и не остаться.

— Сигнала Фэлри нет, — Инза стояла перед серым зданием и колдовала над гало-экраном, — прежний владелец — агентство ландшафтного дизайна. Разорились, когда Совет взял под свой контроль оформление всех парков и комплексов Оморона. А вот новый владелец… имя не указано. Кто-то позаботился о том, чтобы эта информация исчезла.

Солнце поднималось все выше, на голубовато-серое покрытие улицы упали косые желтые лучи. Вокруг никого не было — то ли непопулярный район, то ли час слишком ранний.

Питер, нахмурившись, смотрел на здание и пытался хоть на миг почувствовать Фэлри. Но с тех пор, как прошла боль в наверняка прокушенной губе, никаких «чужих» ощущений больше не возникало.

— Пошли, — негромко произнесла Инза, — время уходит.

Здание казалось цельным, словно скульптура, изваянная из камня, но потом с торца обнаружился пандус, ведущий наверх, к двери, расположенной под самой «крышей».

— Что за странное место для двери, — прошептал Питер, вступая на пандус.

— Так это ж ландшафтники, — ответила Инза, — им нужно много пространства. Не удивлюсь, если внутри только площадка для морфера, а все остальное здание — полое. Синтезаторы, управляемые мыслеобразами, создавали для них все — скалы, цветы, деревья — и расставляли в нужном порядке. Я сама когда-то давно хотела стать морфером. Да только все ландшафтное направление загнулось, хотя хороший морфер, конечно, может работать в любой отрасли.